встречу, и он готов заключить со мной сделку. У меня только будет одна просьба – постарайся при встрече с ним побольше молчать и делать надменный, а по возможности, и насмешливый вид. Поверь мне на слово. Это мне очень пригодиться.
Не давая возможности Моргану поинтересоваться, что должно будет произойти через уже меньше чем тридцать минут, Тодор достал свой мобильный телефон и сделал первый звонок.
***
Следующие полчаса единственным собеседником Тодора был его телефон. Он говорил по нему, когда они шли по лестнице, когда на улице ловили такси, когда ехали к месту встречи. Не все эти разговоры велись на знакомых Джону языках. Из доступной для его понимания части он понял, что Тодор информирует кого-то о назначенной встрече. С кем-то вёлся разговор, в котором наставник умолял проявить терпение и выдержку, и не вмешиваться в переговоры с Родриго. Кому-то безапелляционно указывалось, где он должен будет находиться и за чем наблюдать. Череда разговоров прекратилась лишь, когда они подошли к назначенному месту встречи – небольшому кафе в исторической части города.
– Похоже Клеменсо до конца хочет выдержать позу достойного поражения и не снизошёл до ожидания нас. Теперь вроде как мы в его глазах будем выглядеть как ждущие его милости. Хотя уверен – он наблюдает за нами. Что ж, значит нам досталось право выбрать столик. Надеюсь, не возражаешь, если мы останемся на свежем воздухе. Прекрасный город, всегда стараюсь воспользоваться возможностью ещё полюбоваться им.
Не дожидаясь ответа, Тодор направился к столику на улице. Услужливый официант сразу поставил перед ними графин с водой и пару стаканов. Тодор показал, что им нужен ещё один стакан и пока больше ничего.
– Не столь помпезный напиток для отмечания победы, хотя какой-нибудь философ, я в этом уверен, посчитал бы, что он наиболее подходит для этого момента.
– Возможно, он был бы прав, – Джон вздрогнул от неожиданности. Он не заметил, откуда появился Родриго. Похоже, что наставник правильно просчитал его приятеля, и последний просто не хотел выглядеть ждущим встречи. – Привет, Джон. Тодор.
Родриго Клеменсо занял третий стул за их столиком. Он выглядел привычно респектабельно. Однако Джон имел достаточно времени, чтобы изучить Родриго и теперь подмечал все те мелочи, которые свидетельствовали об истинном состоянии его недавнего компаньона по приключениям. Под глазами пролегли тени – заботящийся о полноценном графике сна Родриго, вероятно, проводил больше обычного времени, бодрствуя. Лёгкий шарф был завязан небрежно, но это не была расчётливая небрежность. Больше это походило на то, что о шарфе вспомнили, уже выходя, и завязали, не глядя в зеркало. С Клеменсо была трость, но она лежала неподвижно на коленях, а рука, держащая её, была напряжена настолько, что кровь отлила от костяшек пальцев. Не было и намёка на то, что Родриго бы начала перекидывать её из руки в руку.
Клеменсо положил перед собой свёрток, который до этого был у него подмышкой.
– Хоть мне это и неприятно признавать, но вы меня обыграли. Я должен был догадаться намного раньше, что меня, как, впрочем, и людей Докинза, водят за нос. У меня только один вопрос – с самого начала всё так и планировалось?
Тодор пожал плечами.
– Когда предлагал вам троим присоединиться к братству, я был более чем честен и не вёл никаких игр. Скорее актуальным должен выглядеть вопрос к самому себе – как можно было не догадаться, что после того, как мы раскроем факт своего существования, тут же вам всем будет позволено вернуться к привычной жизни? Те же свойства твоего характера, которые заинтересовали братство, помогали сделать простой прогноз о твоих же дальнейших действиях. Это было делом техники. Хотя должен отметить, что тебе удалось произвести впечатление на нас своим упорством. Ты прошёл весь спрогнозированный путь.
– Скорее пробежал по меткам, как глупый заяц, – Родриго криво ухмыльнулся. – Сейчас я и сам поражаюсь тому, как был наивен, что поверил в сказку о книге, хранящей древнюю тайну, больше которой нет ничего на свете.
Джон только переводил взгляд с одного собеседника на другого. Слова Клеменсо звучали довольно странно, но Морган постоянно напоминал себе о просьбе наставника. Изо всех сил он старался не дать прорваться удивлению на его лицо. Но всё-таки, о чём сейчас говорит Родриго?
– Ну всякое уважающее себя тайное общество должно обладать сокровенной тайной. Это очень въевшийся в наше миропредставление паттерн. Так что тут ничего удивительного, – Тодор сохранял немного скучающий вид.
– Да, наверное. Тогда единственный мой вопрос, – Родриго постучал пальцем по свёртку, – зачем вам нужна эта дешёвка?
– О, не позволяй эмоциям брать вверх над собой. Возможно, в этой книге и нет ответа на тайну мироздания, но она не дешёвка. Это оригинальное издание рецептов повара одного из Богемских епископов. Первая половина семнадцатого века. Кожаный переплёт. Изящные гравюры. Практически идеальное состояние. Между прочим, на чёрном рынке за неё можно было бы получить все двести тысяч евро.
– Так может мне оставить её себе в качестве частичной компенсации? Хоть как-то возмещу нанесённый мне ущерб.
– Это было бы неразумно. Для братства эта книга помимо перечисленных мною достоинств также обладает и некоторой сентиментальной ценностью. Так что, подойдя к её продаже с холодной головой, всё равно бы оказалось, что братство наилучший её покупатель. Ну а в сложившихся обстоятельствах это прекрасный символ твоих добрых намерений.
– Добрых намерений? После того, как вы почти смешали с грязью моё имя, я не горю желанием творить добро для братства. Сейчас у меня больше причин уйти с ней, чем когда-либо.
– Если тебе так кажется, советую ещё подумать, – Тодор наклонился вперёд, его глаза сузились, а в голосе прозвучали угрожающие интонации. – Передача этой книги будет символом, что урок был усвоен, и ты больше не будешь и мечтать бросить вызов братству. Мы перемалывали королей и шли дальше, а ты на их фоне просто чванливый и заносчивый слуга. Конечно, ты можешь сейчас уйти с этой книгой, но тогда ты покажешь себя ещё и глупым. Мне очень обидно, что приходится повторяться, но ты думаешь, что мы вот так просто отпустим тебя, человека, знающего о существовании братства и смертельно на него обиженного. Ты натворил достаточно глупостей, и у нас множество возможностей уничтожить твою жизнь. Хотя нам более чем достаточно одной.
– Да, залезать в карман отца было отчаянным решением.
– Именно. И нам достаточно пустить небольшой слушок, чтобы твой папа вновь и на этот раз более пристально заинтересовался, на какие развлечения тратит деньги его нерадивый сын. Тут я должен уточнить, что мы
