Читаем без скачивания Уфимская литературная критика. Выпуск 7 - Эдуард Байков

Резюме

В связи с вышесказанным, утверждаю: самой по себе литературе не выжить. Какое-никакое существование возможно только в условиях частного или государственного меценатства. Как бы я, мы, они не относились к литературной ситуации в городе Уфе, надо понимать, что другая альтернатива – это рынок, который сожрет всех, кроме Поляковой с Донцовой, «МК» с «КП» и их клонов. И если надо выбирать между стоячим озером и водоворотом, я все же выберу поросшую ряской гладь, по крайней мере, останется вероятность найти свой личный островок.

Эдуард Байков

Препарция под микроскопом

Постфактум

Прошлогоднюю статью Горюхина, как и его нынешний опус, с большой натяжкой можно назвать литературным обзором, скорее – злобным пасквилем, в коем автор вылил бочку помоев с содержащейся ней ложкой желчи на отдельных литераторов, творческие объединения и литплощадки Уфы. При этом старательно умалчивая о недостатках (и крупных!) нежно любимых им «Бельских просторов» и «Гипертекста». Уже в этом видна неправомерная тенденциозность доморощенного критика.

Откуда ж такая ничем не прикрытая неприязнь и откровенная злоба по отношению к крупнейшему в регионе творческому объединению «Фантасофия»? Которое, кстати, решительно невзлюбили старшие товарищи Горюхина – Андрианов, Паль и прочие бельскопросторовцы. Не отсюда ли уши растут? А за что, позвольте спросить, не любят?.. Уж не за то ли, что пытаемся развивать культурно-духовные и творческие процессы, в том числе и литературные, в регионе? Или может за то, что решили не зацикливаться на одном творчестве и начали заниматься благотворительной, социальной и просветительской деятельностью?.. Тогда это просто какие-то реакционеры и самодуры от литературы и культуры в целом.

Думается, ларчик открывается просто: невзлюбили за острую и справедливую критику в их адрес. Двойная какая-то мораль получается: ОНИ могут все, что угодно – критиковать, унижать, хамить, давить, не пущать – а мы, значит, ни-ни, ни слова хулы в ИХ адрес… Интересная ситуация вытанцовывается: руководство журнала «Бельские просторы» и лидеры объединения русских писателей при СП РБ (в общем-то, это одни и те же лица) активно ненавидят и противодействуют без малого двумстам членам ТО «Фантасофия», обосновывая это тем (устами того же Горюхина), что, дескать, фантасофы сплошь и рядом бесталанные графоманы и рифмоплеты (а еще и хамами назвали – читайте статью Горюхина). При этом они стыдливо закрывают глаза на внушительные списки тех самых титулов, званий и регалий многих членов «Фантасофии» из числа лидеров – то есть творческих достижений! – над которыми пытается ерничать Горюхин.

За подобные неосторожные и самонадеянные высказывания раньше били канделябром по мордасам или хлестали перчаткой по щекам. Нынче время другое – на дуэли уже не принято вызывать, но ведь есть еще такое понятие, как судебный иск, как оскорбление чести и достоинства личности, как формирование отрицательного и заведомо ложного имиджа организации в СМИ… Обвинения-то ничем, никакими фактами не подтверждены. А вот мы можем подтвердить ДОКУМЕНТАЛЬНО просчеты – и немалые – сотрудников вышеназванных организаций.

Кстати, в число тех, кого Горюхин презрительно (это видно из подтекста) зачисляет в «роту народного ополчения», есть весьма уважаемые творческие деятели республики, достаточно назвать имена Мадриля Гафурова, Георгия Кацерика, Владимира Денисова, Ильяса Галеева, Бориса Павлова, Гумара Мусина, Владислава Дезорцева, Владислава Меоса, Рустама Шайхутдинова, Миниахмета Муталова, Федора Сопранцова. Заявили о себе как о талантливых и состоявшихся литераторах Светлана Чураева, Вадим Богданов, Валерий Коваленко, Сергей Круль, Ольга Курганская, Анна Ливич, Виктория Скриган, Вячеслав Станинов, Эльвира Халикова, Ренарт Шарипов, Максим Яковлев. И это все фантасофы, активно участвующие в деятельности творческого объединения и исправно платящие членские взносы. Не замечать эти фамилии, по меньшей мере, недальновидно, по большей – оскорбительно.

Одним словом, автор статей «Литература мертва – да здравствует литература!» и «Трепанация черепа» в попытке умалить и принизить деятельность «Фантасофии» или «Фантастики Башкортостана» сам себя и высек – прилюдно. Впрочем, с ним-то как раз все ясно – он же сам выбрал «поросшую ряской гладь», дабы «найти свой личный островок». Там ему и квакать!..

Кристина Абрамичева

Слово о «слове»

Самиздатовская литература имеет в нашей стране давние традиции. Не будем распространяться, каким был советский самиздат, – слишком далеки от нашего поколения реалии того времени. Сейчас самиздат имеет несколько иные предпосылки, основным стимулом для его развития является упрощение и удешевление печатного процесса.

Ныне любой рядовой гражданин может тиснуть сборник своих произведений, минуя тяжкую и ненужную, как кажется многим, процедуру издательской подготовки книги. В итоге мы получаем подчас весьма забавные экземпляры, которые лично я люблю перелистывать в минуты кризиса жанра и общей душевной смуты. Но есть и самиздат «цивилизованный» – он создается профессиональными литераторами, редакторами и журналистами с определенными целями. Альманах «Слово», возникший несколько лет назад по задумке уфимской журналистки Анны Ливич, мне кажется, можно как раз отнести к этой категории – он отличается концептуальностью, яркой подачей и сильным составом авторов, большая часть которых уже зарекомендовала себя в местных изданиях.

Хотя изначально альманах «Слово» задумывался именно как альтернативная площадка для тех, кто стремится найти свой путь в литературу. Не всем это удается сразу, но важен прежде всего толчок для того, чтобы развиваться дальше. И большим стимулом для начинающего литератора может стать именно первая публикация. Первые выпуски альманаха предоставляли свои страницы для всех, кто выражал желание печататься. Впоследствии стал осуществляться разумный отбор произведений. С нынешнего, третьего, выпуска «Слова», осуществленном совместно с критическим журналом «Гипертекст», в альманахе принимают участие и авторы из других городов, а произведения получили критический отзыв, что также является одной из важных составляющих становления начинающего автора.

Рассмотрим же подробнее нынешнюю подборку произведений. Рубрика «Рассказы» открывается коротким рассказом весьма плодовитого автора Эдуарда Байкова «Майя». Его усилия по вспахиванию местной почвы мистического рассказа в духе Кинга оправдались. Если по форме рассказы Э. Байкова достаточно непритязательны и не выходят за границы литературных шаблонов («во мраке ночи», «компания подвыпивших юнцов и девиц», «сближающиеся стальные колесницы, запряженные демонами скорости», «жуткая картина потрясла своим ужасающим натурализмом», «не в силах оторваться от кошмарного зрелища»), то по содержанию рассказы Байкова вполне отвечают массовому вкусу, тяготеющему к жанру ненавязчивой истории с эффектным финалом. Рассказ тбилисского автора Михо Мосулишвили «Танец со скалой» относится скорее к жанру эссе. История гибели известного скалолаза Миши Хергиани, когда-то в далеком 1968 году потрясшая воображение автора, тогда еще шестилетнего мальчика, соотносится с историей его собственного падения с кавказского хребта. Его «танец со скалой» заканчивается удачно, в отличие от Миши Хергиани, навсегда завершившего свой полет в Альпах… Городской полет в рассказе Виктории Шаяхметовой «Крыша» выглядит на фоне романтического кавказского антуража истеричной выходкой суицидального подростка, тем не менее, не лишенной некоторой красоты: «Квартиры, дачи, дома, автомобили – все так ничтожно, ничтожно и мелочно, мелко, даже если смотреть с крыши». Городская мифология проявляется в прозе этого молодого автора довольно ярко. Чудесное может появиться повсюду – Маленький Принц сидит на Подоконнике у Окна и курит сигареты «Treasurer», а плиты родного города превращаются в дорогу из желтого кирпича, уводящую девочку Элли в Изумрудный город. Подчас излишне экзальтированная манера изложения В. Шаяхметовой все же создает очень живой образ города Октябрьского, пропущенного через восприятие семилетнего ребенка. Так же по-детски трогателен и рассказ Елены Охотиной «Космонитяне» – начинаешь искренне верить этому рассказчику, несмотря на большую долю допущения.

В рубрике «Миниатюры» выделяется автор Руслан Шагманов: как по количеству представленных текстов, так и по их общему уровню. В его коротких историях есть юный задор, богатая фантазия и юмор. Хотя автор иногда и злоупотребляет однообразными приемами, как в рассказах «Садко», «Соловей-Разбойник», «Конек-Горбунок», построенных на комическом сочетании былинно-сказочного с современным, все же потенциал у автора есть, что и было отмечено журналом фантастики «Если» специальным дипломом. Остальные авторы рубрики работают в совершенно разных стилях: поэтические миниатюры Ксении тяготеют к притчевости, мини-рассказы Натальи Маркеловой потрясающе лиричны и почти воздушны, Виталий Щекин уже давно с переменным успехом разрабатывает жанр поэтической миниатюры, а Александр Залесов осваивает публицистическое эссе. Несколько выбивается из общего ряда прекрасная, хотя и непростительно затянутая миниатюра местного сюрреалиста Рустама Нуриева «Школа игры на кубызе». Как и остальные его произведения, выполненные в стиле «потока сознания», оно полно уфимских реалий, отголосков отношений, абсурдистских ситуаций. В принципе, творчество Рустама Нуриева настолько монолитно, что, если бы не законы публикации, нерасчлененность его бесконечного текста выглядела бы вполне гармоничной.