Она не верила в то, что говорила, и Десейн видел это благодаря той невидимой нити, что связывала его с объединенным сознанием людей Сантароги. Он не сомневался в том, что услышал предупреждение, отправленное по этому каналу. И она тоже получила это сообщение.
— Неужели? — с сомнением спросил Десейн. Он еще раз взглянул на стрелу, торчавшую в борту кузова грузовика.
Женщина повернулась и, схватив сына за плечо одной рукой, потрясла перед ним луком.
— Ты хочешь вернуться назад? — спросила она. — В этом все дело?
— М-м-м, — промычал мужчина. Он беспокойно переминался с ноги на ногу.
— Это произошло случайно, — повторил мальчик. Он явно уже был на грани истерики.
Женщина бросила на Десейна умоляющий взгляд.
— Вы ведь ничего не скажете доктору Ларри, не так ли?
— А что я мог бы сказать? — с глупым выражением на лице Десейн уставился на женщину.
— Он может… понимаете, он может неправильно понять.
Десейн покачал головой. О чем говорит эта женщина?
— Нам так тяжело, — продолжала та. — После того, что случилось с Биллом, я хочу сказать. Вы ведь знаете, как это бывает, — она слегка кивнула в сторону мужа. — Постоянное пристальное наблюдение, чтобы не упустить ни малейшего симптома. Так тяжело растить здесь детей… видя его лишь во время приемных часов и… и невозможно избавиться от тревожного чувства неуверенности, пока…
— Со мной все в порядке, мама, — перебил ее мальчик.
— Конечно, конечно, милый, — женщина не сводила глаз с Десейна.
— Я никому не причиню зла намеренно, — твердо заявил Пити.
— Конечно, любимый.
Десейн вздохнул.
— Я прошел испытания, — продолжал мальчик. — Я не как папа.
— М-м-м, — промычал в ответ мужчина.
Десейну казалось, что он сам сейчас заплачет.
— Вы ведь ничего не скажете, не так ли? — с мольбой в голосе повторила женщина.
«Вот какой замечательной работой предстоит заниматься здесь в долине, — подумал Десейн. — Работать в клинике Паже… а пациенты — дети и молодежь. И, конечно, она связана с Джасперсом».
— Они отправят меня назад? — спросил Пити. В его голосе звучали нотки страха.
— Доктор Десейн, прошу вас… — умоляюще начала женщина, но Десейн перебил ее:
— Да, это был несчастный случай, — но он знал, что на самом деле было не так. И женщина знала это. Стрела должна была убить его. Десейн продолжал: — Наверное, вам лучше на некоторое время убрать лук и стрелы подальше от мальчика.
— О, не беспокойтесь, — заверила его женщина. Она не скрывала своего облегчения.
На шоссе перед въездом в лагерь остановилась какая-то машина.
— А вот и Джим, — сказала женщина и повернулась. При этом ее сумка качнулась в сторону Десейна, и тот почувствовал сильный аромат Джасперса, шедший от нее.
Мейбл Йорик повернула голову в его сторону.
— Хочу поблагодарить вас за проявленное понимание, — сказала она. — Если сеть что-нибудь… — Она замолчала, увидев, что внимание Десейна привлекла сумка. — Держу пари, вы учуяли запах кофе, — произнесла она. — Хотите?
Десейн вдруг понял, что не может не кивнуть, соглашаясь.
— Сейчас, секундочку, — женщина поставила сумку перед собой. — Термос почти полон. Я отпила лишь одну чашку, когда мы охотились у пруда. Правда, пролила большую часть на землю. Пити, беги вперед и помоги своему папочке залезть в машину.
— Хорошо, мама. Спокойной ночи, доктор Десейн.
Десейн не мог отвести завороженного взгляда от рук женщины, достающей из сумки сверкающий металлический термос.
— Берите термос, — предложила женщина и протянула его Десейну. — Вы вернете его в городе. Мы живем всего за полквартала от клиники на Салмон Вэй.
Пальцы Десейна сами собой обхватили шероховатые бока термоса. Его забила дрожь.
— Вы уверены, что с вами все в порядке? — спросила женщина.
— Наверное, это последствия пережитого шока, — ответил Десейн.
— Возможно. Мне очень жаль. — Она прошла за спину Десейна к грузовику и выдернула стрелу из стенки кузова. — Хочу отдать ее Пити как напоминание о том, что необходимо быть осторожным.
Десейн, оторвав взгляд от термоса, перевел его на песчаную дорогу. Пити и его отец прошли уже полпути до шоссе. Впереди ослепительно сияли фары машины. Один раз прозвучал сигнал.
— Если вы уверены, что с вами все в порядке, — начала женщина, — я пойду. — Она посмотрела на грузовик, потом еще раз на Десейна. — Если сеть что-нибудь, что мы могли бы…
— Я… верну вам термос, как только смогу, — поторопился заверить Десейн.
— Спешка вовсе ни к чему, — женщина плотнее закуталась в свой плащ и зашагала в сторону шоссе. Примерно через двадцать шагов она повернулась. — Вы поступили очень благородно, доктор Десейн. Я никогда этого не забуду.
Десейн подождал, пока машина тронется. Не успела она скрыться из виду, как он уже оказался в кузове грузовика, открутил крышку термоса и налил себе горячего кофе.
Когда он подносил чашку к губам, его руки дрожали. Он забыл обо всем, поглощенный сильным ароматом Джасперса, окутывающим его, и с жадностью выпил чашку. Ему показалось, словно по всему телу из точки в желудке распространяются теплые лучи. Он ощупью добрался до скамейки и закутался в спальный мешок.
Пришло ощущение, что он временно живущее существо, а его сознание заключено в раскаленных сетях. Он погрузился в царство ужаса и страха. Десейн пытался вывернуться из этих сетей, но они крепко держали его. Куда же делось то его «я», каким он однажды уже был? Он пытался зацепиться за это «я», которое мог узнать. Но сама мысль о нем ускользала, превращаясь в пустой звуковой символ, который он интерпретировал как бездействие ума. На один крошечный миг ему показалось, что он встал на твердую почву, ухватился за стержень относительной истины, от которой мог отталкиваться, принимать решение и оправдывать все свои предыдущие действия. Его глаза широко раскрылись. В смутном отраженном свете луны и звезд он увидел нечто, сверкающее на стенке, и узнал наконечник стрелы Пити.
Вот суть этой относительной истины — наконечник стрелы. То она является, то неожиданно исчезает. «Все появляющееся на свет затем исчезает», — сказал он себе.
И тогда он почувствовал, как внутри его сознания зашевелилось древнее существо, пребывающее там и пожирающее его разум. «Это сон», — подумал Десейн. Внутри него, в бесконечной, замкнутой сфере спал «человек» и не желал просыпаться.
Десейн спал.
Глава 10
Его разбудило солнце.
Кофе в термосе остыл и потерял вкус Джасперса, но он выпил его, чтобы избавиться от сухости в горле.
«Скорее всего, в долине есть что-то вроде школы-интерната, где родителям отведены определенные часы для посещения. Но наверняка этот интернат отличается от привычных школ».
Десейн уставился на термос: кофе кончился. Он еще ощущал его горький привкус, напоминавший о слабости, которой он поддался ночью. Джасперс погрузил его в кошмары. Он вспомнил, что ему приснились стеклянные дома, стены которых внезапно треснули и рухнули на него. Он пронзительно закричал…
«Здания из стекла, — подумал он. — Теплицы».
Он услышал звук приближающейся машины и спрыгнул на песок в прохладу утреннего воздуха. К лагерю по ухабистой дороге приближался зеленый «шевроле», показавшийся ему знакомым. Десейн решил, что это либо машина Джерси Хофстеддера, либо ее двойник. А потом он увидел за рулем крупную седовласую женщину, управлявшую автомобилем, и узнал мать Сэма Шелера, Клару, занимавшуюся продажей автомобилей.
Она остановилась рядом с Десейном и, выйдя из машины, подошла к нему.
— Мне сказали, где вы, и не соврали! — заявила она.
Клара Шелер стояла перед Десейном, держа в руках накрытую тарелку.
— Вы приехали, чтобы снова попытаться продать мне эту машину? — спросил он.
— Машину? — она бросила на автомобиль такой взгляд, словно он только что появился здесь после какого-то волшебства. — Ах да, машина Джерси. У нас еще будет время, чтобы поговорить об этом… позже. Я привезла вам немного вот этого — чтобы опохмелиться.
