— О, всеми силами! — отвечал журналист. — Вот документы, добытые английской полицией и переданные Мельвилем. Прочтите их… это поразительно. А теперь нельзя ли мне свободно общаться с Фортеном? Хотел бы сообщить хорошие известия ему и старикам-родителям.
— Я сейчас возвращаюсь в Версаль, увижу вашего друга и сообщу всю правду!
— Благодарю, дорогой друг, благодарю от всей души!
— Вы взволнованы, отдохните до завтрашнего полдня, а тогда приезжайте в Версальский суд.
— Не премину это сделать.
— И вы также, мистер Тоби.
— Да, сударь, по приказу своего начальника, старшего агента Мельвиля, я остаюсь с мистером Редоном. Очень рад повиноваться его приказанию и, увидите, буду вам полезен. Прежде всего, мне нужно сделать так, чтобы негодяи не смели приблизиться к вам. Увидя рядом сыщика английской полиции, они поймут, что открыты, и быстро оставят Францию.
— В этом есть свой смысл, мистер Тоби. Располагайтесь здесь… вот комната… вы у себя… пейте, ешьте, а я — в постель! До завтрашнего полудня, дорогой прокурор! Вот документы… возьмите их!
— Благодарю!
— Прав я был, когда кричал «ловушка»?
— Да, были правы, и я благодарю вас от имени правосудия.
— Ба! Не стоит!
— Нет, стоит, вы разъяснили печальное заблуждение. Но это останется между нами, не так ли?
— Даю слово!
— Я и не ждал иного от такого человека, как вы! Мы иногда ошибаемся, потому что ошибки свойственны людям, но всегда действуем по совести и стараемся не преступить закона! До завтра!
Товарищ прокурора уехал. Редон пообедал с аппетитом, лег в постель и уснул как убитый.
В восемь часов Тоби вышел из дому, взял карету, вернулся в отель «Виндзор» и потребовал расчет. Получив его, сложил в маленький сундук свой тощий багаж, снес его в экипаж и направился в квартиру Редона.
На улицах продавали второй выпуск газеты «Ле суар». Разносчики выкрикивали: «Берите последние новости… Читайте о Батиньольском преступлении… убийство капиталиста… кража пятидесяти тысяч франков! Требуйте последние новости!»
Тоби подумал:
«Пятьдесят тысяч франков… Две тысячи фунтов… Что, если и здесь замешана «Красная звезда»?»
Он купил газету, пробежал глазами описание события и сел в карету…
ГЛАВА 9
Тщетные предосторожности. — Дьявольская ловкость. — Это английская работа. — На свободе. — Вознаграждение. — Истинный друг. — Отправимся в Клондайк! — Отъезд в Америку.
Убийство в Батиньоле осталось навсегда тайной. Совершенное с неслыханной ловкостью и смелостью, оно сильно взволновало общественное мнение; но парижской полиции, несмотря на все ее искусство, не удалось отыскать ни одного следа преступников. Только, может быть, Тоби 2-й да его товарищи, агенты Мельвиля, догадывались о правде.
Жертвою был семидесятилетний старик, очень скупой и богатый, собиравший драгоценные вещи и деньги. С ним жила единственная служанка, шестидесяти лет, плохо слышавшая и любившая пропустить стаканчик.
В день убийства старик получил в банке «Лондонский кредит» пятьдесят тысяч франков и возвратился веселый, любуясь шелестящими синими бумажками, потом заперся в маленьком кабинете, где находился денежный сундук и куда никто, кроме него, не входил, даже прислуга. Предосторожность скупца доходила до чрезвычайных размеров, он сделал все, чтобы превратить эту комнату в неприступную крепость: ставни, плотно закрывавшие окна, были покрыты стальными листами и снабжены целой системой запоров и пружин. Кроме того, входная дверь запиралась цепями и стальными перекладинами. Наконец, отверстие каждого камина закрывалось на высоте человеческого роста прочной решеткой. К несчастью, хозяин забыл обить железом пол и стены, тогда бы он жил в настоящем металлическом кубе.
Но как бы то ни было, восьмого апреля освободилось помещение над квартирой старика, находившейся на четвертом этаже старого дома по улице Бурсольд. Какие-то люди перевезли сюда скудную мебель, они уходили и приходили в свое скромное жилище в определенное время, как мастеровые или служащие, и с дьявольской ловкостью ухитрились проделать отверстие в полу, как раз над комнатой-сейфом богача. Работали без всякого шума и выполнили эту каторжную работу за восемь ночей.
Должно быть, когда злоумышленники спустились к нему, старик услыхал легкий шум, потому что встал и взял спичку, найденную потом в безжизненной руке, — воры ворвались в комнату, схватили его, задушили и бросили на ковер, сами же кинулись к денежному сундуку. Предпочитая грубой работе с ломом ювелирную точность, они пробили металлическую стенку при помощи стального наконечника, приложенного к маленькому коловороту с зацепками — чудо механики! Сделав одно отверстие, принялись за второе, потом заменили коловорот маленьким ручным буравом, снабженным пилой. Мало-помалу, менее чем в два часа, в стенке на уровне замка получилось широкое круглое отверстие. Однако вырвать запорный механизм не удалось; тогда один из взломщиков просто просунул внутрь узкую руку и вытащил связку в пятьдесят тысяч франков, находившуюся сверху. Почему воры удовлетворились такой добычей? Не услыхали ли они какого-нибудь подозрительного шума вблизи? — неизвестно, только проделывать отверстия с другой стороны денежного сундука не стали.
Поднявшись в свою квартиру, грабители переменили одежду и покинули помещение в три часа утра.
Служанка ничего не слыхала. В шесть часов постучалась к хозяину, дверь комнаты которого была, по обыкновению, наглухо закрыта. В восемь часов она опять подошла к двери, испугалась, спустилась к привратнику и попросила привести полицейского.
Убийство было обнаружено, равно как и кража. Но подозрений ни на кого не пало. Один Тоби провидел истину. Он добыл от французских агентов некоторые разъяснения, видел улики и сказал Редону:
— Это английская работа! Ваши французские бандиты не имеют таких совершенных приборов!
— Очень возможно, Тоби, — с важностью отвечал журналист, — впрочем, у меня нет национального самолюбия!
Английский агент при помощи своего товарища начал розыски, но они ни к чему не привели. Пришлось сделать заключение, что убийцы покинули Францию, увозя с собою и пятьдесят тысяч франков — предмет их преступных вожделений. Кроме того, агент заявил журналисту и его друзьям:
— Вы сбиты с толку деятелями «Красной звезды». Думаю, два злодея уехали, как и предупреждали, в Клондайк — ловить в мутной воде миллионы. В их преступных руках оказался основной капитал, необходимый для начала предприятия, — пятьдесят тысяч франков.
