И кто он после этого… После этого? Да он уже давно такой.
– Бекка, – начал он напряженно. – Я…
– Не смей извиняться! – гневно отрезала она. – У нас сделка. Это работа. Разве я сказала, что не справляюсь?
– Я тебя не знал, не знал, какая ты. – Тео, неожиданно для себя самого, обнял ее за плечи.
Бекка тут же откинула голову назад и посмотрела на него своими проклятыми глазами, из-за которых он был сам не свой.
– Я совсем тебя не знал. Мне было известно только, что ты на нее похожа. Я не предполагал, что для тебя это будет не просто игра.
Она посмотрела на него, и ему стало неуютно, почудилось, что она видит такие вещи, о которых он сам и не догадывается. По лицу ее пробежала тень, а потом она улыбнулась.
– А кто сказал, что это не так? – спросила Бекка. – Оказалось, я хорошо умею притворяться избалованной принцессой. Кто бы мог подумать? – Она рассмеялась. – Наверное, это гены Уитни.
– Не надо! – Голос его прозвучал жестче, чем он рассчитывал.
– Не понимаю, – удивленно протянула Бекка. – Ты не хочешь, чтобы я играла в эту игру по правилам, которые ты сам же и установил? Или не хочешь, чтобы у меня хорошо получалось?
Тео покачал головой, ощущая, как затвердела его плоть. Ему хотелось ответить ей всем телом. Чтобы они оба забылись, растворившись в той истине, которая столько значила для него в данную минуту. Только эта истина могла освободить их от игры, в которой он запутался.
– Не знаю, – признался Тео.
Он хотел того, что не мог выразить. Она Бекка, не Ларисса, тем не менее ему казалось, что это правильно. Он хотел ее больше всего на свете. А еще хотел никогда не делать ей больно, но боялся, что уже слишком поздно.
Воздух между ними накалился. Тео видел перед собой только Бекку. А потом она тихонько вздохнула, и во взгляде ее промелькнула какая-то безысходность. Но она моргнула, и безысходность тут же исчезла, растворилась.
Она улыбнулась – так искренне, что он обо всем забыл.
– Я не знал, какая ты, Бекка, – пробормотал Тео. – Клянусь.
– Ничего, – прошептала она. – Но я знаю, какой ты.
А потом она встала на цыпочки, обвила рукой его шею и прижалась губами к его губам.
Глава 8
Тео обнял ее, она ощутила тепло его рук на плечах, а потом на спине. Но больше он ничего не сделал. Его губы под ее губами были теплыми, упругими, и Бекка задрожала всем телом.
Но она заставила себя оторваться от Тео, хотя это оказалось намного сложнее, чем она думала. Он посмотрел на нее с высоты своего роста, нахмурившись, и ей показалось, что он пытается ее понять. Как будто она была для него тайной. Бекка смотрела Тео в глаза, губы ее все еще покалывало от соприкосновения с его губами. Жар все еще бежал по ее жилам, а сердце бешено колотилось где-то под ребрами.
Папарацци на улице вели себя ужасно. Они напирали на нее, выкрикивали оскорбления и задавали ужасные вопросы. Вспышки камер ослепляли. А в лифте было безопасно, и Бекке захотелось забыть… обо всем. Какое имеет значение, что Тео жесток, как он утверждает? По сравнению с кошмаром, творившимся на улице, он не так уж опасен. Или, по крайней мере, опасен по-другому. Но с этим можно справиться.
Бекка чувствовала, как он прикасается ней, как смотрит на нее – жарко и с раскаянием в глазах. И она не видела смысла притворяться, что не очарована им. Если ей приходится мириться со всеми неудобствами своей роли, почему бы не воспользоваться единственной положительной ее стороной?
Разум предупреждал, что нужно быть осторожнее.
Но она все равно поцеловала Тео. Хоть и знала, что не стоит этого делать. И все же Бекка не жалела ни о чем. Она оживилась, ощутила мощный прилив энергии. При этом в глазах ее стояли слезы.
Казалось, она больше не контролировала собственное тело.
– Извини, – прошептала она, потому что не знала, что еще сказать.
– За что? – тихо спросил Тео, не сводя с нее глаз. – За то, что поцеловала меня? Или за то, что остановилась?
Бекка не знала, как ответить на этот вопрос. Губы ее разомкнулись, и в глазах Тео вспыхнул огонь.
Но тут открылись двери лифта, Бекка быстро пошла вперед, не разбирая дороги.
– А теперь ты убегаешь, – заметил Тео у нее за спиной. – Может, все-таки ты жалеешь, что сделала это?
Бекка начала медленно поворачиваться. У нее появилось странное ощущение, как будто мир меняется, прямо здесь и сейчас. Она уже никогда больше не будет прежней. Тео камня на камне не оставит от Бекки Уитни – такой, какой она была. И все же она повернулась к нему. Ей хотелось броситься в его объятия. Тео был так близко.
– А может, это вовсе не ты меня целовала, – вздохнул он. – А очередной призрак, которого потревожила толпа на улице.
– Не надо, – выдохнула Бекка. Она очень много хотела сказать ему. Хотела объяснить, как у нее болит душа из-за того, что она до сих пор не знает, смотрит он на нее, Бекку, или видит перед собой Лариссу. Впрочем, это не важно – ведь то, что произошло между ними, лучше, жарче, больше, чем могло быть у него с любой другой женщиной.
Но имя Лариссы она вслух произносить не собиралась. Бекке отчаянно хотелось доказать, что она не призрак. Она настоящая, как и он сам.
– Чего ты хочешь? – спросила молодая женщина.
Губы Тео изогнулись в откровенно чувственной улыбке.
– Я уже сказал тебе, чего хочу. А вот чего хочешь ты?
Бекка рассмеялась так сексуально, что сама этому удивилась. Этот смех шел откуда-то из глубины ее души, где не было никаких вопросов и сомнений насчет этого мужчины. Она просто хотела его, как ни пыталась бороться с желанием. Когда Тео этот смех услышал, глаза его сузились от страсти.
– По-моему, я ясно дала это понять, – ответила она.
Тогда он протянул руку, ухватил ее за волосы и слегка потянул к себе:
– Давай еще яснее.
– Ведь я тебя поцеловала, – напомнила Бекка. – Но тебе, похоже, это было не очень интересно.
А что, если на то есть причина? Что, если она придумала весь этот жар и огонь? Что, если это все из-за той, на кого она так похожа? До чего же она докатилась, если ей уже все равно?
– Я хочу, чтобы ты была уверена в том, что делаешь, – объяснил Тео. – Ты должна быть уверена на все сто процентов, Бекка. Потому что половина меня не устроит. И один раз тоже.
По коже ее тут же разлилось тепло. И ей опять стало трудно дышать.
– Это так на тебя похоже, – с трудом выговорила она. – Ты едва меня поцеловал, а уже требуешь, чтобы я решила, хочу ли я с тобой переспать здесь и сейчас. Ты так ведешь деловые переговоры, Тео? Все или ничего? И никакого просвета?
– Посмотрим, увидишь ли ты свет сейчас, – пригрозил он с едва заметной улыбкой, а потом нагнулся и накрыл ее губы своими.
Тео не просто целовал. Он… обладал.
