мы это внушили. Здесь преследовался интерес наблюдения ваших действий, когда вы узнаете, что не являетесь родным ребенком ваших родителей.
Поджав губы, он потушил сигарету и продолжил:
— Обычно изобретения открывали свои «тахионские» способности в подростковом возрасте. Однако с вами вышла совершенно иная история.
Когда вам было восемь лет, мистер Форстер, я наблюдал тот случай, что произошел с вами в бутафории.
Я не только понял, что вы заметили искривления пространства бутафории, что, впрочем, под силу любому тахионцу, но также увидел некие образы и сцены, возникшие у вас в голове.
Это поставило меня в небольшой ступор: неужели я допустил фатальную ошибку в вашей разработке, так что вам приходят видения?
Но затем, спустя года, я, как и вы, начал осознавать их природу.
Вы не показывали никаких сверхъестественных для Меты умений почти тридцать лет, однако постоянно демонстрировали феноменальные умственные способности: самостоятельное поступление в университет при отсутствии полного школьного образования, открытие антивещества, изобретение фотонной ракеты…
Люси не показывала настолько высоких способностей больше двадцати лет. Но, как ни странно, между вами, живущими на разных планетах, образовалась некая связь.
Мы обнаружили это в первый раз, когда Люси появилась рядом с Л в виде призрака. Отчасти мы полагали, что это могло быть совпадением, однако Люси возникла и во второй раз, во время учебы Л в университете. Более того, вы даже смогли обмениваться информацией.
Это было ошеломительным открытием. Тогда мне и Кораху пришла мысль создать ситуацию, при которой изобретения — то есть, вы — смогли бы полностью раскрыть себя, свои способности, в которой можно было бы проверить, будет ли работать эта возникшая между вами связь.
Так мы переместили Люси на Метаморфозу. Результат не заставил себя ждать: Люси практически сразу начала демонстрировать свои умения, и к нашему великому изумлению, переместилась точно к Л.
— Но вы держали моего отца взаперти несколько лет! — прервала его Люси. — Вы хотите сказать, что не причинили ему этим никакого вреда?
— Это была, иллюзия, Люси, — ответил Ольс. — Специально созданная постановка в стремлении заставить тебя действовать. Те два года твой отец провел здесь, пребывая без сознания, и в колонию его поместили незадолго до твоего прибытия на Мету. Почти все надзиратели колонии были нашими сотрудниками, которые вели тщательное наблюдение за ним и за твоими действиями. Разумеется, твой отец думал, что все это время он находился в тюрьме. По возвращению на Землю в память твоих родителей также привнесли несколько изменений, так что они почти полностью забыли об этом инциденте.
Люси во все глаза смотрела на Ольса, пытаясь уложить в голове услышанное.
— После побега Люси из тюрьмы и вашей встречи, — продолжил тахионец, — мы стали наблюдать за вами, развивая выдуманную историю с EDP, и не мешали вашим действиям. Но один раз вмешательство все-таки потребовалось — в тот день, когда вы оказались в эпицентре землетрясения.
На самом деле эта была та ситуация, где вы смогли бы проявить свои способности, мистер Форстер, но Корах настаивал на помощи. Собственно, он отключил вас и помог вам выжить.
Ольс вздохнул, переводя дыхание, и продолжил:
— К нашему удовольствию, за все время пребывания на Мете Люси продолжала показывать великолепные результаты в своих способностях. Вы же, мистер Форстер, ими не пользовались — скорее, по психологическим причинам. Вы не знали, как объяснить эти явления, и вам это было не нужно. Это вполне понятно: вы хотели оставаться «обычным» человеком.
Я и Корах выяснили, что Люси также приходят видения — особенно, в бутафориях, где под влиянием Туннеля ваши умения прогрессировали быстрее.
Мы уже понимали, что эти видения могут быть событиями, происходящими в будущем, однако на тот момент у нас не было никаких конкретных доказательств этой теории.
Мы видели то, что видела Люси, и размышляли: что это за события, когда они произойдут, и состоятся ли они вообще. И они начинали пугать нас, так же, как и ее.
Когда вы добрались до ЦУПа, мы поняли, что эксперимент подошел к концу, и отправили Люси на Землю. По крайней мере, я думал, что ее отправили на Землю.
— Как она исчезла? — вопросил Л.
— Мы использовали скрытие. Несмотря на то, что это было непросто, мы научились телепортироваться, будучи невидимыми. Это умение оказалось нам на руку — нам удалось создать идеальную видимость того, что Люси и ее отец исчезли случайно. Это исчезновение также входило в эксперимент— мы стремились понять, как вы будете действовать дальше, мистер Форстер, поверите ли вы в то, что Люси была призраком или нет.
Вопросы веры, ваши умения отделять реальность от иллюзий являются моментами первостепенной важности в наших исследованиях.
— Что значит, вы думали, что я была отправлена на Землю? — нахмурилась Люси.
— Вместо Земли тебя отправили на Тахион, — вздохнул Ольс. — Это случилось без моего ведома. Под руководством Кораха тебе убрали абсолютно все воспоминания о пребывании на Мете и залечили следы ран и ушибов на теле. Все это время ты была без сознания.
Ольс скрестил руки на груди.
— После этого я стал, по мере возможности, следить за Корахом. Он стал казаться мне странным, я не мог понять причины его поступка. Думал, что такого больше не должно было повториться… Но я ошибался.
Я же должен был идти дальше по своему плану. Я встретился с вами лично, мистер Форстер, впервые за двадцать четыре года отстраненных наблюдений.
— Как я понял, тот офис был иллюзией? — подал голос Л.
— Совершенно верно. Я использовал новые возможности по созданию объектов на Метаморфозе. Мне пришлось скрутить пространство, чтобы расположить здание дальше от основных дорог, и вы, также к моему удивлению, заметили в этом месте иной ход времени. Затем вы же открыли иное течение времени в бутафориях, — то, что известно тахионцам, но неведомо метанианцам.
На Мете мне повезло воочию наблюдать за вашим становлением и прогрессом: вы наконец начали раскрывать себя. Вами двигало неукротимое желание добиться своей цели, и я еще никогда не видел такого упорства. Когда вы согласились на сделку, я понял, что вам ничего не помешает достичь желаемого. К моему удовольствию, вы также поняли, что я не собирался взрывать город.
Я осознал, что вы в состоянии добиться участия в полете, и решился отпустить вас, получая информацию о вас лишь из центра управления.
Правда, один раз вы чуть не убили себя — пришлось вмешаться снова.
— Про что вы?
— Разве вы не помните, как оказались под камнем? Мне пришлось помочь вам, иначе вы убили бы себя раньше времени.
Он усмехнулся
