— Да, так будет лучше всего.
— Ты когда-нибудь думал о том, что у меня были другие планы, пока ты не влез в мою жизнь?
Никакого сочувствия от него она не дождалась.
— Глупенькая, ты только подумай, как тебе выгодно быть моей супругой. Тебе никогда не придется работать. Многие женщины, Лили, готовы на все, чтобы оказаться на твоем месте.
Лили грустно рассмеялась:
— Ага, в очередь выстроились и в дверь стучатся! Я бы с любой из них поменялась местами.
Нико сжал зубы и, резко отвернувшись от нее, зашагал в сторону своих покоев. Лили поспешила следом, ругая про себя шпильки, из-за которых ей было сложно поспевать за ним.
Но тут двери открылись, и Нико неожиданно остановился. Из-за чего она едва не врезалась в его спину.
— Что за... — Неожиданно Лили услышала детский смех. Быстро обогнув Нико, она бросилась к сыну. — Денни! Мой дорогой! Радость моя! Мамочка ужасно по тебе соскучилась.
Денни смущенно затеребил волосы, а потом у него задрожала нижняя губа, и он расплакался.
Лили с облегчением вздохнула, когда Денни заснул. В том, что он заплакал, нет ничего удивительного, быстро сообразила она: во-первых, ее внешний вид для него непривычен, а во-вторых, он долго летел в самолете с незнакомыми людьми. Хотя по всему было видно, что Гизеле удалось установить с ним контакт.
Дверь открылась, и Лили подняла голову. В проеме появился Нико, на лице которого отражалась целая гамма эмоций. Он снял с себя пиджак, и она неосознанно обратила внимание на то, как выделялась его оливковая кожа на фоне белоснежной рубашки. Ее муж был незнакомцем для нее, но, с другой стороны, они были связаны теснейшими нитями. Их соединял сын.
Нико подошел к кровати и посмотрел на крепко спящего мальчика.
«Боже! До чего же они похожи, — невольно подумала Лили. — Сразу видно: отец и сын».
— Удивительно, — тихо сказал Нико. — Я думал, что...
Он покачал головой, и Лили прикусила губу. Ей хотелось спросить, о чем он думал, но у нее не хватило смелости этого сделать.
Нико хотел было дотронуться до ребенка, но Лили инстинктивно схватила его за руку:
— Нет. Ты разбудишь его.
Он измученно взглянул на нее.
Ей было так странно видеть Нико столь ранимым и неуверенным. У нее даже защемило сердце. Нико опустил руку, и она почувствовала себя виноватой. Что было плохого в том, если бы он дотронулся до собственного сына? Опять она перестраховывается?
— Я всегда был таким осторожным с женщинами, — сказал Нико, смотря на мальчика. — Не понимаю, как это могло произойти.
— Ничего страшного, — прошептала Лили. — Я не жалею, что так получилось.
Нико перевел взгляд на нее.
— Верно. Ты заполучила целое королевство и состояние, о котором и мечтать не могла.
Она стиснула зубы, чтобы не заорать на него.
— Я говорила о нашем сыне. Мне плевать на все остальное.
Он фыркнул:
— Ага. Теперь тебе легко так говорить. Ты многое выиграла, родив мне наследника.
Гнев и боль охватили Лили, но она поборола желание влепить ему пощечину.
— Надеюсь, ты убедился в том, что он твой сын.
Нико снова посмотрел на мальчика.
— Сомнений нет. Тем более что я получил официальное подтверждением этому.
— Как? Какое подтверждение, Нико?
— Ты думала, я не сделаю тест на отцовство? Я будущий король и не имею права рисковать. — Голос у него был надменным.
Лили схватила его за руку:
— Ты колол моего ребенка, даже не сказав мне об этом? Как ты посмел!
— Не преувеличивай, cara. Ему же кололи вакцины. Ничего страшного. Это была всего лишь необходимая мера предосторожности.
— Больше не смей ничего делать с моим ребенком без моего ведома, понял! — дрожащим голосом воскликнула она.
— Ты хочешь сказать «с нашим ребенком», Лили. — Он высвободил руку и повернулся снова к Денни. — Это мой сын. И в один прекрасный день он станет королем.
У нее перехватило дыхание, когда Нико все-таки дотронулся до щеки Денни. Однако в этот раз она не стала его останавливать.
В следующий момент он перевел взгляд, тотчас сделавшийся холодным и требовательным, на нее:
— Ужин состоится через час. Подготовься, как следует.
Лили скрестила руки на груди:
— Думаю, мне лучше остаться около Денни. У него был тяжелый день. Я ему нужна.
— Не волнуйся, Гизела посмотрит за ним. Она очень хорошая няня, уверяю тебя.
— Мне не нужна помощница, — запротестовала Лили. — Я сама справлюсь.
Он покачал головой, словно осуждая ее. Ну почему она постоянно позволяет ему унижать себя? Два года назад они общались на равных, и у нее ни разу не возникало ощущения, что Нико подавляет ее. А теперь чуть ли не каждое его слово она воспринимает как критику. И постоянно кажется, будто ее оценивают. Все это ей не нравилось, ох как не нравилось!
— Тебе еще немало предстоит узнать, Лили. У принцесс много обязанностей. И няня потребуется, чтобы ты с ними могла справляться.
Лили глубоко вздохнула:
— Ему нужна мать, а не няня.
— Ужин через час. Мы ужинаем с королем и королевой. Отказ не принимается, — сухо сказал Нико. В дверях он еще раз обернулся. — Надень что-нибудь подходящее. Гизела придет и присмотрит за нашим сыном.
Ужин проходил в королевских покоях, находившихся в противоположном крыле дворца. Они были еще более пышными, чем покои Нико. Лили старалась поменьше пялиться по сторонам на бесценные полотна, фрески и барельефы, позолоту и лакеев в париках и ливреях.
Когда Нико прислал двух женщин, чтобы помочь ей одеться, она вначале восприняла их появление в штыки. Но, слава Богу, что он это сделал. Лили очень скоро не оставалось ничего, как признать: без них она бы не справилась. Ей принесли такое платье, какое обычно надевают звезды для того, чтобы пройтись по красной дорожке. Волосы ее подобрали и уложили в аккуратный пучок. У нее раскрылся рот от количества принесенных украшений, которые, без сомнения, стоили целое состояние. Нико сам застегнул на ее шее бриллиантовое колье, после чего она дрожащими руками вставила в уши серьги и надела браслет. К счастью, он воздержался от каких-либо замечаний.
За час, прошедший с начала ужина, королева ни разу не посмотрела в ее сторону, а король постоянно хмурился. Хуже всего было то, что они говорили по-итальянски. А может быть, наоборот, ей следовало радоваться, что ее оставили в покое, ведь не нужно отвечать на вопросы и поддерживать светский разговор.
Лили не имела ни малейшего понятия о том, о чем они говорили. Однако она видела, как напряжен Нико, особенно когда высказывалась королева Тициана. Каждый раз, видимо неосознанно, он сжимал руку в кулак. «Каково ему пришлось в детстве с такими родителями?» — мысленно поежилась Лили.
