— Это твое обручальное кольцо.
Лили пришла в замешательство от его слов и внимательно посмотрела на него. Думал ли Нико в эту минуту об Антонелле? Выражение его лица оставалось бесстрастным.
Взгляд ее снова упал на тяжелое кольцо на пальце. Она иногда представляла, как однажды вместе с любимым мужчиной будет искать обручальные кольца, чтобы найти те самые, которые стали бы символом вечной любви.
— Оно мне не нравится, — неожиданно произнесла Лили и сразу же пожалела о своих неосторожных словах.
Если бы он сказал ей, что кольцо — семейная реликвия и оно предназначено для невесты наследного принца, она была бы рада, значит, кольцо что-то значит для него. Но нет, Кавелли просто зашел в ювелирный магазин, или, скорее всего, послал туда кого-нибудь, и купил большое кольцо с редким камнем. Оно было нужно, чтобы подчеркнуть статус, и не имело никакого отношения ни к традициям, ни к их ребенку и, конечно же, не являлось символом любви.
Интересно, что бы он выбрал для Антонеллы?
Лили закрыла глаза и сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться.
— Поздно, — вздохнул Нико. — Кто-нибудь уже обязательно сообщил журналистам, что я купил именно это кольцо. Его уже нельзя вернуть.
Лили посмотрела на сверкающий бриллиант, который демонстрировал власть и могущество Нико Кавелли. Отношения между ними станут общественным достоянием. Каждый взгляд, каждый жест, каждое слово... — вся жизнь Нико шла под объективами камер. Вот и ее жизнь превратилась в реалити-шоу. Судя по всему, папарацци уже начали охоту за ней.
— Как случилось, что ты оказался в Новом Орлеане? — тихо спросила Лили, думая о том, что история их встречи совсем не вязалась с его привычным образом жизни. Он вращался в совсем иных кругах. Удивительно, что их судьбы пересеклись.
Нико внимательно изучал ее лицо. Ей даже показалось на секунду, что в его глазах блеснуло что-то похожее на восхищение.
— У меня тогда была другая жизнь.
— Но почему я? — Она хотела это знать, особенно теперь, когда получила представление о мире, в котором он привык вращаться. И о женщинах, с которыми он общался, совершенно не похожих на нее. Гламурных и великолепных красавиц. Женщин, как принцесса Антонелла.
— Потому что ты не знала, кто я на самом деле. Мне это было в новинку.
Правда оказалась горька, как будто он посыпал соли на открытую рану. Конечно, она ничего не знала о нем. Наивная девочка, приехавшая из маленького города в Луизиане. Все в Новом Орлеане казалось ей огромным, необычным. Естественно, что она не смогла устоять перед вниманием со стороны очаровательного незнакомца, прилетевшего из-за океана. Ну, она и потеряла голову.
— Если бы не Денни, мне бы очень хотелось, чтобы мы с тобой никогда не встречались, — ответила Лили.
Нико провел рукой по волосам, и жест его был полон сожаления и беспомощности.
— Я бы тоже этого хотел. Но поздно об этом рассуждать. Ты — мать моего ребенка. Этого не изменить.
Действительно, не изменить! Как же Нико должен ненавидеть ее за то, что она разлучила его с женщиной, с которой он собирался связать свою жизнь.
Лили отвернулась в сторону, но виды города за окном расплывались у нее перед глазами. «Роллс-ройс» двигался в сторону аэропорта, а она размышляла над тем, как круто изменилась ее жизнь.
Ради сына ей придется вынести все. Ему нужен отец, а Нико, видимо, решительно настроен исполнить свою роль. Он сделал для него уже гораздо больше, чем то, что для нее сделал ее отец. Джек Морган никогда и не стремился быть частью жизни своей дочери. Когда он бывал дома, то видел в ней лишь источник проблем и лишних беспокойств. Всякий раз, когда отец уезжал, ей казалось, что он делает это из-за нее, поскольку она постоянно раздражала его.
Лили украдкой смахнула слезы, покатившиеся по щекам.
Машина въехала на территорию аэропорта и направилась в сторону «Боинга-737». Красная дорожка, ведущая к трапу, произвела на Лили сильное впечатление. Подобные детали роскошной жизни королевской особы были пока в новинку для нее.
Они вышли из машины и стали поспешно подниматься по трапу, потому что за ограждениями уже толпились журналисты, что-то кричавшие им вслед. Нико пропустил Лили вперед и, когда она оступилась на одной из ступенек, удержал ее за талию.
— Осторожнее, cara, — прошептал он, низко наклонившись к ней.
Испуганная своей реакцией на его прикосновение, Лили собралась и проделала остаток пути без происшествий, умудрившись даже вымучить улыбку, чтобы поприветствовать стюарда.
Два человека, сидевшие за столом из красного дерева, поднялись при их появлении и поклонились. Один из них указал Нико на папку, лежавшую на столе.
— Документы готовы, ваше высочество, — сказал он. — Мы можем провести церемонию, когда вы пожелаете.
Лили повернулась к Нико:
— Какую церемонию?
Тот взял ее руку и крепко сжал, глаза его предостерегающе сверкнули.
— Зачем нам ждать, cara mia?
— Ждать чего? — переспросила она, не смея поверить в то, что ее догадка верна.
— Мы готовы, — кивнул Нико, обращаясь к мужчинам. Он обнял Лили за талию, притянул к себе и посмотрел прямо в глаза. — Вы можете зарегистрировать наш брак прямо сейчас.
Глава 4
Принц с опаской наблюдал за тем, как по лицу Лили пробегают отражения различных эмоций: удивления, гнева, страха и, наконец, смирения. Слава богу! Кажется, она не будет с ним бороться на этот раз.
— Почему прямо сейчас? И почему именно так? — все-таки не удержалась она от вопроса.
Он дотронулся до ее щеки, но, почувствовав, что Лили вздрогнула, быстро убрал руку. Ему никак не удавалось понять, что его так привлекает в этой девушке. Да, после салона она стала намного красивее, но ведь и раньше ему не давали покоя ее мягкие шелковистые волосы, нежная бархатистая кожа и глаза, огромные зеленые глаза...
Иногда его так тянуло к ней, что он даже забывал о том, как жестоко она поступила с ним, скрыв рождение ребенка. Впрочем, у него еще будет время насладиться местью.
— На это есть множество причин, Лилиана, — ответил он в конце концов. — Поверь мне.
— Поверить тебе? Ты думаешь, я могу? — удивилась она.
Нико схватил Лили за руку и отвел в сторону от мирового судьи и его помощника. Даже от легких прикосновений к ее телу и исходящего от него пьянящего аромата у него перехватило дыхание и ему захотелось сжать Лили в объятиях и заняться с ней любовью.
Он, конечно, женился на ней из чувства долга, но ведь это не исключало возможности приятных моментов.
