— Тогда, в архиве, ты сказал, что очень любишь свою жену.
— Я сказал это нарочно… Я тогда ещё боролся со своими чувствами к тебе.
— Но ведь меня ты совершенно не знаешь… я тоже могу оказаться чужой женщиной, — Валя грустно улыбнулась, но он вдруг снова лёг и притянул её к себе.
— Ты — уже не чужая… Ты — родная… Понимаешь?.. И даже любовь к сыну не может заставить меня изменить выбор.
— Ты сделал выбор?
— Да. Я хочу, чтобы ты стала моей женой.
— Ничего в жизни я не хотела бы больше, чем стать твоей женой… — она горько сдвинула брови и закрыла глаза, — Но это невозможно…
* * *
Они так ни до чего и не договорились. Проведя с Артуром около трёх часов, Валя выскользнула из квартиры и из подъезда. Добравшись до дома, налила горячую ванну и, погрузившись в ароматную пену, закрыла глаза… Предложение Артура застало её врасплох. Она даже не мечтала о том, что он предложит ей руку и сердце, но, услышав эти слова, вдруг растерялась и пообещала подумать и принять решение. Расслабившись в горячей воде, она представила себя рядом с ним… Какое счастье — быть с ним каждую минуту, каждую секунду… прикасаться к нему, слышать его голос, чувствовать его поцелуи и объятья… вместе смеяться, завтракать и ужинать, смотреть друг другу в глаза… И всё это не украдкой, не наспех… Господи, да разве можно отказаться от счастья, посланного само й судьбой?!
Но как быть с Алексеем? А Ксюша?.. Как она скажет им — «простите, я больше вас не люблю, я ухожу от вас…»? Что будет с ними? Как воспримет дочь её такое решение? Но ведь она сама теперь влюблена в своего Женьку… Неужели не поймёт?..
Приняв ванну, Валя закуталась в мягкий махровый халат и вышла в прихожую. Мужа и дочери ещё не было дома, и она зашла сначала на кухню потом в гостиную, комнату дочери, как бы оценивая то, что ей придётся оставить ради новой, счастливой жизни с любимым человеком. Побродив по комнатам, она вошла в их с Алексеем спальню и, присев на край кровати, вдруг расхохоталась… Господи, что она делает?! Разве можно оценить чувства в материальном эквиваленте?! Разве вот этот комод или вот этот плательный шкаф смогут заменить ей счастье с любимым человеком? Разве привычный вид из окна дороже, чем радостное пробуждение каждое утро — с ним… с Артуром? Что она оставит здесь такого, без чего не сможет потом жить?! Вот эти портьеры? Или набор кастрюль? Господи… что за мысли?.. Всё больше убеждая себя в том, что не нужно противиться счастью, посланному самой судьбой, Валя вдруг испытала невероятное облегчение. Конечно… конечно… она должна выбрать счастье, любовь, радость… Ведь она сходит с ума по нему, она буквально задыхается без него… А он? Он ведь сам её любит — разве может она отказаться от взаимного чувства?! Нет, нет и нет…
— Ма-а-м, ты дома? — Ксюша буквально ворвалась в квартиру, — Мы вернулись и хотим есть!
— Кто это — мы? — Валя выглянула из спальни на голос дочери.
— Мы — это я и папа, — дочь говорила радостно-громко, и Валя тоже постаралась придать лицу радостное выражение.
— Еду мимо остановки — смотрю, стоят со своим Женькой, уже синие от холода, — Алексей шутливо кивнул в сторону дочери, — Пришлось подобрать, развезти по домам.
— А что это ты так рано сегодня? — Валя посмотрела на Ксюшу, — Суббота, а ты уже в девять дома…
— Женька ночью с родителями улетает в Египет, там у его отца какие-то дела по научной работе, а Женька в его команде, — раздевшись, девушка сразу пробежала на кухню и тараторила уже оттуда, попутно гремя сковородой.
Улыбнувшись, Валентина прошла следом и, взяв из рук дочери сковороду, снова поставила её на уже зажжённую плиту и принялась накрывать на стол. Молодой человек, с которым встречалась Ксюша, вскоре должен был окончить университет и нешуточно увлекался археологией, идя по стопам отца — известного в своих кругах археолога. Валя сначала не приняла всерьёз их отношения и даже пыталась уговорить Ксюшу не влюбляться — уж больно взрослым показался ей Женька по сравнению с её весёлой, озорной дочкой. Но, судя по всему, молодые люди думали иначе, и Валя успокоилась — парень внушал ей доверие.
— Вот так, раньше парней из армии ждали, теперь — из Египта, — пошутил Алексей, присаживаясь за стол, — Смотри, Ксюха, привезёт оттуда египтянку, что тогда делать будешь?
— Ну и пусть везёт, — девушка бросила озорной взгляд на отца, — Я тогда в Индию поеду, или на Гоа… привезу себе индийца в чалме…
— Да не дай Бог! — Валя сердито махнула на неё рукой, — нам ещё индийцев не хватало…
— А чего ты испугалась? — муж и дочь сказали это хором и рассмеялись одновременно.
— Ой, да ну вас, — она сама уже улыбалась их шуткам, выкладывая нарезанный хлеб на тарелку, — Ешьте, пока горячее.
— И надолго они улетают? — Алексей посмотрел на дочь, которая старательно выискивала лук в жареном картофеле и, подцепив его вилкой, безжалостно стряхивала на салфетку.
— На три месяца, как раз до лета.
— Надолго, — покачал головой отец, — А чего это ты лук выковыриваешь?
— Да что-то не нравится мне с луком, — девушка надула губки.
— Всегда нравилось, теперь не нравится… — Валя пожала плечами, — Сказала бы, я бы тебе отдельно картошки нажарила, без лука.
— Да ладно, я уже всё достала, — махнула рукой Ксюша, — Следующий раз.
Ночью Валентина долго не могла уснуть. Сегодняшний вечер почти ничем не отличался от остальных вечеров в кругу семьи, но сейчас она снова и снова вспоминала и ужин, и обычные шутки Алексея, и озорные ответы дочери… «Господи, у меня ведь даже нет мотивации, — мучительно думала она, не зная, как сказать о своём решении Алексею и Ксюше, — Даже оправдаться нечем… И Лёшка… он ведь родной… пусть сейчас не любимый, но родной ведь… родной…»
* * *
Всю следующую неделю Артур не заводил с ней разговора о женитьбе, но в пятницу, после рабочего дня, когда она, пройдя окольными путями, села в его машину, вопросительно посмотрел ей в глаза.
— Валя…
— Что? — она смотрела на него с нескрываемой любовью.
— Что ты мне ответишь?
— Может, не сейчас? Не сегодня? — уклончиво сказала она, — Давай просто побудем вдвоём… Я не увижу тебя целых два дня.
— Вот и я о том же, — он говорил серьёзным тоном, видимо, приготовившись к этому разговору, — Два дня… неделя, месяц… сколько ещё, год?.. А жизнь идёт, и ты знаешь об этом не хуже меня.
— Артур… Если бы ты только знал, как я хочу быть рядом с тобой… быть всегда, всю оставшуюся жизнь.
— Так в чём же дело? — он тревожно смотрел ей в глаза, ожидая ответа, но она только вздохнула, — Валя, в чём же дело?..
