— Желательно магическую невидимость по максимуму.
— А зачем? — спросил Орешкин.
— Вижу там народ, но не могу понять, сколько из них одарённые, — соврал я. — Далеко слишком, и вы мешаете. По уму вам бы отойти подальше, но выходить нельзя, поэтому поставьте невидимость.
— Уже! — заявил Влад.
Магическая невидимость была одним из базовых заклятий маскировки — позволяла скрыть от других магов, что ты одарённый. Конечно, всё это было условно — серьёзный маг, используя необходимые навыки, враз вычислит таких «замаскировавшихся». Но если целью не задаваться и не напрягаться, то и серьёзный маг пройдёт мимо того, кто наложил на себя Магическую невидимость. И в моём случае это тоже подходило — ребята сразу же перестали «фонить».
— Может, на них тоже невидимость наложена? — спросил Орешкин. — Если ты не можешь ничего разглядеть.
— Просто они далеко, и вы мешали, — снова соврал я, потому как сказать правду, что я уже разглядел всех одарённых и теперь мне надо определить их уровень владения магией, я не мог.
Сколько мы ни тренировали с Артёмом Ивановичем Поиск жизни, я ни разу не слышал от наставника, что это заклятие способно определять мощь одарённого. Только расположение человека в пространстве и сам факт наличия или отсутствия дара. Но я также ни разу ни от кого не слышал, что вообще возможно видеть чужую магию, а я видел. То ли я был действительно каким-то уникальным магом, единственным в своём роде, то ли были ещё, но они тоже скрывали эту способность.
— А сколько их там всего? — поинтересовался Артур.
— Семеро, — ответил я и снова принялся накладывать Поиск жизни.
Теперь пошло веселее, хотя немного и отвлекали одарённые на вечеринке в ближнем доме. Но я наложил Поиск жизни на область Петиного дома несколько раз, максимально усилил заклятие и наконец-то смог всё разглядеть. После чего поделился информацией с товарищами.
— В общем, там семь человек, — сказал я. — Из них четверо — одарённые. Один одарённый и один неодарённый находятся на втором этаже, весь остальной народ на первом. Те, что на втором этаже, судя по горизонтальному положению, спят. Скорее всего, это Петя с подружкой или проституткой. Ещё двое одарённых и двое неодарённых спят на первом этаже. Но все в разных комнатах, так что это или охрана, или прислуга.
— Ну явно никому, кроме Пети, не разрешено сюда баб водить, — усмехнулся Влад.
— А один одарённый бодрствует в будке охранника почти сразу за воротами, — продолжил я. — Но бодрствует условно — сидит в кресле или на стуле. Может, тоже спит.
Я умолчал о том, что одарённый в будке имел очень слабый дар и большой опасности не представлял. Не мог я поделиться такой информацией. На сам это знал — уже хорошо. Да, усыпить его заклятием Сна через забор не получится, но обезвредить такого, что называется, вручную — дело максимум тридцати секунд.
А вот двое, что спят, те серьёзные противники — даже с расстояния и посредством Поиска жизни я видел, как много в этих парнях магии и понимал, что повозиться с ними придётся. Да и сам Петя не подарок. Конечно, не Сибирский князь, но тоже силён. Впрочем, и мы не фантики: справились же мы с Владом у нотариуса дома с группой одарённых бандитов, да и мой индивидуальный опыт спасения Насти придавал уверенности.
По большому счёту я вообще не сомневался в том, что мы сможем расправиться с Петиной охраной и пленить бандита. Переживал я за другое — получится ли это сделать относительно бесшумно и быстро? Оно понятно, что Петины охранники полицию вызывать не станут, но те же люди на вечеринке, не вовремя выйдя на улицу и заметив в доме напротив подозрительную активность, вполне могут.
— Стоят на доме какие-нибудь магические защиты или ограничения? — поинтересовался тем временем Артур.
— Ничего такого не заметил, — ответил я. — Но оно и логично, это лишь привлечёт лишнее внимание. Если уж залёг на дно, то лежи и не отсвечивай.
— Ну да, логично, — согласился ИСБ-шник. — Думаю, мы можем уезжать,
— Погоди, дай пробью вечеринку, чтобы хоть понимать, кто там.
Сказав это, я наложил Поиск жизни на ближайший дом и чуть не присвистнул от удивления: народу там было очень много, и чуть ли не каждый третий был одарённым. И это была полноценная вечеринка, всё как положено: на первом этаже целая толпа тряслась и дёргалась — видимо, танцевали, а в многочисленных комнатах второго и третьего этажей народ, разбившись по двое, а кое-где и по трое, пребывал в основном в горизонтальном положении. Но эти ребята, судя по их активным движениям, явно не спали.
— Что там? — спросил Артур.
— Полноценная вечеринка, — ответил я. — Всё по-взрослому. И она в самом разгаре.
— Это хорошо, — заметил ИСБ-шник. — Значит, в ближайшее время расходиться не будут. Но всё равно лучше не тянуть. Нам сейчас вот сюда надо.
Артур протянул Григорию карту, тот внимательно изучил предстоящий маршрут, после чего собрался заводить двигатель, но не успел — возле его дверцы неожиданно появился какой-то мужик лет тридцати и постучал в водительское окно. Вид у незнакомца был недовольный. Орешкин открыл окно, и этот мужик тут же что-то произнёс по-французски.
Орешкин, не задумываясь, что-то ответил, после чего мужик неожиданно… рассмеялся. А затем он принялся что-то объяснять и куда-то тыкать пальцами — будто указывал дорогу. Гриша в итоге поблагодарил француза — уж слово «мерси» я узнал, и тот ушёл. Сразу же после этого Орешкин закрыл окно, завёл двигатель, и мы уехали.
— Что это было? — Спросил Артур.
— Хозяин дома вышел поинтересоваться, кто мы такие и почему так долго стоим на его парковке, — ответил Гриша. — Я ему пояснил, что мы ждём, когда нам принесут дурь, которую мы заказали. Он на это сказал, что мы ошиблись улицей, и показал, куда надо ехать за дурью. Хороший парень.
До следующего пункта назначения мы ехали минут десять. Ла-Сьота — городок небольшой, казалось, там всё рядом. В итоге прибыли на самую окраину, в какую-то промышленную зону со множеством складских помещений и полукустарных производств. Проехав вглубь этой зоны почти до самого конца, мы упёрлись в ряд старых гаражей. Григорий остановил машину и сказал:
— Если карта не врёт, то нужное нам место где-то
