мальчишка, — пригрозил пальцем Марсул. — Имею я право стресс снять. У меня дочь украли!
— И что теперь делать прикажешь? Какой из тебя теперь спаситель дочери в таком состоянии? И у меня от коньяка дурацкого голова разболелась.
— Отличный коньяк! — возмутился курас. — Три сотни слитней за бутылку!
— Не нужно было пить, — покачал головой Артем. — Зачем послушал? Какая теперь, к черту, из меня тень?
— Не психуй, Артемка, сейчас здоровье поправим, — заверил Марсул и, подтянув Артема за воротник рубашки, прошептал на ухо: — Для таких вот случаев средство есть безотказное. — И отпустив воротник, тут же потребовал: — Отведи-ка меня вон к той стене.
Ноги кураса совершенно вышли из повиновения, и Артему пришлось его буквально волоком тащить к указанному участку стены.
— Теперь нам сюда. — Марсул приложил ладонь к жуткого вида глазу, на зеленоватом, покрытом сетью кровавых прожилок, белке которого зиял огромный узкий вертикальный зрачок, без радужной оболочки.
Снова часть стены перед ними беззвучно отъехала в сторону, открыв ход куда-то во тьму. Комнатный свет отвоевал у мрака кусок ровного каменного пола возле порога. Артем догадался, что перед ними открылся потайной магический ход в очередную пещеру.
— Че встал, пшли! — распорядился курас, едва ворочия заплетающимся языком.
— О! А здесь почти не воняет, — констатировал Артем и, подхватив под мышки кураса, буквально волоком перетащил через порог.
Как только они сошли с толстого ковра на каменный пол, проход за их спинами ожидаемо сомкнулся.
В лицо пахнуло холодным влажным воздухом.
От резкого запаха речных водорослей засвербело в носу, и Артем громко чихнул три раза подряд.
Из глубины пещеры донесся громкий плеск.
— Стой, на месте, замри, — приказал Марсул вдруг протрезвевшим голосом. Ничего не объясняя, вырвался из рук Артема, шагнул вперед и яростно зашипел и зацокал языком в темноту.
От этих непривычных человеческому уху звуков в непроглядном мраке пещеры Артему стало жутко, как ребенку в затянутом паутиной чулане. Когда же в ответ на старания кураса из влажной тьмы донеслась точно такая же шипяще-цокающая абракадабра, у невольного слушателя волосы на загривке встали дыбом.
— Все нормально, я договорился с хозяйкой подземелья, нас не тронут, — заявил Марсул, обрывая зловещий диалог. — Но держись все же рядом, не отходи далеко, а то мало ли. Вдруг, несмотря на запрет, захочет незнакомого дядю на зуб попробовать.
— А кто-то ту-тут хозззяйка? — кое-как пробормотал Артем, пытаясь унять дрожь в голосе.
— Че, страшно? — к курасу вернулась пьяная развязность. — Да не трясись. Я пошутил. Никто тебя на зуб пробовать не станет.
— Об-бе-бещаешь?
— Угу, здешний зверь у меня почти ручной, — заверил Марсул.
— По-почти⁈ Это-то как? — насторожился Артем.
— Обычно слушается, — охотно стал объяснять курас. — Но, знаешь, она все же дама. А у них бывают такие дни…
— Дддни!!! Куда-да ты меня прит-та-тащил⁈ Кттто здесь⁈ Драко-кон⁈ — запаниковал окончательно запуганный человек.
— Угу, — радостно откликнулся довольный произведенным эффектом Марсул и пьяно икнул. — Вон! Полюбуйся на красавицу.
Он пробормотал скороговорку заклинания, и под сводом пещеры загорелся знакомый Артему яркий бездымный огонь.
При свете Артем обнаружил, что стоит на узком каменном карнизе, буквально в полушаге от пятиметрового обрыва и в шаге от прислонившегося спиной к стене кураса.
Низ пещеры, под карнизом, целиком был залит водой. В центре этого неглубокого водоема, свернувшись гигантским кренделем, лежала огромная змеюка. Ее иссиня-черная чешуя, несокрушимой броней укрывавшая гибкое тело, засверкала и заискрилась в отсветах магического пламени. Сама же хозяйка бассейна на появление огня отреагировала бульканьем и зловещим шипением. Из под воды вынырнула массивная голова с узкой изрядно вытянутой мордой, совершенно не похожей на змеиную, и оскалилась на гостей двумя рядами мечеподобных зубов.
Бульканье перешло в возбужденное цоканье, шипение многократно усилилось. По вытянутой, крокодильей челюсти Артем сразу узнал речного обитателя Долины Драконов, чуть не оттяпавшего Вопулу ногу. Тогда из реки высунулась лишь часть зубастой морды. Теперь же, наблюдая зверюгу во всей красе, Артем невольно содрогнулся, представив чего с ними могла сотворить такая громадина, дотянись она тогда до тролльей ноги.
Отодвинув Артема к стене, Марсул шагнул к краю карниза и, отчаянно балансируя над обрывом, заорал змеюке:
— Ссутешшь, детка, не надо волноваться! Этот незнакомый дядя пришел вместе с папой! Он не причинит вреда!.. Да отвали, не суйся! — Последняя реплика, озвученная в полголоса, адресовалась Артему, пытающемуся сзади страховать пьяного товарища.
«Детку» объяснение «папы» удовлетворило. Гигантская рептилия перестала шуметь, захлопнула пасть и без плеска ушла под воду. Следом за головой стали разматываться и исчезать под водой кольца бесконечно длинного тела. Зрелище завораживало и гипнотизировало.
Когда змея полностью скрылась с глаз, Артем облегченно перевел дух.
И тут же испуганно вжался в стену.
Обдав фонтаном брызг, огромная зубастая морда взметнулась на пятиметровую высоту и подставила шипастую макушку под руку оступившемуся курасу.
— Ой, ты моя умничка! Папу спасла, — засюсюкал пьяный Марсул и, обхватив руками чешуйчатую шею, от души чмокнул страшилище в бронированную щеку.
Рептилия в ответ мазнула его по лицу раздвоенным языком и, гордо вскинув голову, быстро-быстро зацокала.
Марсул похлопал ее по шее и шепнул на ухо:
— Ссутешшь, моя ласковая девочка. Спасибо тебе. А теперь плыви. Оставь нас наедине. Папе с дядей нужно поговорить.
Зло зыркнув на «дядю» налитыми кровью глазищами, гигантская рептилия подчинилась и медленно погрузилась обратно под воду.
— Все, пшли. Надеюсь, она нас больше не потревожит, — объявил курас. — И смотри не отставай. А лучше ваще во тут у стенки рядом иди. Чтоб, значит, мной прикрытый был. Не то сожрет. Не любит она чужаков, понимаешь…
— Оче-чень по-понимаю! — закивал Артем.
— Ха! Поверил! — Марсул от души расхохотался. — Да не трясись, пошутил я. Дракона здесь больше нет. Моя малютка уплыла в реку охотиться.
— Тттак это бы-был дракон? — удивился Артем, подхватывая под руку покачнувшегося спутника. — Где же у не-него крылья?
— Зачем крылья речному дракону? — продолжая давиться хохотом, кое-как выговорил Марсул.
— Так дракон же…
— Все, я больше не могу. Просто молчи, ладно.
Отсмеявшись, курас заговорил нормальным голосом:
— Пошли, хватит на месте топтаться. И не трясись, я правду говорю — уплыла она. — Подавая пример, он двинулся вдоль карниза, в дальний, скрытый полумраком конец пещеры.
Поддерживающему проводника Артему ничего не
