– А когда, вы говорите, это было, – вмешалась Мария. – Три с половиной года назад?
– Ну да… – он задумался, подсчитывая. – Точно, ровно три с половиной года назад, весной. То никогда и не заикался, а то вдруг: «Меня всегда Испания манила, своим теплом к себе влекла!» Он, правда, всегда писал то стихи, то песни, а здесь все – только про Испанию и заговорил. И начал сразу же искать выходы сюда, чтоб не ехать на пустое место, а сразу иметь какую-то работу. Нашел знакомых в Польше, специально туда ездил, да и меня с собой брал. Через знакомых нашел одного поляка, который здесь к тому времени был более двенадцати лет. Познакомился с ним и договорился, чтоб тот нас принял на первых порах и помог устроиться на работу. Потом продал машину, как я его ни агитировал ехать в Италию, все равно решил ехать в Испанию. Ну и я уже с ним, куда ж денусь! Одолжил я денег у кого только мог и тоже отдал паспорт для получения визы. У нас это делается очень долго и нудно. Ну, дождались виз, звоним в Мадрид. А знакомый поляк говорит:
«Пока не едьте, трудно с работой». Как же не ехать, срок виз-то истекает. Тогда Григорий ему и говорит: «Мы уже в пути, встречай!» И мы выехали. Как мы ехали, это тоже целая история, достаточно сказать, что почти всю Францию проехали автостопом.
– Без багажа? – уточнила Мария.
– Да в том-то и дело, что как верблюды, нагруженные сумками. И это притом, что не знали по-французски ни слова.
– Ну, вы, ребята, молодцы! – она искренне похвалила такую целеустремленность.
– Да это все Григорий, – скромно признался Анатолий. – Он везде все пройдет, а не пройдет, так протаранит. Если он чего решил, то сделает обязательно, чего бы это ему ни стоило. Единственно, чего он страшно не любит, когда его начинают в чем-то переубеждать. Он зацикливается на своем, даже если осознает, что не прав.
– А мне показалось, что он мягкий и уступчивый, – она сказала это чуть ли не утвердительно.
– Да? – удивился Анатолий. – Уступчивый? Не желаю вам с ним о чем-нибудь поспорить. Хотя… Может, это я такой заядлый спорщик? Тоже может быть! А теперь извините, – он посмотрел на часы и залпом допил пиво. – Обед закончился, хоть и день короткий, но еще пару часов надо поработать.
– Ой, огромное вам спасибо! Вы так интересно все рассказывали! – восклицала Мария, поспешно записывая домашний телефон на свободном листке своего блокнота. – Вот, передайте ему, как только увидите. Скажите, что я очень жду его звонка! В любое время! Хорошо?
– Хорошо, хорошо! Не беспокойтесь, – заверил ее Анатолий, бережно пряча листок в нагрудной карман и застегивая на пуговицу. – Передам лично в руки и сегодня же, как только увижу. Рад был с вами познакомиться и спасибо за пиво. В следующий раз я угощаю. До скорого!
– До свидания! – простилась и Мария, еле сдерживая себя от желания не отходить от Анатолия до самого вечера, лишь бы быстрей увидеть Григория. Подспудно она боялась, что он опять потеряется, пропадет, куда-то неожиданно уедет. В душе появилась все более крепнущая надежда, что их знакомство будет продолжаться, и это было самое главное. Хоть ее очень озадачило и заставило призадуматься мнение Анатолия о том, что Григорий очень не любит, когда его в чем-то переубеждают и пытаются навязать свое мнение. Значит, у него действительно мощный и уникальный гитодуальный разум. С ним трудно совладать даже такому, как Знайка. «Вон сколько времени ему понадобилось, чтобы привести Григория ко мне! – подумала Мария. – Надо быть очень осторожной в своих вопросах, чтобы ему не показалось, что им пытаются управлять. Но с другой стороны, если я подключусь к этому процессу, то манипулировать его действиями при мягком нажиме с двух сторон станет намного легче. Ведь «мой» наверняка его уже изучил и если поймет и примет мою помощь, будут неплохие шансы для успешного перевоспитания Григория».
С этими мыслями Мария-Изабель вернулась домой и стала ждать звонка. Подсчитала, что так или иначе, а звонок будет не раньше шести: ведь начало празднования назначено именно на это время. А если ему будет неудобно сразу выйти? Если ему придется сесть за стол, а потом его попросят спеть? По заказу именинника! То тогда он позвонит не раньше семи, а то и восьми вечера!
И чтоб даром не перетруждать свои мозги, затеяла генеральную приборку во всей квартире. Старалась все делать быстро, основательно, изо всех сил. Так, чтобы устать, так, чтобы забыть о времени, так, чтобы не прислушиваться постоянно: не звонит ли телефон. Он и так, поставленный на полную громкость, был бы слышен в любой момент.
Но звонка все не было. Ни в семь, ни в восемь, ни в девять, ни даже в десять вечера. Вообще-то звонки были, но от других: знакомых, друзей, родственников, но только не от него. Мария решила для себя, что будет ждать до одиннадцати, и не больше, а потом пойдет спать. Хотя прекрасно понимала, что вряд ли уснет. К одиннадцати вообще прекратились все звонки. Она решила перемыть весь хрусталь в огромном салонном шкафу, тем самым отодвигая время сна на более поздний срок. Но прошел еще один час, наступила полночь – телефон молчал. К тому времени Мария уже твердо решила: Анатолий потерял листик с телефоном или, что было бы еще хуже, Григорий не хочет звонить категорически. Мало ли что он вбил себе в голову. И неизвестно было, как он расценит инициативу Марии о встрече. Подумав об этом, она впервые в жизни пожалела, что не воспользовалась своей привлекательностью и не применила маленькие женские хитрости и уловки. Он ведь все-таки мужчина. Большой, сильный мужчина. И чувственный. Возможно, даже влюбчивый. Мария усмехнулась своим мыслям: «Еще сутки назад я была совершенно другая, а мне уже кажется, что это было очень, очень давно. Неужели я так изменилась? Да! Ведь я изменила принципам, которых придерживалась прежде! Хочется думать, что это к лучшему и мне во благо! – она взглянула на часы. – Уже пятнадцать минут, как наступило воскресенье. Надо спать!»
И пошла принимать душ. Но дверь в ванную оставила открытой, а вдруг как позвонит! И телефон позвонил! Позвонил в тот момент, когда Мария встала под первые струи теплой воды и уже протягивала руку за шампунем. Она так заторопилась, что чуть не упала, поскользнувшись мокрыми босыми ногами по плиткам пола. Не накинула даже на себя ни халата, ни полотенца, а нагая и мокрая бросилась к телефону. Глубоко вздохнув, сняла трубку:
– Слушаю!
– Доброй ночи! Не слишком ли поздно я звоню? – раздался голос Григория.
– Как для кого. – Мария лихорадочно соображала, что и как говорить. Все слова и фразы, запасенные заранее, вылетели из головы. – Для меня, например, не поздно. Я редко ложусь спать раньше, тем более перед выходным днем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
