Картины бывшего мясника, хорошо продаваемые, разошлись по квартирам, офисам покупателей и заняли то или иное присущее им место. И со временем люди, часто бросающие взгляд или более пристально вглядывающиеся в полотна, незаметно, особенно для самих себя, становятся другими. У них в характере появляются излишняя раздражительность и агрессивность, появляются некая кровожадность и тяга к черному юмору. Они становятся более бессердечны и более беспринципны. В их действиях теряются мягкость и тактичность – во всем идут напролом, не разбираясь в методах, применяемых для достижения поставленных целей.
И как теперь оценить смену в жизни бывшего мясника? Неужели опять-таки положительно? Скорей всего нет! Лучше бы уж он продолжал заниматься разделкой туш убитых животных, чем выплескивать накопившуюся кровавую энергию на полотна, которые видят очень многие и, самое отрицательное, люди со слабой психикой. На которых-то в основном и действуют негативные подспудные эмоции, на первый взгляд невидимые на картинах.
А вот другой пример, совсем другого порядка.
Один очень почтенный и уважаемый человек по имени Сантьяго дожил до пятидесятипятилетнего возраста в довольстве, достатке и спокойствии.
Единственное, о чем он печалился вместе со своей супругой, так это о том, что за двадцать лет их совместной жизни бог так и не дал им детей. А были они люди очень религиозные, все время посещающие костел и не пропускающие ни одной мессы. Сантьяго даже пел в церковном хоре и активно участвовал во всех общественных мероприятиях, начинаемых священником. Его вера в Бога была незыблема и фундаментальна и никогда не подвергалась даже малейшим сомнениям.
Но однажды он стал очевидцем и участником одной страшной трагедии. На его глазах автомобиль, не вписавшийся в поворот, сбил трехлетнюю девочку, которая любовалась цветами на придорожной клумбе. Находясь ближе всех к месту события, Сантьяго схватил задыхающееся тельце на руки и бросился к больнице, находящейся всего за сто метров. И пока он бежал, у него в голове была только одна мысль: «Господи! Спаси это невинное дитя, не дай ему умереть! Я готов отдать свою жизнь, лишь бы эта девочка жила! Господи! Ты ведь можешь все!» Но, увы! Жизнь малютки оборвалась, как ни старались врачи, применяя все свои силы и знания, и как ни желал Сантьяго, уповая на Всевышнего и на свою веру в него.
На несколько дней душа и сердце его окаменели. Он отгородился от всех и ждал объяснений, ждал чуда.
Но их не было. И тогда Сантьяго перестал верить в Бога. Перестал ждать чудес и отбросил все надежды и помыслы, связанные с религией.
Он решил сам делать то, что в его силах. Каждая жизнь, каждый разум – вот что самое святое в нашем мире! Придя к этому выводу, он все свои усилия и время посвятил предупреждению и предотвращению подобных трагедий.
Он забыл о костеле. Жена, набожная женщина, со скандалом ушла от него. Бывшие коллеги и приятели отвернулись от него, игнорировали и в конце концов перестали поддерживать любые отношения. Ему даже пришлось уйти с работы, так как шеф высказался о том, что безбожникам у него не место. Пришлось определенное время скромно существовать на заработанные ранее и отложенные деньги.
Зато как теперь изменилась его жизнь. Целыми днями он метался по местам аварий, полицейским участкам, госпиталям и детским домам. От него сходили с ума дорожные службы: он заставлял их ставить ограждения и знаки, снижающие скорость на особо опасных местах, и страшно скандалил, если его игнорировали или оставляли без внимания настойчивые требования. Приходя в полицию, он вмешивался во все дела, связанные с дорожными происшествиями, требовал более жестких наказаний для виновных и стал поистине непримиримым общественным обвинителем для нарушителей.
А сколько он сделал для пострадавших в автоавариях детей! А для других детей! Организовывал кружки, проводил уроки сам, добивался введения дополнительных занятий по безопасности движения и правильному поведению на улицах и на дорогах.
На пятьдесят восьмом году своей жизни он познакомился с одной тридцатипятилетней активисткой движения «Хватит трагедий на дорогах», и у них нашлось столько общего в сердцах и душах, что они почти сразу же поженились. А уже через два года у Сантьяго и его новой жены были двое чудеснейших малышей. И никто из его новых многочисленнейших друзей и сторонников не был в шоке. Никто даже и не подумал о его возрасте, никто даже не пошутил, что он давно вроде бы должен быть дедушкой, а только сейчас стал молодым папой. Потому что он был молод! Молод в первую очередь своей душой, подтверждая это и своей активнейшей формой жизни, принося окружающим огромную помощь и пользу. И ведь невозможно даже подсчитать: скольких трагедий благодаря Сантьяго удалось избежать? Сколько юных созданий продолжают наслаждаться жизнью, принося радость своим существованием близким и родным людям?
Как оценить это перерождение человека? Ведь и в этом случае будут два мнения. Если не больше! Но и при подобной трансформации образа жизни, вероятно, главным судьей в оценке происшедшего предстало время. Только оно поставило все точки над «i». Только по истечении многих лет была дана полная оценка деятельности и жизни Сантьяго. И что примечательно, даже большинство его бывших приятелей по религиозной ниве тоже гордились своим с ним знакомством и открыто им восхищались.
И, очень коротко, о третьем случае. На этот раз без оценок.
Один юноша, очень талантливый и одаренный, писал стихи. Даже не писал – он жил ими. Стихи были прекрасными и великолепными. Девушки сражались за его внимание, пытаясь привлечь к себе его взгляды, лишь бы он посвятил им несколько строф. Учителя, удивляясь юношеской настойчивости и пылкости, читаемой в его творениях, старались всячески поддержать начинающего поэта, предвидя в его будущем чуть ли не великую славу и знаменитость. Но юноше хотелось чего-то еще. Ему хотелось услышать похвалу и одобрение от своей матери, женщины яркой, умной, начитанной, но, к сожалению, мало интересующейся поэтическими успехами своего сына. И вот однажды юноша все-таки уговорил мать послушать одно из его лучших стихотворений. Внимательно выслушав выразительно декламирующего сына, она сказала:
– Стихи слишком для тебя прекрасны. Признайся, где и у кого ты их переписал?
После этого ее сын не написал за свою жизнь ни одной строчки. И в конечном итоге очень рано ушел из жизни, погрязши в беспросветной трясине самого низкого общественного дна. А ведь его ожидала совсем иная судьба – светлая и радостная. Ну, может, не совсем уж радостная, может, тоже нелегкая, но все-таки! Какая огромная могла быть разница!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
