бегает на подтанцовке у какого-то стажёра Феллини! — выпалил главный оператор. — Мы так не договаривались! Либо я, либо он.
Главный оператор показал на меня пальцем и на глазах у всей съёмочной бригады, а так же девушек актрис, с которых уже начал стекать грим, схватил с пола деревянную подставочку для рельсов и швырнул её в мою голову. И слава киношным богам, что деревяшка разминулась и с моим лбом, и со лбами других людей и, не зацепив ничего серьёзного, улетела в один из углов просторного кинопавильона. Однако рабочий настрой и творческий энтузиазм на площадке полностью испарились.
— Объявляю 40-минутный перерыв на обед, — смущённо произнёс главный режиссёр Леонид Фёдорович Быков.
* * *
То ли в местном ленфильмовском кафе кухня особая, то ли просто все выпустили пар и взялись за ум, но спустя час Сергей Васильевич Иванов всё же вернулся к управлению съёмочным процессом и, переставив рельсы по моей схеме, снял модное дефиле за десять минут. И в итоге довольными остались все: главный режиссёр, актрисы, техники, осветители, но не я. Во-первых, передо мной никто не извинился. А во-вторых, Василич работал с таким лицом, словно идея снимать манекенщиц с тележки была его личной заслугой, а я, тупоголовый стажёр, предлагал какую-то ахинею — работать со статики.
— Учись, как надо снимать, Феллини, — усмехнулся он, когда Леонид Быков скомандовал под аплодисменты съёмочной группы, что первая часть сегодняшней кинопробы окончена.
— Здрасте посрамши, — тихо себе под нос пробурчал я. — Я всё запомню, а вы ещё обращайтесь, если что.
— Что? — опять завёлся наш главный оператор, однако назревающий конфликт на корню затушил неунывающий Леонид Быков.
— Товарищи, товарищи, собрались! — трижды хлопнул в ладоши наш главный режиссёр, который очень комично смотрелся в супер коротких брюках, в носках в крупный красный горошек и в пиджаке с супердлинными рукавами. — Сейчас перестраиваемся на заключительную сцену в ателье! Ты чего скис, стажёр? — пихнул он меня в бок. — Понимаю, характер у Василича не подарок, зато он оператор первоклассный. Сейчас встретишь на проходной моего хорошего друга Геру Штиля, он у нас играет хулигана, веди его сразу в гримёрку, и готовь к съёмке «семь богатырей».
— Каких богатырей? — опешил я. — Вчера был разговор только про манекенщиц. Я думал «богатырями» займётся Любочка. — Я кивнул в сторону второй помощницы режиссёра, которая в данную секунду что-то записывала в журнал.
— Не было разговора? Ничего, — пожал плечами Леонид Быков, — вон, сколько вокруг техников и осветителей — бери, не хочу, для простой кинопробы сгодятся.
— Считайте, что уже сделано, — пролепетал я и поплёлся на проходную.
Актёр Георгий Штиль, который сейчас в фойе главного корпуса о чём-то весело беседовал с работниками киностудии, лично мне больше всего запомнился по роли тестя Васи Рогова из сериала «Убойная сила». В скольких картинах он сыграл реально, запомнить было просто невозможно, так как Штиль был самым настоящим королём эпизода, и своей работой доказывал, что не бывает маленьких ролей, а есть лишь маленькие и плохие актёры. Низенький, широкоплечий, похожий на гриба боровика мужчина, заметив меня, громко засмеялся и поприветствовал, словно старого знакомого:
— Здаров! Ты от Лёни? В каком павильоне съёмка? Давай скоренько, а то у меня времени в обрез. Напомни, что я делаю в кадре. Там что-то с машиной, правильно? Ребёнок там какой-то, мать-одиночка бьётся в истерике, я прав?
Всё это он выпалил одним предложением, пока мы шли по коридорам киностудии.
— Нет, — огорошил я актёра, — эпизод с вами переписали. Теперь вы не простой рядовой хулиган с улицы, вы — первостатейное хамло из ателье по пошиву советской модной одежды.
— То есть мать-одиночка принесла своего ребёнка в ателье, и? А что я там с ними могу сделать? Обгавкать? Ав! Ав! Ав!
— Гавкать тоже не придётся, держите текст, — я на ходу сунул Георгию Штилю свой вариант сценария.
— Текст? — опешил он и тут же встал как вкопанный. — Это что-то новенькое. — Актёр увидел свои слова, глаза его расширились, улыбка моментально сошла с губ, а на лбу вышла маленькая испарина. — Да это целый монолог. Кто это сочинил?
— Можете не благодарить, моя идея, — признался я. — Что, с полноценными репликами ещё не снимались? Кстати, у вас там ещё есть и вторая фраза.
— Ху, — выдохнул актёр и, посерьёзнев, произнёс, — ладно, пошли в гримёрку.
* * *
— Зря я устроил тебя на студию, ой, зря, — зло прошипел на меня директор картины Иосиф Шурухт, когда на исходе второго часа съёмки мы не могли отснять простой 30-секундный эпизод.
— А если бы автобус не только загорелся, но и взорвался, что тогда? — напомнил я директору нашу прошлую беседу.
— Идиот, болтун, клоун, — пробурчал он, но всё же отошёл в сторону.
А тем временем актёр Георгий Штиль, игравший в кино до сего дня бессловесные или малословные роли, заметно нервничал, глупо улыбался, и бесконечно путал слова. Леонид Быков его несколько раз отводил в сторону, что-то шептал, успокаивал, но должного эффекта пока не наблюдалось. А между тем главный оператор Василич, тихо матерился, поминая мать в сеу, ибо у нас уже начался перерасход драгоценной плёнки. В общем, я стал предчувствовать, что всех собак, а скорее всего и кошек вот-вот повесят на меня, поэтому решил вмешаться в ненормальный съёмочный процесс.
— Леонид Фёдорович, можно мне как автору текста переговорить с товарищем Штилем? — обратился я к главному режиссёру Леониду Быкову, который свои актёрские реплики уже отыграл на высшем комедийном уровне.
— Перекур 15 минут, — скомандовал он.
И люди в большинстве своём медленно потянулись кто в курилку, кто в гримёрку, кто по своим интимным делам. Я же подошёл к актёру, которого был выше почти на голову, по-дружески приобнял и сказал:
— Георгий Антонович, тут такое дело, я раньше времени не хотел говорить…
— Что, я тебя подвожу? —
