Написаны, правда, масляными красками. Но не старинные, это точно. Но и не современные.
Присмотрелась. Похоже, времена, когда война давно закончилась. Шестидесятые годы прошлого века? Семидесятые?
Вот работницы в белых платочках выходят из ворот фабрики. Усталые, но довольные лица. А вот девушки поют песню под гитару. Вокруг буйно цветет сирень.
— Тебе нравятся? — заметил мой интерес старый банкир. Он подошел к одной из картин, коснулся пальцами.
— Не разбираюсь в картинах, — удрученно вздохнула.
— А я научился… Это соцреализм… Ушедшая эпоха, но такая близкая. Жизнь наших родителей, да и мы… застали. Меня привлекают жанровые полотна. Выдающихся жанристов не так уж и много.
Он вздохнул и подошел к окну. Потом вернулся в кресло.
— Времени для разговора у нас с тобой осталось мало. Поэтому начну с главного, — он замолчал, видимо, собираясь с силами. Начал перебирать какие-то документы, бумаги.
Я застыла на стуле. Сжала заледеневшие ладони в замок. Господи, что он хочет мне сказать? Что виделся с Артемом, и муж обвинил в развале семьи меня?
Неужели приходил к Филиппу Алексеевичу с Вероникой? Представил ее как любовь всей своей жизни? А меня, наверное, назвал досадной ошибкой!
Удушливая волна негодования захлестнула сознание, огненным румянцем выступила на лице и горячечным потом на спине…
— Хочу предложить тебе работу. Думаю, что это то, что нужно, — наконец, заговорил старый банкир и протянул визитку. — У моего старого приятеля имеется фирма. Довольно крупная, с дочерними предприятиями. А так как в мире все непросто, то руководство заинтересовано в укреплении экономических связей с Китаем, но языковый барьер никто не отменял. Специалистов найти нелегко. Я предложил тебя. Правда, есть один нюанс. Фирма юридически принадлежит приятелю, но всеми делами заправляет его сын.
Я опустила глаза на кусочек пластика:
«Роман Александрович Устинов.
Генеральный директор фирмы «Комета — Н»».
Сжала карточку холодными пальцами.
От значительности момента меня словно сковало.
«Вот оно. Вот оно», — выбивало в висках пульсом.
Китайский. Самый любимый из иностранных. И самый трудный.
Неужели это правда, и судьба повернулась ко мне лицом?
Филипп Алексеевич что-то озабоченно объяснял, но я почти ничего не понимала. Его слова доносились до меня словно сквозь вату.
Но я твердо знала одно — ни за что не откажусь от этого предложения. Какие бы условия мне ни ставили.
— Когда приступать? — спросила севшим голосом.
— Через два дня тебя ждут на собеседование.
Глава 13
— Так скоро? — я сглотнула пересохшим горлом.
— Тебя это удивляет? — старый банкир пристально взглянул мне в лицо. — Я почему-то думал, что чем раньше, тем лучше…
В его голосе уловила растерянность.
— Нет-нет, нормально все. Просто неожиданно…
Почувствовала, как меня охватило странное состояние. Ощущение нереальности происходящего, что ли…
Неужели мне предстоит работать в серьезной компании с выходом на мировой уровень?
Вот так, сразу… Нет, я не могла поверить в удачу. Что-то тут не то…
В голове шумело, туманилось, хотя я все воспринимала адекватно.
— Старый пень, — с досадой прихлопнул ладонью по столу банкир. — Такие известия требуют подготовки! А я сразу карты раскрыл. Не подумал, деточка… — проговорил он с расстроенным видом.
Меня словно облили холодной водой.
Какая мне, дуре истеричной, работа? Разнюнилась, как девчонка сопливая, вместо слов благодарности…
Решительно встала из-за стола и подошла к старику.
— Спасибо! — благодарно приобняла его за плечи. — Я даже не смела мечтать о таком. Ну да, растерялась немного — не ждала так быстро… — выдохнула прерывисто. — Честное слово, вам не придется за меня краснеть.
Филипп Алексеевич ободряюще погладил по руке.
— Пора спускаться в холл, Варенька. Сейчас Анна с Павлом приведут с прогулки мальчиков.
Дети вернулись радостные, со сверкающими глазами.
— Мама, лошадь зовут Хризантема! Тетя Аня сама рулила на Хризантеме, она умеет! — делились хором впечатлениями, перебивая друг друга.
— Не рулила, а правила, — механически поправила сорванцов, растерянно улыбаясь.
— Мы на сене в санях сидели! Сено это сухая травка, и Хризантема любит ее жевать, — важно разъяснил Дениска.
Кирюша тут же добавил:
— А еще мы кормили ее морковкой и сахаром! Такими сладкими твердыми кубиками. И Хризантема их смешно грызла! Она очень любит сахар!
Потом последовал восторженный рассказ про Деда Мороза и Снегурочку, и бабу Ягу с Кощеем, которых никто не боялся.
«Аниматоры, значит, мальчишек развлекали», — догадалась я.
Я заметила, как по лестнице в холл спускается мама.
— Ну вот, а я все проспала! — заявила она без тени сожаления. — Не представляешь, Варя, не успела к подушке прислонится, как все… Уплыла в страну Морфея!
С облегчением выдохнула. Зря я беспокоилась. Нужно просто дозировать мамуле нагрузку. Все хорошо в меру: и радость, и волнение, и возня с внуками или по дому.
Мне не терпелось добраться до дома и хорошенько обдумать предложение старого банкира.
Интересно, в фирме есть дресс-код для служащих? А если есть, то какой? Как я смогу добираться до работы? Интересно, во сколько рабочий день начинается?
Множество вопросов кометами проносились в голове. И хотя бы на некоторые нужно постараться найти ответ до собеседования.
У Филиппа Алексеевича решила ничего больше не уточнять. Если постараться, то почти всю интересующую информацию можно найти в интернете.
Старый банкир с мамой о чем-то оживленно разговаривали.
— Поедем-ка мы домой, Филипп Алексеевич. У мальчиков вагон впечатлений, боюсь, не уснут. Им нужно время успокоиться, — объявила я с улыбкой. — Спасибо огромное вам за все.
— О, нет! — сверкнул глазами старый банкир. — Пока не поужинаем, не отпущу.
Он поискал глазами Анну.
Она сидела с мальчишками на диванчике и, судя по зачарованному виду сорванцов, рассказывала что-то интересное.
— Сейчас Анна распорядится, чтобы накрывали стол в гостиной. А потом Павел отвезет вас, — он с грустью вздохнул. Уголки его губ растерянно опустились, между сведенных бровей залегла глубокая складка.
В груди что-то резко сжалось.
Я порывисто шагнула к нему.
— Приезжайте к нам в гости, Филипп Алексеевич! В любое время приезжайте. Когда только захотите…
— Спасибо, деточка… — его потухшие глаза оживились. — Обязательно навещу вас. Но… тоже хочу попросить тебя. Пусть дети навещают меня почаще. Разрешишь? Понимаю, у тебя заботы, и ты не сможешь сопровождать их каждый раз. Но я буду сам их забирать с твоего разрешения. Или с твоего согласия присылать Павла.
Его глаза замерли на моем лице. В них плескалась надежда.
— В любое время! Как только заскучаете, мои сорванцы в вашем распоряжении, — я сглотнула подступивший к горлу комок.
— Спасибо, Варенька, — с чувством выдохнул старый банкир. — Ты подарила мне счастье.
Глава 14
На улице бесновалась непогода. Резко потеплело,
