– Почему нет? – спросил Тео.
– Потому что я тебе интересна только потому, что похожа кое на кого, – спокойно и размеренно ответила она. Даже слишком спокойно. – Поэтому личную информацию я оставлю при себе. Ты к ней доступа не получишь. Ты не узнаешь меня ближе, если тебе действительно нужна только она.
Тео долгие годы строил планы, представлял себе, как будет сначала управлять «Уитни медиа», а потом станет ее владельцем. Он был сосредоточен только на одной цели, а все остальное задвинул на второй план. Он нравился Лариссе, когда стал ее неотесанным любовником, чем сильно раздражал Брэдфорда. Она утратила интерес к нему, как только заметила, что он стал больше Уитни, чем сами Уитни. И вот в самом конце пути к мечте, к которой Тео шел столько, сколько помнил себя, возникло непредвиденное препятствие. Он не позволит ничему помешать ему.
И все же Тео смотрел через стол, и Манхэттен, с его шумом и блеском, вдруг растворился. Он видел только Бекку. Ее загадочный взгляд, умный, с вызовом. И еще с приглашением. Может, она сама ни о чем не догадывается, но Тео чувствовал это всем телом и хотел ее еще сильнее.
Он просто не мог с собой справиться. Он смотрел на Бекку и желал большего. Все время.
– Что, если я тебя хочу? – спросил он так, будто не был связан никакими обязательствами. Как будто был другим человеком. И все это время мечтал о ней. – Только тебя. Что тогда?
Глава 7
Между ними словно сверкнула молния, и соски Бекки тут же напряглись. А внизу живота разлилась сладкая боль. Щеки ее заалели.
Она не замечала, дышит она или нет.
А вот Тео сидел напротив – так близко и так далеко. Он не сводил с нее взгляда, как будто яростно ее ласкал. Ей вдруг показалось, что он намного примитивнее и первобытнее, чем может показаться, если посмотреть на его элегантный костюм. Бекка вдруг заглянула ему в душу, и оказалось, что они с ним чем-то похожи. Она увидела в Тео буйство, страсть и жар, которые жили и в ней.
Жажда накатывала на нее, накрывала с головой, была во всем теле, в коже, в каждой клеточке.
Но они сидят в ресторане, на людях. Все это немного напоминало ей шараду. Но она никогда не узнает, на кого он так смотрит.
От этого Бекке было больно. Она уже начала поднимать руку к сердцу, чтобы эту боль облегчить, потом быстро ее опустила.
– Не хочешь. – Она хотела казаться сильной. Хотела, чтобы это прозвучало небрежно. Однако в горле у нее застрял комок, и она могла только шептать. – Ты не хочешь меня.
– Нет?
– Конечно нет. – Она опустила глаза, уставилась на тарелку, яростно осклабилась, чтобы подавить эмоции и подступающие к глазам слезы. – Ты хочешь то, что вынашивал в голове все эти годы. А я лишь невольная зрительница.
– Я хочу узнать, какая ты на вкус, – не успокаивался Тео. Его голос действовал на нее как наркотик. Тело Бекки пылало от страсти, хотя мужчина даже не пошевелился. – Твоя шея. Эта ложбинка между грудями. Я хочу распробовать каждый дюйм твоего тела. А потом начать все сначала.
Бекка не могла дышать. Не могла на него взглянуть. Она была парализована – одинаково боялась того, что он продолжит и что замолчит. Как она могла так запутаться? Зачем он ее мучает? У нее никогда не было проблем с мужчинами. И она никогда не воспринимала всерьез рассказы коллег о фееричности любовных отношений.
Но теперь Бекка поняла, что все не так просто. Получается, она ждала, когда появится Тео и зажжет в ней огонь. Ждала всю жизнь, и вот теперь она вспыхнула, а он влюблен в женщину, которая никогда не будет ему принадлежать, – женщину, которой Бекка стать не сможет, как бы ни была на нее похожа.
– Я хочу двигаться в тебе до тех пор, пока единственным, что ты не забудешь, единственным, что ты сможешь вымолвить, будет мое имя, – продолжал Тео, наверное не понимая, что он делает с ней этими шелковыми, бередящими душу, чувственными словами. А может, наоборот, он прекрасно это знал.
– Перестань. – Голос ее прозвучал слабее, чем нужно. Как будто она его молила. – Мы же не одни. На нас люди смотрят.
– Ну, тогда тебе нечего бояться, – свысока заметил Тео. Так властно. Так спокойно. – Что может случиться, если на тебя смотрит весь Нью-Йорк?
– А как же твой план? – отчаянно бросила она, чувствуя, как набухли груди, как ее бросает то в жар, то в холод. – Вы с Лариссой так вели себя в ресторанах?
Это имя подействовало на Тео словно ушат ледяной воды. Его поведение вдруг резко изменилось.
– Сегодня ты уже сделала то, что я хотел, – заявил он, и лицо его снова стало похоже на непроницаемую маску. Но глаза все еще горели и вызывали в ней такие эмоции, которые не должны бы вызывать. – Тебя видели на публике целой и невредимой. И никто не усомнился в том, что ты – Ларисса.
– Чудесно, – скованно ответила Бекка.
И тут Тео ее удивил. Он наклонился и снова взял ее за руку, причем на этот раз мягко удержал, когда она попыталась выдернуть пальцы. Его кожа на ее коже. Жар ворвался ей в ладонь, поднялся по предплечью и распространился по груди и животу.
– Но мы-то с тобой оба знаем, что скрывается под поверхностью, – произнес он голосом укротителя змей, а его глаза тем временем расточали такие обещания, что у Бекки все тело ломило. Рвалось к нему. Жаждало того, о чем она не осмеливалась даже подумать.
– Я уже сказала, – процедила она. – Ты меня не знаешь и не узнаешь. Мы об этом не договаривались.
– Я знаю тебя. – Тео смотрел на их соединенные руки, Бекка чувствовала этот взгляд, он жег ей кожу. – Ты вспыльчивая и очень гордая. Я эти качества вижу и уважаю. Ты пожертвовала собой ради своей сестры и наверняка ради матери тоже.
– Моя мать… – яростно начала она.
– Выбрала то, что выбрала, – мягко перебил ее он. И она замолчала. И даже не стала себя за это ненавидеть, хотя должна была бы. – И все равно ты считаешь виноватой себя. Поэтому ты ведешь себя как обозленная курица среди лисиц. И ты намерена получить то, что принадлежит тебе по рождению.
– Ты бродячий пес, а я курица, – сухо бросила Бекка. – Интересно, какими еще обитателями ранчо мы успеем перебывать за время нашего знакомства?
– Таким отношением к людям и еще остроумием ты защищаешься от всего мира, – продолжил Тео. – А иногда используешь его как оружие. Ты нападаешь прежде, чем могут напасть на тебя. И ты не умеешь отступать. Но иногда отступление может стать частью тактики, Бекка.
– Вот и используй эту тактику, – отрезала она. Ей хотелось отдернуть руку, вскочить и броситься к двери. Она могла бы за считаные секунды затеряться в городе. И к вечеру вернуться в Бостон. Они с Эмили что-нибудь придумают. Точно.
Но она не сдвинулась с места.
– И ты так же очарована мной, как я тобой. – Тео пальцами выписывал круги на ее ладони, удерживая Бекку одним своим янтарным взглядом.
