же не могу? Я бросил жену, с которой прожил пятнадцать лет. Ту, что меня любила и прошла со мной непростые времена. Что мне мешает бросить тебя – ту, что меня не любила никогда?
- Но я люблю! – быстро возразила она.
Потянулась, чтобы поцеловать. Думала, что это все ещё на меня действует…
Я поморщился и увернулся.
- Брось. Ты была мне дана лишь для одного – чтобы я понял, какая прекрасная у меня была жена. Чтобы осознал, сколь многого не ценил. На этом твоя роль сыграна, Надь. Я даю тебе день, чтобы собрать свои вещи и отменить весь этот свадебный цирк.
Она стояла, задыхаясь. Не веря в происходящее.
А я смотрел на неё и видел Олю. В тот самый вечер, который я хотел бы стереть…
На заснеженном вокзале, куда она пришла меня встречать…
Раненую, непонимающую, растерянную.
Как просто было обидеть её тогда! Как трудно теперь вернуть…
Недавнее намерение найти к её сердцу дорогу внезапно обернулось страхом, что ничего не получится.
Что я стану делать тогда?
Я не знал.
Но, выходя из квартиры, которую делил с Надей, пообещал себе одно…
Я больше не стану себе врать.
А ещё – исправлю хотя бы часть того, что натворил.
Как бы ни было тяжело.
Глава 17
Легкий аромат цветов, сладковатый и напоминавший ваниль, навязчиво расплывался по кабинету.
Я покосилась на букет калл, которые вчера доставил мне в офис курьер – Рома, видимо, вознамерился вручить их любой ценой.
Удивительно, но раньше я вообще не замечала, что каллы пахнут. А на сей раз бывший муж нашёл какой-то особо пахучий сорт – подозревала, что нарочно, ибо этот запах отвлекал, сбивал с мысли, вынуждая вспоминать о дарителе.
Вздохнув, я решила попросить помощницу вынести цветы из моего кабинета куда-нибудь подальше. Выкинуть их было жаль, но и видеть тоже не хотелось.
Я встала из-за стола, чтобы позвать Лену, но в этот момент дверь распахнулась. Показалось разом две фигуры: сначала - высокая, мощная, а позади хрупкая и испуганная.
Рома и моя помощница.
- Оль, прости, этот человек буквально ворвался сюда, - пробормотала Лена.
- Вызывай охрану, - спокойно пожала я плечами в ответ.
- Ты это серьёзно? – выдохнул ошеломленно бывший муж.
- Я это серьёзно, - кивнула в ответ. – Не терплю, чтобы ко мне врывались без спроса, тем более совершенно посторонние люди. Кстати, Лен, вынеси, пожалуйста, отсюда этот веник.
Я коротким жестом указала на пышный букет, в котором было, наверно, не менее сотни цветов.
Такой дорогой букет и такой дешёвый прием для того, кто может себе это позволить.
Следом я указала бывшему на выход. И вот что удивительно – он и впрямь вышел.
Лена тоже поспешила удалиться с букетом в руках.
А потом раздался стук и дверь вновь, но на этот раз – робко, приоткрылась.
- Разреши тебя отвлечь, - произнес Рома миролюбиво.
Даже поразительно, как он присмирел с последней встречи. Наверно, не к добру.
- Пять минут, - холодно откликнулась на его слова.
Он шагнул в кабинет и прикрыл за собой дверь. Усмехнулся…
- Вижу, не выкинула мои цветы.
- Уже выкинула.
Он прошагал к моему столу, остановился у самого его края, словно нарочно оставляя между нами эту преграду.
Иллюзию безопасности.
- Хотел пригласить тебя на свидание, - заявил прямо. – В «Седьмое небо». Будешь свободна сегодня в восемь?
Он напирал. А мне пришлось напомнить себе, что не стоит посылать его сразу, хоть и хотелось. Он должен надеяться, должен мучиться.
Я мысленно поморщилась. Не умела, как некоторые женщины, играть мужчиной ради собственной выгоды. Не хватало для этого хитрости, не хватало изворотливости. Была слишком честной, слишком прямой.
Я неторопливо откинулась на спинку кресла. Усмехнувшись, ответила…
- Ты в самом деле воображаешь, что можешь меня таким впечатлить? Дорогим букетом, престижным рестораном? Смешно, Рома. Я уже не та молоденькая, наивная дурочка, которой любой знак внимания был за счастье и которую можно было приманить одним лишь ласковым словом…
Сказала это – и перед глазами внезапно пронеслись воспоминания…
О том, как мы встретились впервые.
***
Много лет назад.
На вокзале было холодно – постоянно открывающиеся двери запускали в старое здание кусачий мороз, что царил на улицах в эти февральские дни.
Я зябко прятала руки в карманы старой куртки, но это никак не спасало.
Просто не была готова к тому, что внезапно окажусь на улице и мне некуда будет пойти.
Я снимала комнату у одной бабульки, которая поначалу показалась мне весьма доброй и приветливой. Но этим утром в неё словно демоны вселились и она потребовала оплату аренды, хотя до даты, когда я ей платила, была ещё неделя.
Я пыталась объяснить ей это, но она не слушала. Утверждала, что я должна платить пятого, а не двенадцатого.
Денег у меня не было – зарплату я ещё не получила.
Так и оказалась в итоге на улице со своей единственной сумкой.
Что ж, не впервой.
После смерти бабушки, которая меня и воспитала, родственники без зазрения совести вытолкали меня на улицу из той квартиры, где мы с бабулей жили.
Увы, по закону имели право – покойный дед оформил эту жилплощадь на своего сына, моего дядю по материнской линии. Пока была жива бабуля – нас с ней не трогали. Не смели. Но едва она ушла – меня попросили освободить квартиру.
Я предлагала им платить за неё – немного, но сколько могла. На что получила весьма циничный ответ…
«Извини, Оля, но квартиру мы будем продавать. Вложим эти деньги в покупку нового жилья для своего сына. Мы должны о своих детях думать, а не о бедной родственнице».
Никому не было до меня дела.
Я прикусила губу, стараясь не подпускать в голову застарелые горькие мысли о том, какой была бы жизнь, будь жива мама. Или если бы отец нас не бросил…
Не было толку об этом думать, потому что исправить ничего невозможно.
- Извините… - вдруг раздался рядом голос.
Я подняла голову, которой уткнулась в колени, чтобы скрыть подступающие слезы.
Рядом стоял мужчина – привлекательный на вид, молодой, темноволосый…
У него был приятный голос.
А ещё он смотрел участливо и внимательно.
Я молча ждала, что ещё он скажет. Он неловко откашлялся…
- У вас все в порядке? Мне показалось, что вы сидите здесь уже несколько часов…
Я
