– Я очень часто представляла себе ее жизнь. Представляла, что я могла бы сделать с ее деньгами, как я ценила бы путешествия, одежду, роскошные вечеринки и всякие привилегии, которые ей наскучили.
– Ты не могла не заметить, что такого отца, как Брэдфорд Уитни, никому не пожелаешь, – с осуждением проговорил Тео. – Он довел хрупкую маму Лариссы до нервного срыва. Она поселилась во Франции и не выходит из дому.
– Кстати, – усмехнулась Бекка, – я знаю, каково это, когда у тебя плохой отец. Как только мою мать семейство Уитни вышвырнуло на улицу, моего отца как ветром сдуло. Но мама не могла уехать во Францию, чтобы там прийти в себя. Ей пришлось учиться быть матерью-одиночкой, и помочь нам было некому.
– Все-таки представь, каково Лариссе было расти в таком доме, – не отступал Тео. – Она никогда не была сильной, как ты. У нее не было ни единого шанса.
– У нее были все шансы, – возразила Бекка. – Большинство людей и мечтать не могут о таких шансах!
– У нее были деньги, – покачал головой он. – Это не одно и то же.
– Как ты, выросший на задворках, можешь сочувствовать бедной богатой девочке? – Бекка была не в силах сдержать эмоции. Как Тео смеет защищать женщину, которая, судя по всему и по его собственным словам тоже, обращалась с ним так, будто он неизмеримо ниже ее?
– Богатая не значит счастливая… – начал он.
– Богатая – значит богатая! – яростно бросила Бекка. Она злилась на него. На Лариссу, черт бы ее подрал. На ситуацию, которая выходила из-под контроля так быстро, что она не могла оставаться спокойной. – У нее были все преимущества, какие только существуют.
– Она самая грустная девушка из всех, кого я встречал. – Тео посмотрел на Бекку так, что сердце у нее замерло.
Как будто он ее ударил.
– Ты говоришь о душевной боли? Тебе известно, у кого есть время на такие страдания, Тео? У женщин вроде Лариссы, которым не надо больше ни о чем беспокоиться. Ни о том, что они будут есть сегодня на обед, ни о том, как заплатят в этом месяце за квартиру.
– Ты ее не знаешь, – повторил он.
– Интересно, знаешь ли ее ты, – парировала Бекка. – Ты изо всех сил оправдываешь Лариссу.
Ты привез сюда меня, чтобы я прикинулась ею, потому что она в очередной раз тебя предала. Но ты все равно ее защищаешь.
– Я не собираюсь выслушивать…
– Ты хотел, чтобы я ее изучила, и я это сделала, – сказала Бекка. Ей очень хотелось, чтобы Тео очнулся и увидел правду. – Женщины, о которой ты все время думаешь, просто не существует. И никогда не существовало.
– Ты забываешься. – Его голос мог бы сокрушить даже сталь.
По ее телу побежали мурашки.
– Тео.
– Это ты призрак, – продолжал он еще более убийственным тоном. – Это ты играешь роль. Ты просуществуешь ровно столько, сколько я тебе скажу. Советую знать свое место, – бросил Тео и ушел.
Бекка дрожала. Но не от страха, а от сильного желания. Бекка побледнела и стала похожа на самого настоящего призрака.
Глава 6
Проснувшись на следующее утро, молодая женщина почувствовала себя ужасно хрупкой и уязвимой.
Она медленно села на кровати, осторожно откинула волосы назад. У нее было что-то вроде эмоционального похмелья. Бекка прошла в огромную ванную, которая сначала поразила ее своей роскошью, а теперь стала почти что привычной.
Когда она вернулась в элегантную, оформленную в белых и синих тонах спальню, ее уже ждал горячий кофе. Бекка налила себе полную чашку и сделала несколько глотков. И только потом она взглянула в зеркало.
Оттуда на нее смотрела Ларисса.
Все слишком запуталось. Бекка с яростью подумала, что, если один задира считает себя вправе решать, существует она или нет, это еще не означает, что это правда. Она постаралась отмахнуться от напоминаний о тяжелом детстве, от резких слов Брэдфорда и от очень похожих на них вчерашних речей Тео.
И если внутри ее образовалась какая-то пустота, никому об этом знать не надо. У нее хорошо получалось подальше задвигать то, о чем она думать не хотела. Даже слишком хорошо.
Бекка позвонила Эмили и расспросила, как у нее дела, но долго говорить не стала, чтобы не лгать очень много. Но когда она услышала голос сестры, ей стало легче. Она заглушит ненужные эмоции и сосредоточится на своей работе. Ведь она здесь не для того, чтобы разгадывать тайны Лариссы или Тео. Не важно, что он ее заинтриговывает, что ее тело словно оживает при мысли о его губах и сильных руках. Ей нужно сыграть роль, только и всего. А потом она заберет наследство матери, обеспечив тем самым будущее Эмили, и оставит пустую блестящую жизнь позади. Она будет рада избавиться от всего этого.
Вот такой план.
Одевалась Бекка неспешно. Наряд получился модным, таким, какой могла бы выбрать Ларисса.
Кокетливое алое платье и пара сапог. Потом она расчесала волосы и присела за туалетный столик, чтобы сделать ужасно сложный макияж, который, очевидно, Ларисса и подобные ей женщины считают обязательным атрибутом повседневной жизни. Бекка напомнила себе, что ее могут сфотографировать в любой момент. Так говорил Тео. Нельзя забывать о том, что сбросить маску она может только в собственной спальне. В остальное время она – достояние общественности.
Бекка не любила косметику. Иногда она красила ресницы тушью и немного подводила глаза. К макияжу она всегда подходила очень практично. Семнадцать слоев разного рода средств, которыми пользовалась Ларисса, казались ей излишеством. Но сегодня ей даже приятно было краситься, как будто она надевала маску.
Дело в том, что Бекке по-прежнему казалось, что она слишком уязвима. И ей это было неприятно. Если она хочет выйти сухой из воды, следует поглубже задвинуть чувства и сосредоточиться на конечной цели – на Эмили.
И не важно, как сильно ее завораживает Тео.
Когда Бекка увидела Тео за столом в кабинете, настрой у него был рабочий. Он едва на нее взглянул и даже развернул высокое кожаное кресло к окну, продолжая говорить по телефону.
Интересно, он всех заставляет так стоять? Чувствовать себя просителем? Ждать его внимания, словно милости? Почему нет? Ведь он посоветовал ей вчера не забываться. Помнить свое место. И сейчас он откровенно демонстрирует свою власть над ней. Когда она вошла в кабинет, он был слишком занят, чтобы с ней разговаривать, хотя домработница сказала, что Тео ждет ее. Бекка Уитни – настолько мелкая сошка, что он даже не позаботился о том, чтобы она не услышала разговор. Ей придется стоя дожидаться окончания телефонной беседы и чувствовать себя ужасно неуютно.
Поразительно, как ему удалось научиться такого рода трюкам? Ведь они не заложены в нем от рождения. Бекка поймала себя на мысли, что она не может представить Тео не таким влиятельным, без положения в обществе, без денег.
