болтают.
Королевский кортеж едет по мощеной улице. Отражение лица принца Сайруса появляется в окне. Он самое прекрасное существо, которое она когда-либо видела.
Золото… Неужели кусочек бального зала? Отзвуки музыки, приглушенные и отдаленные.
Я ищу еще немного, но ничего больше не вижу. Судьбам нет никакого дела до этой девушки. Этого я и ожидала. Не каждой из нас суждено стать принцессой или отважной сироткой, или, пощадите звезды, отважной принцессой-сироткой, которую ждет великая судьба.
Подбираю слова, чтобы выдать ей какое-нибудь загадочное предсказание.
– Возможно, вам удастся поучаствовать в приятной беседе с принцем Сайрусом. – Сициния болтлива, и сказанное может придать ей смелости, так что она сама заговорит с принцем. – Возможно, это будет первый и последний ваш разговор, но ты сможешь подобрать слова, которые он навсегда запомнит. Не теряй надежды.
Маленький вздох срывается с ее губ, и она крепче сжимает мои ладони.
– Ни в коем случае! Я буду счастлива, если он хотя бы однажды подумает обо мне.
Я какое-то время поддерживаю ее расспросы о возможных темах разговора, а после отсылаю ее прочь. При выходе она бросает щедрое подношение в фонтан.
После Сицинии вопросы не меняются. Посетители заходят, протягивают мне свои руки. Их сердца принадлежат принцу, но жадность – мне. «Вы видите любовь?» – спрашивают они, слишком стеснительные или робкие, чтобы узнать о чем-то более конкретном, несмотря на то, что все здесь собрались по одной причине.
Чем больше нитей я просматриваю, тем четче выстраивается картинка бала: разлетающиеся в танцах платья, диковинные маски, а ярусных тортов столько, что можно накормить всю нашу армию. Особенно часто можно увидеть молодого человека в золотой маске лиса – объект внимания всех посетительниц, – что выдает в нем принца Сайруса собственной персоной. Поэтому я решаю направить своих посетительниц на охоту именно за ним.
– На удачу, – говорю я, чтобы быть более загадочной.
Невыносимые визитеры тоже встречаются. Например, леди Мирабель, которой не нравится моя прямолинейность, но она все равно бросает пару серебряных монет в фонтан, чтобы не отличаться от остальных.
– Ты думаешь, что твои шутки смешны, ведьма, – говорит она. – Но ты лишь показываешь свою зависть. Тебе пришлось устроить сцену из-за того, что Его Высочество привлекает много внимания! Бьюсь об заклад, что глубоко в душе ты не хочешь, чтобы он нашел себе невесту.
– Ой, а ты меня подловила.
Я устрашающе взмахиваю пальцами, хихикая, пока она проходит в комнату. Но моя радость длится ровно до того момента, пока яркий комок золотого света не врезается мне в лицо и не начинает пищать на меня.
– Никаких фей в комнате предсказаний!
Мирабель хмурится, но отзывает свою феечку. Когда та ее не слушается, она достает из сумочки флакончик с золотой жидкостью, амброзией, и капает на палец. Фея моментально подлетает к ней, я и моргнуть не успеваю, как та слизывает всю каплю за раз, пьяно вылетая из окна.
После этого я предсказываю Мирабель, что она так увлечется напитками, что опозорит себя под конец вечера. Она выбегает из башни, перед этим смачно плюнув мне в лицо.
Следующей в очереди, к моему удивлению, заходит леди Зиза Лэйс, племянница лорда Четвертого доминиона.
До появления газеты Зиза была известна своим бессчетным количеством помолвок, список женихов мог бы по длине переплюнуть налоговые записи за все существование Эвинии. О, ее репутация известна и за морем, она часто бывает в Юэ, где живут ее родные со стороны отца. Слышала, что она планировала остаться незамужней после того, как убедится в том, что все женихи ее не достойны. Сейчас ей тридцать, она сама добилась успеха, и я не думаю, что она пришла сюда узнать, есть ли у нее шанс получить сердце принца.
Черные локоны обрамляют ее жемчужно-белое перепудренное лицо. Ее тело втиснуто в платье цвета охры с корсажем настолько тугим, что им можно, наверное, доить коров. Все, что он должен был поднять, подпрыгнуло, когда она села на стул.
– Читали ли вы сегодняшний выпуск «Сплетая кружева»? Что думаете о разборе натальной карты?
Ох, натальная карта. Если бы Сайруса действительно волновали шарлатаны и вруны, то он бы запретил их в первую очередь.
– Если честно, то я не имела чести…
– Родившись в новолуние в Лебеде, принц Сайрус от природы очень скрытен. Он любит хорошие загадки и чистоту и терпеть не может надоедливых людей.
Мой рот распахивается от удивления, но я сразу же его закрываю.
– А есть те, кому они нравятся?
– Мне. В противном случае, я была бы лицемеркой. – Зиза заливается смехом и наклоняется через стол с блеском в глазах. – Ну, мисс Лун. Поведайте мне, кто это будет? Невеста, выбранная принцем Сайрусом.
Мои брови поднимаются вверх. Нет, она не может знать о плане короля.
Она вновь смеется.
– Это буду не я! Да, я амбициозна, но не сумасшедшая. Судя по всему, он женится на одной девушке, раз и навсегда. Так себе расклад. Но у будущей королевы может быть столько друзей, сколько она пожелает.
Так вот куда она метит, а это умно. Еще лучше заручиться дружбой королевы до того, как она ей станет, чтобы сделать связь сильнее.
– Если бы я знала ответ, нам бы не пришлось искать ему невесту, – холодно отвечаю я, потянувшись за чайником с остывшим чаем. От таких болтливых посетителей, как Зиза, у меня пересыхает горло.
– Что ж, очень жаль. – Зиза ерзает в кресле. – Мой дядюшка считает, есть шанс, что Сайрус не найдет свою истинную любовь вовсе. Я знаю, Всевидящая госпожа Фелицита выжила из ума, но Совет все еще очень переживает из-за ее пророчества. Я слышала, что они снова выдвигали кандидатуру лорда Фидера из Десятого доминиона.
Я продолжаю наполнять свою чашку, остановившись ровно перед тем, как чай перелился бы через край.
– На трон?
Лорд Фидер, любовно именуемый «Фифи» в узких кругах, двоюродный брат Сайруса и Камиллы. Собрание герцогов приложило много усилий в попытках уговорить короля Эмилиуса выбрать его наследником, когда Сайрус серьезно заболел в возрасте пятнадцати лет, а страх его проклятья превратился в манию.
Но я слышала, что они кричали за закрытыми дверями, о чем они перешептывались, когда думали, что находятся среди друзей. Их стремление посадить на трон Фидера родилось не из страха. Нет. Герцогам не нравилось, что компании их сыновей и дочерей принц предпочел находиться в обществе баликийца – Данте. А еще им не нравилось, что он так рьяно выступал против поджогов Фейского леса и амброзии, от продажи которой они богатели.
В итоге Сайрус поправился, а король Эмилиус отослал Фифи на границу в Десятый доминион, где он живет последние четыре года. Я о нем с тех пор и не слышала, до сегодняшнего дня.
Зиза взмахивает руками.
– Ох, но это просто шум. Они же не могут начать предлагать кандидатов, пока Сайрус еще жив. Его Величество
