единиц опыта.
Видимо, если я продолжу в том же духе, то смогу достичь следующей ступени своего развития. Стану сильнее.
Рисковать и соваться на болота я не стал, поэтому решил помочь жителям деревни с истреблением крыс. Под некоторыми домами жили целые выводки.
Времени я на это убил немало, целые сутки провозился, но уже к четвёртому дню своего проживания в этом мире мне удалось накопить ещё две Эссенции Смерти. Сколько ради этого пришлось убить грызунов — я уже и со счёту сбился!
Однако Разлад был остановлен. Перекос Чаш я больше не ощущал.
И остановил я этот процесс как раз вовремя. К тому моменту даже мельчайшие царапины на моём теле перестали заживать, а слабость нарастала так стремительно, что под конец дня я даже обычную палку поднять не мог.
Отцу стало значительно легче, и на утро пятого дня он пришёл в себя. Лёгкие очистились. Одышка всё ещё держалась, но признаков пневмонии я больше не видел. Лихорадка спала, хрипов нет.
Теперь остаётся только поддерживать его — и отец сможет встать на ноги.
Добромир оказался немногословен. Он лишь благодарил меня за помощь и снова засыпал. Хотя несколько дней назад отец умолял, чтобы я убил его. Избавил от страданий. Думаю, скоро он ещё пожалеет, что просил меня об этом!
За эти несколько дней мне удалось многое узнать о Скитальцах. И я всерьёз стал задумываться о том, чтобы присоединиться к местному штабу. Говорят, задач они выполняют много. Работа у них точно должна найтись.
Тем более, раз вся моя система выстроена на соблюдении баланса, то Скитальцы могут помочь мне в увеличении количества Эссенций Смерти. На одних крысах далеко не уедешь. Нужно учиться убивать монстров. Иного пути нет.
К тому же за эти дни успел узнать немного об устройстве мира, если хоть кто-то из местных решался со мной разговаривать, а не убегать. Шок от попадания в другой мир спал, и я начал постепенно привыкать к новой жизни.
Этим вечером снова решил посетить Волибора, однако у дверей сарая меня ждал неприятный сюрприз.
— Куда намылился, щенок? — вместо приветствия произнёс низкорослый полный мужчина.
— С кем имею дело? — нахмурился я.
Он злобно усмехнулся. Правда, его насмешка больше походила на хрюканье старого борова.
— Последних мозгов лишился, остолбень? — скривился он. — Забыл, кому вы с отцом жизнью обязаны?
А-а… Похоже, это и есть тот самый Харитон. Торговец, в сарае которого мы торчим уже несколько недель.
— Если вы пришли за нашим долгом, придётся ещё немного подождать, — спокойно ответил я. — Отец уже почти выздоровел. А я…
— Мне плевать, — фыркнул он. — Вы оба мне уже осточертели. Про своего папашку можешь забыть. Сейчас мою люди выкинут его на улицу. А вот ты, малец, пойдёшь со мной.
— Не смейте, — сжал кулаки я. — Ему нужно отлежаться ещё пару дней. Скоро мы оба сможем вернуться к работе. Вернём долг и больше никогда с вами не будем иметь дело.
— Ах ты наглая рожа… — вскинул брови Харитон, затем махнул рукой. Заметив сигнал торговца, на задний двор прошёл крепкий мужичок с дубинкой на поясе. Видимо, это его охранник. — Проучи этого полудурка, Семён. А отца его — на улицу. Закончилась моя доброта!
Глава 4
Доброта, значит, у этого ублюдка закончилась! Тьфу! Этот Харитон думает только о деньгах. Причём думает явно плохо. Я ещё по рассказам Бажена понял, что с думалкой у этого человека большие проблемы.
Если предположить, что я бы оказался на его месте… То первым делом бы направил все силы на излечение Добромира. Он тут единственный знахарь и снимает дом в аренду.
Мой отец — не просто источник денег, он инвестиция. Кроме него больше никто не может помочь жителям Погранки с их болячками.
Больше болезней — больше смертей.
От этого будет уменьшаться население.
Меньше людей — меньше покупателей и сотрудников. Болван Харитон делает всё возможное, чтобы нагадить своему же делу. Но сейчас объяснить это не получится. Меня он слушать не станет, по крайней мере — пока что. Плюс ко всему он уже приказал своему охраннику меня отдубасить.
Однако у меня есть весомое преимущество. Во-первых, благодаря навыку «Слабые точки» я могу видеть, куда нанести удар. Если объединить это с моими познаниями в медицине, от человека я практически в любой ситуации смогу отбиться. Если, конечно, он не закован в броню. Там уже будет потруднее.
Во-вторых, вряд ли охранник Харитона воспринимает меня всерьёз. Кто будет бить едва зрелого пацана, опасаясь, что он может дать сдачи?
Только тот, кто знает, что этот пацан может быть опасен.
Тут-то и лежит моё главное преимущество. Какое-то время я могу использовать недостатки своего предшественника в своих же целях. Слабоумный, совсем юный, ничего не умеет. Толку от него никакого.
Зато от меня толк есть. Никто пока что этого не понимает. И это на данный момент — моё главное оружие.
Мужик с дубинкой уже рванул в мою сторону. На его опухшем красном лице расцвела мерзкая улыбка. Молодец, подонок. Решил порадоваться возможности надавать малолетнему парню, который не может дать сдачи!
Ничего. Сейчас я это исправлю. А уж когда исправлю — попробую снова переговорить с Харитоном. Его мнение должно измениться.
Я активировал навык «Слабые точки». Приготовился к контратаке.
Моё зрение вновь изменилось. Мир посерел. Разными цветами горели только места, в которые я должен ударить.
Особенно ярко горел пах противника. Нет… Это не спортивно. Любой дурак знает, что удар по этой области выведет противника из строя. Хотя бы на время.
Поступлю иначе. Прямо сейчас я полностью безоружен. Но знаю, что у моих ног лежит большая дощечка. Крепкая. Она от сарая отвалилась. Однако я в ремонтники не нанимался, поэтому обратно приделывать её не стал. Тем более сейчас лето. Нам с отцом нужна вентиляция! А уж больному с воспалением лёгких жизненно необходим чистый воздух.
Чтобы схватить эту деревяшку, мне нужно меньше секунды. Успею. Сработает эффект неожиданности. Она, конечно, не такая крепкая, как дубина моего противника, но я точно знаю, куда нужно бить. Нужные точки уже разглядел.
— Добегался, засранец! — рявкнул Семён, а затем замахнулся.
Время для меня словно замедлилось. Ударить он решил прямо по моей голове. Прилетит дубина сбоку в правый висок. Но вторую атаку он совершить не успеет: мой противник, конечно, здоровый, но оружие у него слишком уж тяжелое. После удара его немного занесёт в сторону по инерции.
И это — мой шанс контратаковать.
Я резко
