надела форменно платье. Сейчас она собиралась в город. Желудок уже сжимался в болезненных спазмах, и голова от магического истощения и голода неприятно кружилась — следовало срочно поесть. И поскольку ужин в столовой давно прошел, оставались кафешки.
* * *
Когда дверь за Дартс закрылась, Ленора подскочила к ее кровати и в порыве злости ударила по подушке.
— Проклятая выскочка! Думает, клиентке лэра Маркуса все позволено⁈ Ха! — Ленора обвела подруг злорадным взглядом. — Она ошибается! В академии есть кое-что, где имя и власть патрона не имеют значения.
— И что это? — скептически спросила Белла.
— Игры! В командных играх студент обязан участвовать вне зависимости от того, против его патрон или нет. Вызовем студенток из Клацилии!
— П-ф, только с ущербной и играть! Она и так слабая, а с поля и вовсе пустой придет. Видели её ауру? Из-за нее у нас не будет ни единого шанса.
— Вот именно! Пусть все поймут, наконец, какое Дартс ничтожество, и поймут, что она тянет нас на дно. Тогда все от нее отвернутся! Все! А самое главное — в лепешке разочаруется лэр Маркус!
* * *
Окна, распахнутые двери кафе и ресторанов, фонари — всё изливало на улицу теплый призывный свет. Под его натиском звезды на ночном небе стыдливо тускнели, а тени прятались по закоулкам, словно воры. Теплый ветерок доносил звуки музыки и ароматы еды.
Лера миновала пару ближайших кафешек (они были под завязку набиты студентами), ресторан (тот выглядел слишком дорого) и остановилась у входа на открытую каменную площадку, заставленную круглыми столиками на двоих. Деревья и живая изгородь, окружавшая площадку, были увешаны гирляндами крошечных светляков, а в центре, на небольшом возвышении, играли музыканты. Душевная мелодия и обалденные запахи от открытых жаровен, дымивших позади площадки, не просто манили — они соблазняли.
Сглатывая набегающую слюну, Лера осмотрелась в поисках свободного места.
— Все занято! — раздался позади писклявый девичий голосок, и три девушки в нарядных легких платьях обогнули Леру и, встав прямо перед ней, загородили вход.
— Надо было остаться в том ресторане, — недовольно ответила «пискле» высоченная девица в оливковом с золотистой вышивкой платье.
— Вместе с альтийскими «репейниками»⁈ Ни за что! Цепляются, будто у них в академии своих девушек нет.
Посверлив взглядом спины незнакомок, Лера собралась уходить. Не было ни капли желания выслушивать их мнение о своих однокурсниках. Да еще форма эта со знаком академии… Все же надо было концертное платье надеть.
— Наверняка их собственные «репейницы» вцепились в Маркуса ван Сатора, — хмыкнула «оливковая», — вот остальным и не хватает внимания.
Услышав имя Маркуса, Лера замерла на полшаге.
— А это не он там? — сказала вдруг третья девушка, пристально вглядываясь вглубь площадки.
— Кто? — не поняли ее подружки.
— Да лэр Маркус же!
Разум отказывался верить, но сердце уже встрепенулось, забилось как ненормальное. Лера зашарила взглядом по сидящим на площадке.
— Вон, слева от нас, — дала наводку «третья». — Один за столиком… О, к нему официант подходит!
Лера привстала на цыпочки.
— Он! — выдохнула «пискля».
Лера тоже увидела. Действительно, Маркус!
— Уверены? — с сомнением спросила «оливковая». — Он, что же, до сих пор не отрастил волосы? И зачем ему быть здесь, во Флиминисе? Он ведь третьекурсник.
— Какая разница? — «пискля» начала пританцовывать, будто ей в туалет приспичило. — Давайте подсядем к нему!
— С ума сошла⁈ Хочешь узнать, каково это — чувствовать себя лишней и навязчивой?
— Но не прогонит же он нас!
— Конечно, нет! — фыркнула «оливковая». — Но ты посмотри на его позу, на выражение лица — будто от всего мира отгородился стеной… Что-то мне совсем не хочется заглядывать за эту стену. Для наследника ван Саторов мы будем не больше, чем мошки, залетевшие на свет. Не прихлопнет, но и не обрадуется.
— Точно, — кивнула «третья». — Не обрадуется.
Девушки замолчали. Лера надеялась, что теперь-то они уйдут, но они все так же пожирали Маркуса глазами и преграждали путь. Вот же фанатки! Так и будут ждать его здесь?
От нетерпения она снова поднялась на цыпочки, высматривая патрона. Блин, хоть через кусты ломись! А может девиц растолкать?
Она оценивающе оглядела их: все выше и крупнее, но за ней фактор неожиданности. Главное, понаглей быть, понапористей. И, пожалуй, это как раз тот случай, когда не стоит прятать рубцы.
Встав прямо за спинами «фанаток», Лера вскинула голову и кашлянула.
Девушки услышали. Посторонились, недовольно оборачиваясь.
— Шайсе! — не сдержала испуганного ругательства «оливковая».
«Пискля» шарахнулась за спину «третьей», оставшейся самой спокойной, и оттуда вылупила черные глаза:
— Это что за страшилище?
Лера сжала зубы и хотела пройти молча, но «спокойная» вдруг заступила ей дорогу и пальцем ткнула в знак академии.
— «Репейница»! Не для тебя здесь музыка играет.
— Вот-вот! — осмелевшая «пискля» брезгливо поджала губы. — Таким страшилищам сюда вход заказан.
На Леру накатила веселая злость. Ну чисто «Ленора и компания. Продолжение».
Смахнув упиравшийся в грудь палец «спокойной», она широко улыбнулась:
— Так вот почему вы не заходите! Сочувствую…
От ее улыбки отчего-то никому светлей не стало — наврали в песенке. «Пискля» опять юркнула за спину подруге, зато прорвало высоченную «оливку»:
— Ты кем себя возомнила⁈ — зашипела она, надвигаясь на Леру. — Судя по уродству, ты просто нищая плебейка! И даже не «светишься»! Кто ты такая, чтобы говорить с нами в таком тоне⁈
Не отступив ни на миллиметр и запрокинув голову, Лера смотрела в переносицу взбешенной «фанатке». Так хотелось пафосно изречь: «Кто я? „Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо“.» Но она ж не Мефистофель, зла не хочет. Да и по поводу совершения блага сомнительно…
Пришлось ограничиться ответом поскромней:
— Я — та, кому лэр Маркус обрадуется.
Глава 18
Курортные игры
Маркус о чем-то глубоко задумался. Приближения Леры он не заметил или сделал вид, что не заметил, и ей вдруг пришла в голову мысль: «А вдруг он вовсе не обрадуется?» Это в академии свои правила, но здесь-то курортный городок. Вдруг он не захочет афишировать их отношения?
Лера не успела решить, как себя повести, если Маркус ее «не узнает», зато успела разволноваться и вместо традиционного приветствия патрона брякнула:
— Не подскажете, как пройти в библиотеку?
Маркус
