– Прекрасно. – По какой-то причине Дарии не хотелось, чтобы ее оставляли одну. Но, не желая уподобляться некоторым беспомощным особам женского пола, при каждом удобном случае цепляющимся за мужчин – хоть ею владело сейчас именно такое чувство, – она заставила себя беззаботно улыбнуться.
Наученный горьким опытом и твердо решив, что больше не позволит ей ускользнуть, Рорк остановился сразу же за порогом.
– Я тебя слушаю. Давай выкладывай.
– Что именно?
– Очередное нравоучение старшего брата.
– Ну что ж… В свое время, насколько ты помнишь, мне большого труда стоило вытащить тебя из неприятностей, когда тебе втемяшилось в голову защищать репутацию Лилы Комо. Девица и гроша-то медного не стоила, но пришлось из-за нее вызывать на дуэль, то бишь устраивать драку со всем составом школьной футбольной команды.
– Если бы я знал, что она щедро раздавала свою благосклонность всем парням в школе, то не вел бы себя так по-рыцарски, – пробормотал Рорк, вспомнив, каким идиотом он себя почувствовал, когда Лила накричала на него из-за того, что он жестоко избил Билли Джонса, ведущего защитника футбольной команды. Оказалось, девица забеременела, занимаясь с Билли любовью на скамейках стадиона.
– Боюсь, история повторяется, – продолжал Майк. – Хочу предупредить тебя, что убийство в самом престижном отеле города вызовет чудовищную шумиху в прессе.
С губ Рорка сорвалось бессильное, но остроумное проклятие.
– Ты получил эту информацию от своих приятелей в полицейском управлении?
– Нет. От моей старинной подруги Дезире Дюпре.
– Журналистка, с которой ты жил в то время, когда я еще находился здесь?
– Да, она. В конце концов Дезире вышла замуж за другого – бывшего прокурора, переквалифицировавшегося в романиста, – но мы сохранили хорошие отношения.
– Я вижу.
– Можешь стереть эту гнусную ухмылку со своей физиономии, потому что мы только друзья. Ведь отнюдь не все братья О'Мэлли строят свои отношения с женщинами по принципу: пришел, добился успеха и удрал.
Верно, под эту характеристику подпадают только он, Рорк, и младший брат, Шейн. Майк же всегда был ответственным человеком. Рорка вовсе не удивляло в нем это качество. Их отец часто и надолго уезжал из дома, а мать оказалась неспособной справляться с сыновьями, поэтому, пока мальчишки росли, Майку самой судьбой было предначертано играть роль воспитателя.
Неудивительно, что Майк стал полицейским. Рорк считал, что таким образом он мог чувствовать себя старшим братом по отношению ко всему несчастному городу. По крайней мере он им и был, пока не оказался втянут в безжалостные жернова политических интриг.
– Что известно прессе?
– Только тот факт, что труп был обнаружен в номере, зарегистрированном на имя женщины. У Дезире сложилось впечатление, что полицейским хорошо известно, кто эта женщина, но они пока не хотят разглашать информацию.
– Возможно, намерены сначала найти и арестовать ее, а уж потом состряпают заявление для прессы, – вслух размышлял Рорк.
Майк покачал головой:
– Каким образом тебе это удается? Всего несколько часов в городе – и уже замешан в темную и опасную историю.
– Одна из сторон моего таланта. – Хотя обстоятельства не располагали к веселью, Рорк усмехнулся.
– Давай разберемся хотя бы в том, что нам известно. – Майк скрестил руки на груди. – Итак, что мы имеем на настоящий момент? И пожалуйста, не говори мне, что она переметнувшаяся русская шпионка.
– Ничего суперэффектного. Из удостоверения личности в ее бумажнике следует, что она заместитель прокурора.
– Дария Шиа. Я должен был вспомнить это имя. – Майк даже не пытался скрыть своего огорчения.
– Ты знаешь ее?
– Лично знаком не был. Она заступила на должность почти одновременно с моим уходом из полицейского управления. Но слышал о ней. Пользуется репутацией человека умного, знающего и неукоснительно честного, что представляется настоящей аномалией в нашем городе. Славится также своим трудолюбием и бескомпромиссной борьбой со скверными парнями – независимо от должностей, которые они занимают. Из-за ее действий сильно пострадало оперение многих важных птиц в нашем округе.
– В том числе и в полицейских участках?
– Ходили слухи о некоторых служебных расследованиях, связанных с незаконными доходами, подкупом и коррупцией, – признал Майк.
– Прямой, честный, энергично борющийся прокурор в этом округе должен быть морально готовым к появлению множества врагов.
– Боюсь, что это мягко сказано. – Майк сделал паузу, как будто тщательно подбирал слова. – Кроме того, она не притворяется ни южной красавицей, ни дикой орхидеей, то есть не играет в те игры, к которым прибегают женщины, делающие карьеру в профессии, где господствуют мужчины. Гм… мне припоминаются истории о неких субъектах, которые леденеют от страха, едва только услышат ее имя.
Вспоминая тот пылкий поцелуй, которым она завязала с ним знакомство, Рорк решил, что его брат, должно быть, получил однобокую информацию.
– Я надеюсь, у тебя есть еще шанс вернуться в Москву? – спросил Майк.
– Ни малейшего.
– А как насчет того, чтобы нанести визит в твою нью-йоркскую телестудию?
– Никак. – Это было последнее место, где Рорку хотелось бы сейчас оказаться.
– Черт… Я боялся, что именно это ты и собираешься сказать. А что собираешься делать?
– Я не могу поделиться с тобой своими планами, Майк, – произнес Рорк с искренним сожалением, – ты не должен впутываться в это дело. Зачем тебе рисковать лицензией?
– Моя лицензия ничего не значит, если надо уберечь моего брата от смертельной опасности.
– Надеюсь, что до этого не дойдет.
– Я много раз слышал такое и прежде.
– А я до сих пор жив.
– Вижу. Это доказывает, что чудеса существуют. – Майк покачал головой. – По крайней мере пообещай держать меня в курсе событий.
– Будь уверен.
– Ты собираешься взять ее с собой?
Рорк только молча взглянул на него. Не дождавшись ответа, Майк пожал плечами:
– Ладно, не мое дело. Возьми это. – Он вытащил визитную карточку и ручку и второпях написал на обратной стороне несколько цифр. – Это мой сотовый телефон. Звони, если тебе что-нибудь понадобится. В любое время.
Рорк взял визитку и положил в кармашек рубашки.
– Позвоню. Спасибо. Я всегда говорил, что иметь старшего брата – это великое дело.
– А я всегда говорил, что иметь младшего брата, не умеющего держаться подальше от неприятностей, – это вечное сидение на пороховой бочке.
Братья крепко обнялись, и в это мгновение Рорк понял, почему он приехал домой. Семья была мощным магнитом. Особенно когда ваша жизнь не только преподнесла вам кучу тревог, но и сама оказалась под угрозой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
