приговора местному газетчику, который критиковал короля и правительство. Цесаревич морщит благородный нос и отправляется на юг.
Перед Александром вихрем проносятся европейские балы. Веймар, Берлин, Лейпциг, Мюнхен, Верона. В Милане в честь цесаревича устроили парад, продолжавшийся семь дней подряд. Мундиры, пушки, лошади, фанфары и знамена днем – и развеселые танцы всю ночь напролет. В Риме цесаревич выбрался на экскурсию в Ватикан. Но не успел толком осмотреть древние памятники – незаметно подкрался конец декабря. Гувернер великого князя, мсье Жилль, писал в своем дневнике: «С наступлением рождественских праздников начались здесь спектакли и балы. Его высочество принимает участие в увеселениях высшего общества».
К весне 1829 года Александр вспомнил про свой брачный список, с сожалением покинул беззаботную Италию и выехал в Германию. В Карслруэ его давно уже ждала наиболее перспективная принцесса, на которой ему выгодней всего было бы жениться. Свидание не удалось. Великая княжна Ольга, сестра цесаревича, так описывает эту встречу: «Принцесса сидела за столом рядом с ним, и ему предоставили возможность разговаривать с ней долго и подробно. О чем же говорила она? О Гёте и о Шиллере, пока Саша, совершенно обескураженный, не отказался от этого разговора».
Единственная барышня, приглянувшаяся цесаревичу, в пресловутом списке вообще не значилась. Ее звали Мария, ей было всего 15 лет, она выросла в доме герцога Гессенского Людвига II, но поговаривали, что она не его дочь. Александра не смутили гнусные слухи и он написал домой, что хочет жениться на Марии. Однако родители воспротивились мезальянсу. Разочарованный Александр поехал дальше – его официально пригласили в Лондон на торжества по случаю дня рождения королевы. Юной Виктории исполнялось 20 лет.
Викторианская мораль
Королева Виктория к тому моменту всего два года была на троне и отчаянно искала себе мужа. Но не потому, что была такой уж любвеобильной. Наоборот, Викторию всю жизнь воспитывали по необычайно суровой «кенсингтонской системе». Мать с отчимом растили принцессу в полной изоляции, ей не давали общаться с посторонними людьми, кормили хлебом и молоком и запрещали есть выпечку, поскольку считали, что сдоба, масло и варенье провоцируют развитие чувственности. Получив британский престол в 18 лет, королева Виктория по-прежнему продолжала жить в одной комнате с матерью!
Как-то раз Виктория пожаловалась премьер-министру лорду Мельбурну, что деспотичная мать сводит ее с ума. Мельбурн пожал плечами и сказал, что только брак позволит юной королеве отдалиться от матери. «Шокирующая альтернатива», – вздохнула Виктория. Но все-таки решила как можно скорее выйти замуж.
И тут в Лондон пожаловал неотразимый цесаревич Александр. После первой аудиенции королева Виктория записала в дневнике: «У него красивые синие глаза, короткий нос и изящный рот с очаровательной улыбкой. Я нашла Великого Князя чрезвычайно привлекательным, с располагающим приятным характером, таким естественным, таким веселым».
Историк Александр Боханов сообщает: «Русский Престолонаследник явно произвел сильное впечатление на Викторию. На балах она по несколько раз с ним танцевала (чего никогда не делала для других партнеров), а в перерывах усаживала его рядом с собой и, как отмечали очевидцы, «оживленно болтала». Близким признавалась, что Александр ей «чрезвычайно понравился» и что «они стали друзьями». Три дня Цесаревич прожил у нее в загородном Виндзорском замке, что стало темой оживленных пересудов в высшем свете. Многие находили подобное поведение «эпатажным» для любой добропорядочной девушки, а для незамужней Королевы в особенности…»
Вся Европа бурлила сплетнями. Русско-британский брачный союз? Немыслимо! Две империи не так давно, в 1807–1812 годах, противостояли друг другу на Балтике и в Баренцевом море. В России царила серьезная англофобия. Да и разве согласился бы император Николай, чтобы его сын, наследник великого престола, стал каким-то принцем-консортом далекого острова? В Зимнем дворце со страхом ждали известий из Лондона. Родители были готовы получить роковое письмо от сына с просьбой дать благословение на брак с английской королевой.
Но письмо так и не пришло. Александр вообще не собирался его писать. Дело в том, что Виктория совершенно его не привлекала. Ему льстило ее внимание – все-таки королева, а не обычная принцесса, это новый уровень донжуанства! Но в своем дневнике цесаревич небрежно набросал: «Она очень мала ростом, талия нехороша, лицом же дурна, но мило разговаривает».
При этом Александр блестяще отыграл свою роль преданного ухажера. Даже прощание с Викторией он исполнил как по нотам. Королева вспоминала: «Он был бледен и голос его дрожал, когда он сказал мне по-французски: «Мне не хватает слов, чтобы выразить все, что я чувствую». Затем он прижался к моей щеке и поцеловал меня так тепло и с таким сердечным чувством, и потом мы опять очень тепло пожали друг другу руки…»
Мило кивнув из окна кареты хозяйке Британских островов, Александр отправился домой, в Россию, по дороге строча письма родителям о том, как он хочет жениться на немецкой принцессе Марии. И теперь родители радостно согласились на мезальянс. Все лучше, чем отдавать наследника английской королеве!
После расставания
Прошло всего несколько месяцев после красивого прощания, и королева Виктория осознала, что Александр никогда не вернется. «Какой стыд!» – ужаснулась она. То, что казалось величайшей историей любви XIX века, оказалось банальным флиртом.
В октябре того же года в Лондон прибыл саксонский принц Альберт, ровесник Виктории. Он был превосходно образован, имел тонкий вкус и даже издал в пользу бедных томик своих стихов, для которых сам нарисовал иллюстрации. Королева предложила ему пожениться всего через пять дней после того, как Альберт приехал в Виндзор. Свадьба состоялась 10 февраля. Потом Виктория говорила, что это был самый счастливый день в ее жизни.
Тем временем, цесаревич Александр женился на гессенской принцессе Марии – и вскоре после венчания начал ей изменять. Их семейная жизнь в конце концов превратилась в ад: пожилой Александр привел в Зимний дворец свою фаворитку Екатерину Долгорукову и поселил под одной крышей с законной женой.
Примерно так же напряженно складывались отношения России с Британией – в 1850-х годах страны были противниками в Крымской войне, потом соперниками в Центральной Азии. «Ах, эта упрямая старая карга!» – досадовал император Александр. Или: «Ах, опять эта старая английская дура!»
Историк Александр Боханов пишет: «Королева Виктория всю жизнь, а находилась она на троне 64 года, придерживалась антирусских настроений, принимавших порой характер русофобии. Кто знает, может быть, кроме имперских интересов и амбиций эта антипатия питалась тем давним и неразделенным чувством…»
Интересно, как причудливо повернулась бы история, если бы цесаревич Александр остался бы тогда в Англии?
Последняя любовь императора. Александр II разрывался между троном и молодой Катей Долгорукой
Царь не имеет права влюбляться – лицемерно твердил Александр Николаевич великим князьям, терявшим голову
