сразу же отказались от меня, признавшись, что я приемная. Но у нас немного разные ситуации, поскольку и способности разные! – тяжело вздыхала Мела. Мне было так ее жалко, хотя сама я ненавидела это чувство!
– Мда! Неизвестно как бы поступила моя мама, превратись я в огромную кошку прямо у нее на глазах! – вздохнула я, – Но это ведь не все? Конечно, у тебя есть все признаки оборотня, но все-таки не все! Ты хоть сама разобралась, кто ты? – спрашивала я.
– Я-то разобралась! Только… – вновь опустила она глаза.
– Ты не хочешь в этом сознаваться! Но чего может быть такого страшного? – вопрошала я, а ответ пришел сам собой, – Если только ты не вторая «Великая», которой быть не хочешь!
От моих слов Мелу всю перекорежило, она побледнела и затаила дыхание. Испуганными глазами она смотрела на меня, пытаясь сглотнуть. Я смотрела на нее и понимала, что догадка оказалась верной.
– И когда же ты собиралась рассказать об этом? – удивилась я, – Такие вещи нельзя просто так скрывать!
– Я не знаю, – проговорила она. Вдруг Мела выпрямилась, прикрыв глаза и принюхиваясь. Я сделала то же самое, хотя только вчера была на охоте. На самой границе своих ощущений я почувствовала животное. «Она голодная» – только и промелькнуло у меня в голове!
– Ты можешь поохотиться! Я никому не скажу, – проговорила я. Мела резко повернула на меня голову. В ее глазах пролетели миллионы настроений. Сначала была агрессивность, видимо, голод был силен, потом подозрение, которое уже через пару мгновений сменилось благодарностью. Мела рванула с места на такой скорости, что даже для моих глаз это было быстро. Люди ее, наверное, и вовсе не видят!
Я не стала бежать за ней, хотя в этот раз была в брюках. Мне просто было за ней не угнаться. Да и то, что там происходит мне, скорее всего очень даже знакомо!
Я осталась сидеть на камне, раздумывая о том, что собственно говоря, мне удалось узнать. Я просто подтвердила свои предположения. Она действительно вторая «Великая». Просто ей очень тяжело признаться в этом и принять себя. Она прекрасно видит, как накинулись на меня. Мне страшно представить, что будет, когда и она объявит о себе!
Одно было понятно для меня – ни одна из нас не желает быть одной из этих «Великих», каждая хочет простой и тихой семейной жизни. Только вот как это объяснить остальным?
Я просто сидела на камне и вздыхала. Вокруг меня была такая красота: лес источал такое огромное количество ароматов, что было страшно дышать, но это не мешало мне смотреть по сторонам и наслаждаться удивительными переливами еще не испарившейся росы с верхних листьев деревьев. Вдруг я услышала какой-то совершенно неповторимый и душераздирающий стон и писк. Я присмотрелась. Конечно, даже по звукам я сразу же поняла, что это животное. Только вот почему оно так кричит и не убегает?
Так уж задумано природой, что все животные разбегаются от вампиров в радиусе полукилометра. Почему же это животное было так близко и не убегало?
Я поднялась с камня и пошла на звук. Каково же было мое удивление, когда ко мне навстречу бежал маленький олененок! Не прочь от меня, а ко мне. Именно он так жалобно пищал, но стонал не он. Только в нескольких метрах от меня он остановился. Странно, но мне показалось, что он просит о помощи, так уж он на меня смотрел. Уже секунду спустя он дернулся прочь. А я пошла за ним. Там, в глубине леса, возле большого бревна лежала олениха. Она-то и стонала. Как только я приблизилась, она начала метаться, крутить головой и буквально завывать. Она почувствовала меня, точнее кто я.
Я остановилась. Мне хотелось ей помочь, но чем? Судя по всему, у нее сломана нога, только крови нет. Что же делать? Бедный олененок скакал вокруг нее, а она кричала. Видимо, она прогоняла его, а он не слушался. Она мать! Я бы тоже в такой ситуации отгоняла своего ребенка как можно дальше.
Я не могла на это просто так смотреть. Я подошла, но не собиралась ее убивать, хотя вполне могла. Я была сыта, да и что-то внутри мне совершенно не давало мне покоя. Может быть ее отнести Жозену? Он бы ей помог. Я прикоснулась к ее сломанной ноге правой рукой, а левой прекратила ее метания.
– Я не причиню тебе вреда, – сказала я ей. Я даже слегка улыбнулась не открывая губ. Мне просто хотелось ее успокоить. Вдруг ее глаза изменились. Я даже не могу сказать, что именно изменилось: размер, цвет, блеск или просто сам взгляд. Но что-то было иначе. Она действительно перестала дергаться. Сейчас я слышала лишь бешеный стук ее сердца.
– Ты что делаешь? – раздался удивленный голос Мелы за моей спиной.
Я тут же стала на ноги. Олениха тоже подскочила на ноги и умчалась прочь вместе с сыном.
– Прости, я не услышала, как ты подошла, – пролепетала я. В моей голове была каша.
– Это не удивительно. Но что ты делала с оленями? Ты же совсем недавно охотилась?
– А я и не охотилась. Просто у оленихи оказалась сломана нога, и я хотела ей помочь…
– Ничего у нее не сломано. Ты хоть видела, с какой скоростью она удирала от тебя? Со сломанной ногой так не побегаешь.
– Да я говорю же тебе, она была сломана! – возмутилась я ее неверию.
– Ой, да ладно, – махнула она на меня рукой, – Мы, кажется, не договорили.
– Мда, ладно. Пошли обратно? – предложила я, отбрасывая странные путаные мысли из головы.
– Я понимаю тебя. Понимаю, почему ты не хочешь сознаваться. Но Мела это придется сделать, пока они сами, также как и я, не догадались до этого, если они уже не сделали выводы.
– Да, но ты не все знаешь. Я больше склоняюсь к тому, чтобы уже начать разворачивать войну против Носферату. Но есть много того, что останавливает меня.
