И для размножения им нужна одна-единственная женщина. Поставите чайник?
– Как это одна? Э-э, да, конечно.
– Причем, одновременно! И только она способна от них зачать. Иначе случится ужасное и Вселенная рухнет!
– Погодите, я не успеваю, – взмолился Антон, доставая чистые чашки. – Только что были братья-оборотни, и вдруг погибающая Вселенная. То есть мир будет уничтожен, если героиня не переспит с двумя мужчинами?
– Кто сказал, что их двое? Вам с сахаром?
Антон потряс головой в надежде, что новая информация вывалится из нее обратно.
– Ну как хотите. – Катерина пожала плечами и достала из холодильника парочку примеченных ранее рулетиков с семгой. – И еще нужно от них забеременеть. Желательно одновременно.
– Но это же технически невозможно, – пробормотал обескураженный мужчина, помогая накрыть на стол.
– Ох, Антон, вы недооцениваете фантазию писателей. По-моему, вода уже закипела.
– Садитесь, я сам налью.
– Заодно послушаете об истинных парах. С чего бы начать? – Катерина закинула ногу на ногу и покачала ногой в новогоднем носочке. – Обретая предназначенную, мужчина хранит ей вечную верность, потому что ни на какую другую женщину у него не…
– Знаете, книги, которые вы предложили для проекта, не так уж и плохи, – сдался Антон, потерпев сокрушительное и местами даже унизительное поражение. – В целом, они весьма невинны.
– Рада, что вы это наконец осознали. Хотите печеньку?
– Не откажусь. А откуда у нас печеньки?
– Из-под оленя.
Антон взял угощение и, решив, что после всего прочитанного и услышанного ему будет трудно как-то себя дискредитировать, макнул его в чай. Если подумать, люди читают фэнтези и фантастику, чтобы испытать то, что в реальной жизни испытать нельзя. Хотя при должном стремлении полюбить пятерых представителей мужского пола за раз не то чтобы невозможно… По большому счету, любовь на пять не делится, а умножается… Антон содрогнулся, уловив ход собственных мыслей. Нет уж, проект он, может, и одобрил, но от моногамных идеалов не отказался. Баста.
– Я понял! – воскликнул главный редактор, осененный страшной догадкой. – После межрасового гарема с…
– С девственницей, – весомо добавила Катерина и тоже макнула печенье в чашку Антона.
– Там еще и девственница? Не путайте меня! – Мужчина потер лоб указательным пальцем. – В общем, после всего этого ужаса ваши книги должны показаться мне удобоваримыми? Таков был ваш план?
– План? – Катерина встрепенулась и случайно утопила кусочек недоеденного печенья. – Какой еще план? Не было никакого плана. Ой, постойте!
Девушка ощупала свои бедра и, когда Антон хотел предложить ей свою помощь, заглянула внутрь валявшихся рядом леггинсов.
– Антон, я их потеряла, – упавшим голосом произнесла Катерина.
– Трусики? Нестрашно, мы уже выяснили, что без них…
– Нет же! – Катерина подняла глаза на Антона и жалобно хныкнула. – Я потеряла ключи!
Глава 11
– Антон, у меня две новости.
– М-м? – Мужчина откусил голову снятого с елки пряничного человечка, не отрываясь от чтения. Печенье успело подсохнуть, но все еще сохраняло аромат рождественских специй. – Хорошая и плохая?
– Можно и так сказать. Я нашла трусики.
– Это плохая.
– Но не нашла ключ.
– А вот это хорошая.
– Вообще-то наоборот. – Катерина неодобрительно покосилась на редактора, развалившегося на диване в окружении книг и сладостей. – Вы мыслите недальновидно.
– Трансцендентально, – поправил ее Антон, откусил у человечка следующую конечность и перелистнул страницу.
– Ситуация критическая. Интернета нет. Мой телефон сел. Ваш, видимо, тоже. – Девушка продемонстрировала два темных экрана, на что Антон сочувственно покачал головой и захрустел печеньем с еще большим энтузиазмом. – И у нас нет зарядки.
Катерина посмотрела на мужчину. Без галстука, в очках, на фоне пледа с белыми мишками он выглядел чрезвычайно невинно и оттого в высшей степени подозрительно.
– А под оленем вы смотрели? – Проглотив угощение, Антон постарался изобразить участие. – Вдруг там завалялось что-то полезное? Запасной аккумулятор, сигнальная ракета… Может, горошина тротила?
– К несчастью, в магазине была акция только на кукурузные палочки. Зато я нашла хлопушку.
– Правильно, надо создать праздничное настроение.
– Я уже создала, – мрачно сообщила Катерина. – Прохожему под окном. Он не откликался на мои крики о помощи, и мне пришлось пойти на крайние меры.
– О-о, – глубокомысленно протянул Антон и даже поднял глаза от книги. – Он жив?
– За кого вы меня принимаете? Для убийства нужна как минимум петарда, – ответила девушка. – Я просто обсыпала его конфетти, чтобы привлечь внимание.
– А он?
– Отсалютовал мне бутылкой «Медвединки» и поздравил с Рождеством.
– Как-то это не аутентично. – Антон поморщился и попытался вернуться к чтению. – Глинтвейн или грог были бы уместнее.
– Когда же людям пить водку?
– В Старый Новый год, конечно. Само осознание этого праздника невозможно без пол-литры и русской души.
Катерина задумалась. В словах начальника был смысл, но для ее креативного ума слишком прямой и неглубокий.
– Знаете что, Антон? Русская душа свободна от условностей. Когда она просит, тогда и праздник.
– Поэтому вы решили вдруг украсить окно? – поинтересовался мужчина и закинул в рот кусочек леденцовой трости, снятой с елки вместе с печеньем. – По зову сердца?
– В отличие от вас я занята делом. Разве не видно, что гирляндой выложен сигнал о помощи?
Антон перекатил леденец из-за левой щеки в правую сторону и, отложив книгу, критично осмотрел созданную Катериной конструкцию. Надпись «SOS», старательно прикрепленная к двухкамерному стеклопакету, подмигивала и переливалась разноцветными огоньками.
– Мне видно, – кивнул Антон. – А вот людям с улицы вряд ли. Кажется, вы забыли о зеркальной симметрии.
– Ой.
– К тому же хочу напомнить, что розетка у нас одна. И если мы намерены пожертвовать ей ради этого не очень надежного, но, безусловно, оригинального плана спасения, то должны быть готовы к сухому пайку.
– А?
– Продукты испортятся, – подытожил Антон и, поправив очки, погрузился в изучение очередной истории о любви и страсти.
После недолгих раздумий и моральных терзаний Катерина выдернула штепсель гирлянды из розетки и со вздохом подключила к ней холодильник. План был хорош, но – увы! – не так хорош, как ванильное мороженое и какао с молоком.
– Лучше вот, послушайте, – предложил главный редактор. – «Он схватил меня,
