Серые глаза миссис Рэмси на миг затуманились. Она смотрела на Софи сверху вниз, и в какой-то момент девушку озадачило выражение ее лица. В ее взгляде было что-то нежное и в то же время хищное, что согревало и одновременно почему-то тревожило Софи.
— Вы — очень милая девушка, — произнесла миссис Рэмси своим низким грудным голосом. — Но, пожалуй, чересчур доверчивая. Вы ведь ничего не знаете ни обо мне, ни о моем муже. Может быть, мы вовсе не такие, какими кажемся…
Софи резко выпрямилась:
— Я вовсе не так наивна, как вы думаете. Я подозреваю, что в вашей жизни есть какие-то тайны, что она была полна приключений, которые не выпадали на долю большинства моих знакомых. Но я надеюсь когда-нибудь заслужить ваше доверие…
— Чтобы я поделилась с вами своими секретами? — Вэлери лукаво улыбнулась и вдруг стала похожа на своего вечно иронизирующего мужа. — Но иногда чужие секреты лучше не знать!
Софи не могла с уверенностью сказать, отшучивается Вэл или говорит всерьез.
— Я обидела вас? — с несчастным видом спросила она.
Лицо Вэлери сделалось вдруг абсолютно серьезным, а рука ее еще крепче сжала руку Софи.
— Ну что вы, дорогая, разве я могу на вас обижаться? Просто вы напомнили мне, какая я старая развалина…
— И вовсе не старая! — пылко возразила Софи. — Просто более опытная. Как бы мне хотелось, чтобы вы поделились со мной своей мудростью!
— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду.
— Я хочу знать все! Все, что вы согласитесь мне открыть, — быстро поправилась Софи.
— Боюсь, что это вас шокирует.
— Меня трудно шокировать. Родители позаботились о том, чтобы я получила свободное воспитание. Мне разрешали читать все, что хотелось.
— Понимаю… — Голос миссис Рэмси стал вдруг совсем низким и был похож сейчас на довольное порыкивание сытого животного. — А как насчет… ну, так сказать, более практических вещей? Вы знаете о том, что происходит между мужчиной и женщиной?
И снова Софи почувствовала какое-то странное возбуждение — то ли любопытство, то ли страх.
— Конечно, — сказала она.
— В самом деле?
— Моя мама объяснила мне все довольно научно. Пожалуй, описание ее было клинически точным.
— Пообщавшись с вашей матерью, я нимало в этом не сомневаюсь. Удивительно, как это она вообще удосужилась вас зачать.
Софи захихикала:
— Да, это правда, мама такая… интеллектуалка. Зато она научила меня, что человек должен использовать свои мозги как можно лучше.
— Ну, разумеется, — согласилась миссис Рэмси. — Но вам не кажется, что надо также научиться использовать свое тело?
— Тело дано нам не для удовлетворения животных инстинктов, — нахмурилась Софи.
— Какая ерунда! Вы живете в своем теле и обязаны заботиться о нем и доставлять ему удовольствие. Если только вы не собираетесь стать монашкой. Я знаю множество монашеских орденов со строгими уставами, которые предписывают ходить в мешковине, посыпать голову пеплом и целыми днями бить себя кнутом.
— Вы сочиняете!
— Вовсе нет. Я не видела этого сама, но мой брат рассказывал…
Миссис Рэмси осеклась и испуганно посмотрела на Софи.
— А я и не знала, что у вас есть брат, — удивилась девушка.
— Неужели я никогда не упоминала о нем? К сожалению, мой милый Фел — редкий гость в Англии. Он любит путешествовать по экзотическим странам. Боюсь, Англия кажется ему слишком скучной.
— Фел? Какое необычное имя. А вашего мужа зовут Филипп, то есть Фил. Звучит почти одинаково. Вы не путаете их имена?
— Вовсе нет, — возразила Вэлери. — Если мне надо обратиться к мужу, я обычно зову его мистер Рэмси. Или говорю: «Эй, ты». Этого вполне достаточно.
— Как мне хотелось бы познакомиться с вашим братом! Может быть, я бы изменила свое отношение к мужчинам.
— Едва ли вам понравился бы Фелан, — поспешно оборвала ее миссис Рэмси. — Но вот другой мой брат, Валериан…
— Так у вас целых два брата? Как вам повезло! Я всегда хотела иметь брата или сестру.
— Возможно, вам бы вовсе это не понравилось. Особенно если бы у вас был брат-близнец.
— Так Валериан — ваш близнец? Как интересно! И вы совершенно одинаковые?
— Ну… не совсем.
Софи вспыхнула:
— Какая же я дурочка! Конечно, вы… то есть я хотела сказать…
Миссис Рэмси покачала головой:
— Я все понимаю, моя дорогая. Несмотря на ваши обширные знания, практической частью образования ваша матушка явно пренебрегла. Думаю, мне придется кое-что предпринять по этому поводу.
— Правда? — В глазах Софи светился неподдельный восторг.
— С удовольствием, — ответила миссис Рэмси, и Софи снова стало вдруг на секунду немного страшно.
Джульетта сидела одна в довольно скромной кухне Саттерз-Хед, когда на пороге появился ее спаситель. Джульетта подумала, что впервые видит этого человека при свете дня, пусть даже такого дождливого и пасмурного, как сегодняшний. Но ощущение исходившей от него угрозы, которое всегда испытывала Джульетта, общаясь с ним в сумерках, вовсе не покинуло ее. Все то же саркастическое выражение лица, холодные серые глаза, видевшие чересчур многое… Все ее самообладание тут же подевалось куда-то.
А всего несколько минут назад, сидя за кухонным столом и поглощая превосходную стряпню Дульси, она впервые за много месяцев почувствовала себя в безопасности. Даже каморка в гостинице «Пух и перья» была для нее чем-то вроде промежуточной станции, где можно было остановиться и ненадолго перевести дух.
Но здесь Джульетта почему-то чувствовала себя иначе. Она чувствовала себя дома, хотя все тут было чужим и незнакомым.
Саттерз-Хед представлял собой просторный сельский дом, построенный на клочке земли, одним концом упиравшемся в море. Старый дом отчаянно нуждался в ремонте, но его поддерживала в образцовом порядке супружеская пара слуг, заботившихся о своих хозяевах и хозяйке с ревностным чувством собственников. Хотя Дульси была сама доброта и считала, что ее святой долг — раскормить тщедушного Джулиана, было совершенно очевидно, что главное дело ее жизни — ревностная забота о хозяевах. Это была преданность длиной в несколько поколений — семье Рэмси служили деды и прадеды Дульси.
Подобные традиции казались Джульетте весьма трогательными, хотя сама она очень дорожила своей свободой и мечтала вновь обрести ее, чтобы вернуться на берега Эгейского моря или Нила, вновь путешествовать по экзотическим неисследованным местам. Но в то же время иногда ей хотелось почувствовать себя в безопасности, ощутить, что на свете есть место, где она может чувствовать себя дома. Приятно было бы знать, что рядом люди, которые тебе не безразличны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
