class="p">— Должно быть, это сложно.
Он пожал плечами.
— Большинство из нас к этому привыкли. Новых волков обучают сражаться опытные воины. Так что же ты от меня хочешь, Даника Амана?
Я улыбнулась.
— У меня есть к вам парочка вопросов, если вы не возражаете?
Он махнул рукой, откинувшись на спинку изящного кресла. Вероятно, его укрепили магией, потому что он даже не скрипнул.
— Кто-то убивает демонов, — заявила я и посмотрела на альфу — ни один мускул на его лице не дрогнул, поэтому было не понятно: удивился он услышанному или уже об этом знал.
— Как же я волнуюсь за демонов, — молвил он, и я вздёрнула подбородок: главарь стаи явно надо мной потешался. — Ничего не имею против подопечных Самаэля, если только они не угрожают моей территории или жизни моих волков.
— Видели, как оборотень убегал с места преступления.
Натаниэль тут же посерьёзнел и устрашающе замер.
— Откуда сбежал и когда?
Я ему всё рассказа, после этого он посмотрел на дверь. Через мгновение появился Тобиас.
— Дай мне список всех волков, которые не пришли на собрание стаи той ночью, и выясни причины неявки, — приказал альфа.
Тобиас кивнул и поспешно удалился.
— У меня есть ещё пару вопросов, пока мы ждём, — сказала я.
Он махнул рукой.
— Разумеется.
У меня возникло чувство, что я его забавляю, и хорошее настроение улетело к чёрту.
— Мэри Джонсон, — резко бросила я. — Она троюродная сестра одного из ваших волков.
Вытащила из кармана телефон и просмотрела записи.
— Хосе Мартинеса.
Натаниэль взял сотовый, набрал номер и пробормотал что-то по-испански. Через пару минут закончил разговор и оглянулся на меня.
— По словам Хосе, ведьма — фанатичка. Узнав, что его укусил оборотень, отвадила от него всю семью. Он ни при каких условиях на станет её укрывать, как и преданные ему люди или волки.
— Спасибо.
Снова нарисовался Тобиас с листком бумаги в руке. Натаниэль прочитал, посмотрел на помощника. Глаза альфы стали льдисто-голубыми, что совсем сбило меня толку.
— Найди Мэттью.
Тобиас ушёл, и Натаниэль повернулся ко мне.
— Думаешь, мои волки имеют к убийству демона какое-то отношение.
Кивнула, решив проигнорировать способность альфы читать язык тела.
— Просто вычеркиваю из списка подозреваемых. Предположим, твой волк был на месте преступления и увидел что-то. Его показания помогли бы нам раскрыть преступление.
В дверном проёме появился мужчина с поникшими плечами. Он стыдливо склонил голову, стараясь не смотреть альфе в глаза.
— Мэттью, — прорычал Натаниэль.
Волк упал на колени, и у меня возникло странное желание соскользнуть с дивана и сделать то же самое. Сжала руки в кулаки, этого хватило, чтобы подавить неожиданный порыв.
Сбросила щиты и потянулась за струйкой силы. В голове тут же прояснилось и, расслабившись, откинулась на спинку дивана. Натаниэль взглянул на меня, выгнул бровь, словно мои действия его удивили или заинтересовали, потом снова повернулся к волку.
— В курсе, почему тебя вызвали?
— Да, альфа.
— Тогда рассказывай.
Мэттью сглотнул. От него исходил страх, и моё мнение о Натаниэле резко упало.
Всю жизнь я подавляла в себе порыв взбунтоваться против любого вида власти. И всё же, по сравнению с сестрой, была более уравновешенной. Она бы уже через пару часов наедине с главарём планировала, как бы превратить его жизнь в ад.
Я потёрла грудь, которая постоянно ныла. Порой, как бы ни хотелось забыть о ком-то, определённые события вырывали из глубокой памяти о нём воспоминания, приносившие неимоверную боль, способную свести с ума, если её не заблокировать. Поэтому снова переключила внимание на Мэттью.
— Я хотел увидеть Ребекку, — признался он с накатившими на глаза слезами.
Натаниэль тяжело вздохнул, и оборотень к нему подполз.
— Ты знаешь правила.
Мэттью заскулил, и меня обдала волна его страха. Если альфа обернётся, я откину копытца, не успев даже сообразить, что произошло, поэтому наклонилась, чтобы достать нож из ботинка. На это уйдёт пару драгоценных секунд, но лучше так, чем совсем бездействовать.
Мэттью кинул на меня голодный взор. Натаниэль напрягся, и оборотень тут же медленно отвёл от меня глаза и ещё больше сжался.
— Я просто хотел мельком взглянуть, — пробурчал он. — Ребекка собиралась сделать татуировку. Всегда о ней мечтала.
— А если бы с ней встретился, и она бы тебе возразила, ты бы разорвал её на мелкие кусочки?
Мэттью вздрогнул, а у меня всё сжалось в груди. Если женщина набила себе тату, значит была человеком, либо магом или ведьмой. Паранормалы быстро исцелялись, поэтому чернила не могли оставить рисунок на коже. Оборотень вынужденно бросил любимую, чтобы ей не навредить.
Натаниэль откинулся на спинку стула.
— Обсудим это позже. Что ты видел на стоянке той ночью?
— Кромешную тьму, — с содроганием в голосе молвил Мэттью. — Пересёк парк и ждал её за рестораном между парковкой и тату-салоном. Сидел в ожидании любимой на лестнице запасного входа в салон. Улицу освещали китайские красные фонари.
Тут он побледнел и содрогнулся.
— Освещение слабое, и я прятался. Не хотел пугать Ребекку, потому что мы не договаривались о встрече. Хотел удостовериться, что с ней будет всё в порядке.
Он умолк, Натаниэль положил руку на голову оборотню.
— Всё хорошо, — заверил альфа. — Расскажи мне, что ты видел.
— Тьму, — повторил Мэттью. — Такую непроницаемую, что прям ощутил, если подойду ближе, она высосет из меня душу. И услышал… смех.
— Мужской или женский? — уточнила я.
— Не знаю. В нём слышалось… зло.
— Помнишь что-нибудь ещё? — уточнил Натаниэль, Мэттью покачал головой.
— Ребекка ещё не вышла из салона, поэтому я убежал, — признался он. — Сейчас сожалею, что, как трус, сбежал.
— И правильно сделал, — похвалил его Натаниэль. — Представляешь, чтобы с тобой сотворило зло? Ведь ты новообращенный! Теперь понимаешь, почему все должны подчиняться моим законам?
Мэттью кивнул, и я неловко поерзала, когда по его лицу скатилась слеза.
— Я по ней скучаю, — сумел выдавить он. — Скучаю по жене.
— Знаю. А сейчас следуй за Тобиасом. Обсудим твоё наказание позже.
Мэттью поднялся на ноги и посмотрел на меня.
— Надеюсь, найдёшь убийцу, — бросил он.
— Я тоже.
Когда он ушёл, Натаниэль глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Цвет его глаз так и не изменился — остался льдисто-голубым.
— Считаешь меня тираном.
Я моргнула, а он как-то грустно улыбнулся.
— У отвращения есть запах.
Отлично. Тут не только мой кинжал сработал, так ещё и альфа — ходячий детектор лжи.
— Не люблю притеснителей.
Наклонив голову, он окинул меня оценивающим взглядом, в котором не осталось ничего человеческого. Возможно, сейчас альфа и не покрыт мехом, однако стал настоящим зверем.
— Мои волки могли бы растерзать в клочья всех жителей города за день-два, —
