на уши. Ощущение, что они вторглись в гробницу, где были похоронены чьи-то страшные тайны.
«Похоже, они действительно все свернули», — прошептал Рикард, проводя лучом фонарика по помещению.
«Или просто законсервировали», — возразила Сара. Она подошла к одной из рабочих станций. «Питание отключено, но основные модули памяти могли сохраниться. Попробую подключить внешний источник и посмотреть, что удастся вытащить».
Она подключила свой датапад к порту терминала, запустила диагностические программы. Экран терминала ожил, замерцал зелеными строками загрузочного кода, а затем выдал запрос на авторизацию.
«Старая система, защита примитивная», — прокомментировала Сара, ее пальцы забегали по виртуальной клавиатуре датапада. «Сейчас обойдем».
Рикард осматривал помещение, держа пистолет наготове. Несмотря на запустение, ему было не по себе. Казалось, что из темных углов за ними наблюдают невидимые глаза. Он заметил на полу странные пятна, похожие на следы борьбы или… разлитых реактивов?
«Есть!» — воскликнула Сара. «Я в системе. Старые логи, отчеты… Похоже, это действительно была одна из лабораторий 'Феникса'. И они работали с… картированием и копированием нейронных паттернов». Она быстро пролистывала файлы. «Большая часть данных стерта или повреждена, но кое-что осталось… Персонал… Отчеты об инцидентах…»
Внезапно она замолчала. Ее пальцы замерли над клавиатурой. Рикард подошел ближе. «Что там?»
Сара медленно повернула к нему экран своего датапада. На нем был открыт старый файл — что-то вроде внутренней служебной записки или отчета. И рядом с текстом — фотография. Женщина в белом лабораторном халате, с собранными в пучок каштановыми волосами, стоящая у одного из приборов, которые Рикард сейчас видел перед собой, покрытые пылью. Женщина улыбалась в камеру — знакомой, лучезарной улыбкой.
Это была Лина. Его Лина.
Мир для Рикарда качнулся. Воздух словно вышибли из легких. Он смотрел на фотографию, не веря своим глазам. Лина. Здесь. В этой лаборатории. Работала над проектом "Феникс". Над копированием сознания.
«Что… что это?» — прошептал он, его голос сел.
«Это… это Лина Вальдес», — тихо сказала Сара, глядя на него с сочувствием. «Она числится здесь как ведущий нейробиолог проекта 'Феникс'».
«Нейробиолог?» — Рикард не мог связать образ своей жены — теплой, любящей, той, что ждала его дома — с этой холодной лабораторией, с экспериментами над сознанием, с "Имморталис". «Но… она никогда мне не говорила… Она работала в обычной био-лаборатории…»
«Они заставили ее молчать, Рикард», — мягко сказала Сара. «Такие проекты всегда под строжайшей тайной. 'Имморталис' контролирует своих сотрудников, особенно ключевых. Угрозами, контрактами, иногда — прямым нейро-программированием».
Рикард отшатнулся от терминала, схватившись за голову. Воспоминания — счастливые дни в парке, ее улыбка, ее голос — теперь смешивались с образом этой лаборатории, с ужасом "Фантомов", с логовом "Имморталис". Все было ложью? Его жизнь, его любовь, его горе — все было частью какого-то чудовищного корпоративного заговора?
Он посмотрел на фотографию Лины на экране. Кто она была на самом деле? Жертва? Или соучастница?
«Они… они не просто забрали у меня ее», — прохрипел он, чувствуя, как ледяная ярость смешивается с отчаянием и поднимается из глубины души. «Они забрали у меня ее жизнь. Мою жизнь. Все было ложью».
Он посмотрел на Сару. Теперь в ее глазах он видел не только сочувствие, но и понимание. Она прошла через нечто похожее.
«Мы должны их остановить», — сказал он глухо, но твердо. Голос не принадлежал сломленному детективу. Голос принадлежал человеку, у которого отняли все и которому больше нечего терять. «Любой ценой. Мы должны узнать всю правду. И заставить их заплатить».
Глава 15
Глава 15: Голос из Цифровой Тени
Канал связи, который нашла Сара, был старым, нестабильным и вел в самые глубокие, некартографированные сектора "серой сети". Отправить запрос было все равно что бросить бутылку с запиской в цифровой океан. Но через несколько часов пришел ответ. Короткий, зашифрованный. Координаты и время. Не виртуальные, а реальные. Старые доки, сектор Дельта. Заброшенный киберклуб «Левиафан». Через двенадцать часов.
«Призрак согласился на встречу», — сказала Сара, показывая Рикарду сообщение. «Это редкость. Обычно он общается только через анонимные ретрансляторы. Значит, наше дело его заинтересовало. Или… он видит в этом свою выгоду».
«Или ловушку», — мрачно добавил Рикард. После всего, что случилось, он не доверял никому, тем более легендарному хакеру-призраку, чьи мотивы были никому не известны.
«Возможно. Будем готовы ко всему», — ответила Сара.
Старые доки встретили их запахом соли, гниющей рыбы и ржавого металла. Ветер с Балтики завывал между гигантскими, молчаливыми кранами и полуразрушенными складскими помещениями. Здесь было еще пустыннее и опаснее, чем в жилых трущобах. Киберклуб «Левиафан» оказался именно таким, как описывали слухи — обветшалое здание старого склада, едва держащееся на проржавевшем каркасе, с единственной тускло мерцающей неоновой вывеской над заколоченным входом. Они вошли через боковую дверь, которая поддалась с протяжным скрипом.
Внутри царил полумрак, густой табачный дым и тяжелые басы электронной музыки, бьющие из скрытых динамиков. За импровизированной барной стойкой, собранной из старых контейнеров, сидел бармен — угрюмый тип с мерцающими кибернетическими имплантами вместо глаз и хромированной рукой. Он молча кивнул на их невысказанный вопрос и указал протезом вглубь помещения, на неприметную дверь, скрытую за рваной шторой.
За дверью оказалась небольшая комната, до потолка заставленная работающим оборудованием — серверные стойки тихо гудели, индикаторы на панелях мигали ровным светом, воздух был прохладным от мощной системы охлаждения. Посреди комнаты, в глубоком кресле, спиной к вошедшим, сидела фигура в длинном черном плаще с высоким воротником. Лицо было скрыто голографической маской — постоянно меняющимся, переливающимся узором из абстрактных символов и помех.
«Призрак?» — спросил Рикард, останавливаясь на пороге. Сара встала чуть позади, готовая к любой неожиданности.
Фигура медленно повернулась в кресле. Голос, раздавшийся из-под маски, был совершенно лишен интонаций, искажен синтезатором до полной неузнаваемости. «Вы пришли. Рикард Линдберг. Сара…» Он сделал паузу, словно сканируя ее. «Интересно. Ваши пути снова пересеклись».
«Ты знаешь нас?» — спросила Сара.
«Я знаю многое», — ответил синтезированный голос. «Знаю о Маркусе Нюквисте. О проекте 'Феникс'. Об 'Имморталис' и их 'Элизиуме'. Зачем вы здесь?»
«Нам нужна информация», — сказал Рикард. «И помощь. Мы знаем об экспериментах над 'Фантомами'. Мы хотим остановить 'Имморталис'».
Призрак молчал несколько секунд, его маска мерцала чуть быстрее. «"Фантомы"…» — голос прозвучал почти задумчиво, если у синтезатора могли быть эмоции. «Да. Цифровые отбросы. Сломанные души, запертые в аду, который 'Имморталис' называет 'Элизиумом'. Они не просто повреждены при переносе. Их ломают целенаправленно».
«Зачем?»
«Эксперименты», — ответил Призрак. «Они изучают пределы сознания, реакции на боль, страх, ложные воспоминания. Пытаются создать оружие. Идеального солдата, идеального
