переспросил пленник и снова погрузился в раздумья.
– Рожай уже быстрее, – не выдержал Егор.
Барон смерил его презрительным взглядом и даже, по всей видимости, собирался ответить на эту дерзость, но внезапно Юра сказал:
– Телега едет. Пошли глянем, а этот пусть посидит, подумает.
Барон, привязанный к стволу дерева, сверкнул на них глазами, но промолчал. Они вышли на дорогу. Деревьев, преграждавших путь, уже не было. Егор не поленился разрубить их на мелкие части и свалить в овраг. Именно там они решили устроить погребальный костёр, добавив впоследствии сухого валежника. Облачённые в доспехи павших воинов, который были явно качественнее кольчуги Юры, они выглядели достаточно внушительно и на пару мужиков, ехавших в телеге, произвели должное впечатление.
– Как по заказу, – негромко сказал Клочков и повелительно махнул рукой, приказывая остановиться. Мужики переглянулись, но остановились. Лежащие на залитой кровью дороге мёртвые лошади, длинный ряд полураздетых человеческих тел на краю оврага, куча оружия, доспехов, и тут же неподалёку булькает каким-то варевом котелок, горит костёр, около которого расположилась парочка недавних врагов и привязанный к дереву пленник… Пожалуй, даже для этого мира такое зрелище не казалось чем-то обыденным.
– Вам повезло, – широко улыбнулся Юра, – есть возможность неплохо заработать.
– А что делать надо? – мгновенно сориентировался один из них.
– Убрать трупы лошадей с дороги и похоронить воинов.
– Сделаем.
Они вернулись к барону.
– Тайник у меня в спальне, – хмуро сообщил тот. – А теперь я хочу, чтобы ты поклялся именем великого Ялонга, а также тем, чем дорожит каждый благородный человек: твоей честью и памятью твоих предков.
– Хорошо, – покладисто согласился Клочков и тут же торжественно произнёс слова этой клятвы. Насколько Егор успел узнать Юру, обманывать барона после этого он бы не стал. И если на великого Ялонга ему было глубоко плевать, по вполне очевидным причинам, то всё остальное для него было не пустой звук. Барон, похоже, и сам это понимал. По крайней мере, он явно успокоился и попросил освободить его.
Юра ухмыльнулся и потребовал взамен такую же клятву, что барон, в свою очередь, не будет пытаться их обмануть, а впоследствии не станет разыскивать, чтобы поквитаться. В этот раз он думал гораздо дольше, но всё же поклялся. После чего Юра освободил его и пригласил разделить с ними трапезу. Судя по всему, перспектива обедать в компании своего бывшего охранника и какого-то крестьянина его не устраивала, и он гордо отказался.
Правда, через некоторое время Егор над ним сжалился и отнёс сидящему в сторонке барону краюху хлеба и кусок жареной конины. Тот принял это всё вполне благосклонно и даже соизволил поблагодарить.
С двумя мужиками, возившимися на дороге, договорились быстро. Несколько монет, найденных у барона, обменяли на телегу с лошадью. Это оказалось отличной сделкой. Причём довольны остались все. Вдобавок им разрешили взять одежду и обувь убитых. Егор отдал найденный на трупе тощий кошелёк крестьянину Кнору, а Юра, увидев это, добавил от себя ещё несколько монет. Оружие, доспехи и кое-какие пожитки погрузили на телегу, туда же забрались барон и Скулурд. Егор с Юрой поехали верхом.
Дорога оказалась неожиданно долгой. Утром следующего дня Скулурда пришлось оставить в какой-то деревеньке, у него начался жар и его ощутимо лихорадило. Явно недовольный этой ситуацией, Юра снова расстался с парой монет. Здесь же пришлось оставить и лошадь Егора, которая к этому времени стала ощутимо хромать на раненую ногу.
Чтоб как-то скоротать время и пополнить свои знания об окружающем мире попытались расспросить барона. Толку от этого было немного. Ни о какой Всик, как, впрочем, и любой другой странной женщине, он и слыхом не слыхивал. Науками и магией (а, по его словам, она здесь была, хоть и встречалась нечасто) занимались члены какого-то Ордена, судя по окружавшему их ореолу таинственности, весьма серьёзные ребята. И, скорее всего, Всик, учитывая её страсть к различным научным изысканиям и изобретению всяких полезных штук, стоило искать среди них.
Ничего интересного он больше рассказать не смог. Упомянул разве, что местный лорд, сюзерен барона Чарса, собрал большое войско и сейчас воюет где-то на севере. Само собой, периодически требуя себе всё новых и новых воинов. Вот и барон приехал сюда исключительно для того, чтобы набрать новый отряд, который должен был в самом скором времени влиться стройные ряды и принять участие в осаде какой-то крепости.
Слушать барона было довольно интересно, но это никоим образом не помогло в поисках Всик.
К жилищу барона добрались поздно вечером. Егор, ожидавший увидеть высокую крепостную стену, глубокий ров вокруг и мрачные башни, был откровенно разочарован. Конечно, большой каменный дом в два этажа на фоне окружающих его лачуг и впрямь смотрелся монументальным сооружением, но лично он баронские замки представлял себе совершенно иначе. Огромное подворье, окружённое высоким забором из заострённых брёвен, встретило их запертыми воротами и собачим лаем. Очевидно, здесь рано ложились спать, и Юре пришлось очень долго колотить в ворота, прежде чем в окнах зажёгся какой-то тусклый свет.
Молодой парень в точно таких же доспехах, рассмотрев гостей в узкую щель, мигом распахнул калитку. Барон, буркнув что-то недовольное вместо приветствия, важно прошествовал внутрь. Они двинулись следом. Спальня с тайником располагалась на втором этаже. В мерцающем свете факела Егор с интересом оглядел скромную, поистине спартанскую обстановку небольшой комнаты: широкую кровать с балдахином и массивный сундук. Стены, завешанные какой-то серой невзрачной тканью, пара держателей для факелов да крохотное окно с тяжёлой шторой.
Барон Чарс снял с головы шлем с бармицей и небрежно бросил его на кровать. Потом легко и беззвучно откатил в сторону сундук, выглядевший сперва очень громоздким, и, присев на корточки, вынул пару коротких досок из пола. Из тёмного проёма достал два увесистых мешочка и положил на кровать. Быстро вставил доски обратно в пол, и также легко вернул сундук на место. Судя по всему, снизу имелись какие-то колёсики. Затем, откинув крышку, достал небольшую деревянную коробку. Вытрусив из неё на кровать пару десятков разнообразных монет, он отошёл в сторону и негромко сказал:
– Убирайтесь из моих владений. Я вас искать не буду, но если ещё раз увижу – повешу.
Юра вставил факел в держатель на стене, быстро сунул мешочки за пазуху и сгрёб монеты с кровати.
– Мы уедем прямо сейчас, – пообещал он барону. – Ты нас больше никогда не увидишь.
– Если продолжишь отбирать у крестьян последнее, то когда-нибудь они убьют тебя. Подумай об этом, – проронил Егор напоследок.
– Все виновные будут наказаны. Этот скот необходимо проучить. Семьи убитых ответят за их преступления, – мрачно
