тут, в академии, я распоряжусь выделить ей домик. А господин Джеральд волен найти себе жилье в городе.
Джер понимающе смотрит на меня. Но, проклятье, как же мне хочется его размазать по стене! Я выхожу и делаю распоряжения по поводу размещения гостей. За одно немного отвлечься.
— Вас проводят, — возвращаюсь и отпускаю Иллидию и Эдгарна. — Вас, леди Эйвиола тоже.
Вижу, как она колеблется, не хочет тут оставлять Джеральда одного. Ничего. Мы с ним сами разберемся. Наконец, она выходит, бросая на меня один лишь взгляд, от которого во мне вспыхивает желание сжать ее в своих руках и не отпускать. «Моя!» — рычит дракон.
Мы с Джеральдом остаемся наедине. И первое, что происходит — мой кулак летит в его челюсть.
Глава 15. Сайтон. За что боролся…
Джеральд отлетает назад и впечатывается спиной в книжный шкаф. Он касается пальцами разбитой губы и смотрит на кровь. Отталкивается, делает два молниеносных шага и, использовав обманный маневр, бьет в ответ.
Уклониться совсем уже не успеваю, получаю удар в бровь по касательной. В глазах красная пелена. То ли от ярости, то ли от боли. Рассечение.
Формирую атакующее плетение и тут же выпускаю его в Джеральда. Тот отводит его от себя и выпускает в ответ.
Мы слишком много времени провели в спарринговых поединках, поэтому можем запросто предугадать действия каждого и быстро приходим к бессмысленности этой драки.
— Легче стало? — слишком спокойно спрашивает Джеральд.
Киваю. Он знал, что именно такой будет моя реакция. Знаток душ.
Нет. Просто хороший друг. О нашей истинности с Эйви он догадался практически сразу, как увидел нас, и помог осознать, как много она значит для меня. Сейчас, получается, уже второй раз.
— Джер, какого демона? — успокаивая своего дракона, спрашиваю я. — Жених?
— Фиктивный, — с ухмылкой отвечает Джер. — А, может, и настоящий. Сам же сказал, что только поспособствуешь ее новому замужеству.
Дракон рычит и беснуется, требует врезать другу еще раз. Для профилактики. А я понимаю, что мне тут нечего сказать: я действительно это пообещал, более того, сам собирался жениться. Опять фиктивно.
— Сам подумай, как ты ее оставил? Она же теперь ходячая мишень для мужчин, — заявляет мне друг. — Красивая, богатая. Ведь все от брата перешло же ей? Еще твои дотации. Плюс она как человек не настолько сильно привязана к тебе, сам же знаешь? Что ты будешь делать, когда твоя истинная выйдет замуж за другого?
Со всей силы впечатываю кулак в стену, и от удара паутинкой по ней расползаются в разные стороны трещины. Рычу, сжимая и разжимая кулак.
Сон буквально вплавился в мой мозг, пред глазами так и стоит картинка Эйви с ребенком на руках. «Ребенком, который должен быть моим», — рычит дракон.
— Оставь мою истинную в покое!
Его глаза на секунду меняют форму. Но он быстро возвращает себе спокойствие.
— Если бы она была моей, то я никогда не отпустил бы ее, — говорит Джер.
— Ты знаешь историю правителей, — цежу сквозь зубы я. — Я тебе все подробно рассказал.
Джеральд понимает, что я прав. Он берет с полки одну из многочисленных книг о проклятиях в моем кабинете и машинально ее перелистывает.
— Тогда ты должен понимать, что ей безопаснее будет здесь, — он указывает руками на здание вокруг нас, академию.
И тут он совершенно прав — сюда просто так не проникнуть, потому что стоят лучшие охранные чары, тут маги высшего уровня, а еще… Тут она может быть под моим личным присмотром.
— Мне кажется, что врач мог многое рассказать перед смертью.
Вопрос Джеральда выводит меня из раздумий. Друг внимательно на меня смотрит, как будто пытается вложить в эти слова нечто большее.
— Он наверняка видел метку, когда осматривал Эйви, и это действительно большая проблема. У меня есть предположение, на кого Фавиус работал, но пока что это лишь предположения.
Джер всматривается в мое лицо, будто пытается что-то для себя понять, качает головой:
— Поэтому для нее безопаснее иметь жениха, — говорит он, а у меня в груди снова разгорается пожар ревности, подхватываемый драконом. — А самый идеальный вариант — это тебе, наконец, нормально поговорить с ней.
— Это уже не твои заботы, — бросаю ему я. — Жить можешь в моем особняке. По поводу вашего совместного проживания я не шутил.
— Да я уж понял, — усмехается Джеральд. — Ты от идеи с фальшивой истинной не отказался? Считаешь это честно по отношению к Эйви?
Гаргулья задница! В каком извращенном состоянии эта идея вообще пришла в мою голову? Дракон согласен, а вот рациональная часть меня — нет. Мне нужно отвести внимание от Эйви. Хотя, если они уже знают о метке… Ситуация совсем иная.
Судя по тому, как они действуют, кто-то из крыс в ближнем окружении правителя. Значит, мне не обязательно представлять перед народом «счастливо найденную истинную», достаточно сказать, что нашел и прячу.
А вот среди своих надо будет представить Виолу до того, как станет ясно о подставе. И лучше всего это сделать так, чтобы не узнала Эйви.
— Разберусь, — я выхожу из двери и нос к носу сталкиваюсь с Эйвиолой.
Мне кажется, что на секунду из меня вышибает дух. Как только дракон чувствует запах Эйви, я чувствую, что начинаю терять контроль над ним. Эти приоткрытые пухлые губы так и манят. Я готов запустить руку в ее волосы, притянуть к себе и заставить забыться. «Моя!» — ревет дракон.
Ее взгляд обеспокоенно скользит по моему лицу, задерживаясь на разбитой брови. В глазах мелькает сочувствие, и она закусывает губу. Еле сдерживаюсь, чтобы не послать все к демонам.
Потом она бросает краткий взгляд на кабинет. Проверяет, жив ли Джеральд? Подслушивала?
— Что ты здесь делаешь?
— Ваша Мудрость, мы с вами уже не муж и жена, вам стоит следовать этикету, — подняв свой аккуратный носик, говорит она.
Не могу не отметить, что она заметно похудела и выглядит уставшей. Дракон ловит в ее душе такой коктейль эмоций, что я путаюсь, что к чему. И снова есть какой-то блок, не дающий почувствовать ее полностью. Дракон угрожает мне расправой за то, что я довел Эйви до такого состояния.
Мне же хочется прижать ее к себе и не отпускать. Только целовать-целовать-целовать.
— Хорошо. Леди Эйвиола Бранд, — делаю акцент на фамилии, — что вы здесь делаете?
— Жду жениха, конечно.
Глава 16. Необычное положение
Пока стояла под дверями кабинета, уже все губы себе искусала. Сначала был слышен грохот, потом рык, потом тишина, потом опять грохот, и я…
