— Я хочу тебя. — Его честность взывала к такой же откровенности с ее стороны.
— Я вижу, но мне хотелось бы знать — почему.
Кейт нашла ответ, который, как ей казалось, будет ему понятен:
— Мне одиноко.
— Это твой собственный выбор, и тебе ничего не стоит все изменить. Один шаг с этого холма — и любой мужчина падет к твоим ногам, стоит тебе только появиться в обществе. Есть другое объяснение? — Его пальцы сжались на ее плечах, требуя ответа.
Кейт улыбнулась. Туман желания постепенно рассеивался, уступая место спортивному азарту игрока в схватке с достойным противником.
— Нет. А у тебя есть?
— Да. Это экзамен. — С другой женщиной подобное объяснение разъярило бы его. Но ведь это Кейт… Ему казалось само собой разумеющимся, что он не получит ее, не пройдя хотя бы одного-двух испытаний.
— Похоже, это тебя не смущает.
— А должно было бы.
— И все-таки не смущает. — Ее губы дрогнули в циничной усмешке, которая обычно отталкивала от нее людей. — Почему?
— Потому что упади ты так легко в мои объятия, я был бы разочарован, — без обиняков отозвался Роберт. Он любовался и этой ее усмешкой, и ее веселым вызовом, и ее искренней радостью от общения с ним. Та настороженность, которую он уловил в Кейт раньше, но которую даже не успел объяснить, исчезла без следа. Если утром, когда он вторгся в ее владения, Кейт и пыталась укрыться за стенами своей крепости, то теперь эти стены рухнули.
— А я никогда не падаю.
Он вскинул брови.
— Неужели? Так-таки и никогда?
— Именно. Вообще-то нет ничего плохого в том, чтобы упасть, вот только разрыв причиняет адскую муку. А я ненавижу боль.
— Значит, у нас с тобой много общего.
— Все может быть, — пожала она плечами. Роберт всегда тонко чувствовал, когда стоит надавить, а когда лучше сдержаться. И сейчас он отпустил Кейт.
— Я не ставлю на этом точку.
— Будь это так, ты бы меня разочаровал. — Она шагнула в сторону коридора. — Ты, кажется, хотел увидеть Бэби. Если не передумал, то это можно сделать сейчас.
Роберт направился следом.
— Ты ведь работаешь. Мне бы не хотелось тебе мешать.
Она с задорной улыбкой взглянула на него.
— Не родился еще человек, которому бы удалось мне помешать.
Роберт на миг оторопел, а потом расхохотался, вскинув голову:
— Да уж, леди, вы и в самом деле мастер испытывать терпение. Смотрите, поосторожней! Лучше не будить спящего зверя. Не дай Бог проснется — вам может не понравиться его рев!
Глава четвертая
— Вот это и есть обитель Бэби. — Кейт открыла дверь в свою рабочую комнату и отступила, пропуская Роберта вперед.
Он шагнул через порог и замер, переводя взгляд с одного компьютера на другой. Панорама за окнами, где разбушевавшаяся стихия взяла горы в свои тиски, бледнела перед чудесными творениями ума и рук человека, а в данном случае одной-единственной женщины — Кейт.
— Не могу поверить, — пробормотал Роберт, проходя, наконец, дальше в комнату.
Кейт не отставала от него, смотрела, как он одно за другим изучает ее детища. Вопросов Роберт не задавал, но глаза его горели любопытством. Потребуй он от нее объяснений, Кейт ему отказала бы. Но он уступил инициативу ей, он просто ждал, что она сама захочет ему рассказать, и Кейт вдруг поняла — ей будет приятно показать ему результаты своего труда.
— Насколько хорошо ты разбираешься в компьютерах? — быстро спросила она. — Много языков программирования знаешь?
— Очень мало. Я умею использовать систему для поиска файлов и еще нескольких несложных операций, но тонкости устройства компьютера и новейшие программы выше моей компетенции. — Он обернулся к Кейт. — А что, боишься, что я узнаю все твои секреты, только лишь взглянув на все это? — Промелькнувшая, но поспешно спрятанная боль в ее глазах подсказала ему, что он совершил ошибку. Кейт тут же отвернулась, но Роберт успел поймать ее руку: — Не отгораживайся от меня. Прости, я не хотел.
Как ему удалось почувствовать ее обиду? — гадала Кейт, вглядываясь в его лицо в поисках ответа. Но важнее другое — почему он извинился?
— Извинения излишни.
Роберт скривился, злясь насамого себя за то, что невольно обидел Кейт.
— Нисколько. Я не должен был этого говорить. Так же, как и тебе, мне нелегко кому-нибудь довериться; и нам обоим известно, что мое влечение к тебе слишком сильно. Ни ты, ни я к этому не готовы. Я не отличаюсь неуклюжестью, но в твоем присутствии у меня почему-то обе не только руки, но и обе ноги левые, а язык не хочет слушаться.
Роберт выжидающе замолчал. Сейчас его снова интересовала в Кейт в первую очередь женщина, а не гениальный ученый, интеллект которого был необходим его фирме.
Кейт тихонько вздохнула, плечи ее поникли, напряжение покинуло тело.
— Извинения приняты, — проговорила она.
В улыбке Роберта сквозило такое облегчение, в каком он даже самому себе не рискнул
бы признаться.
— Ну что ж. А теперь, если можно, представь меня Бэби. — Сплетя ее пальцы со своими, он шагнул туда, где, как ему казалось, находился основной пульт системы.
— Рука мне понадобится.
Он выпустил ее ладонь.
— Извини. Мне так нравится к тебе прикасаться.
Кейт, не найдясь с ответом, молча опустилась в свое кресло перед монитором. У нее было такое чувство, словно она очутилась в совершенно незнакомом месте, а не в собственном рабочем кабинете, где проходила основная часть ее жизни. Никогда еще ей не было так трудно сосредоточиться на работе.
— Как я уже упоминала, Бэби — это компьютерный мозговой центр всех систем в доме. Домашние роботы действуют через систему Бэби, но, помимо того, они обладают и собственными программами для выполнения специальных функций. В Бэби встроена программа четкого выполнения ежедневных задач. А все поступающие сведения хранятся вот здесь.
Обернувшись, Кейт взмахнула рукой в сторону оборудования у другой стены.
— Иногда мне кажется, что лично для меня это самая важная часть программы. Резервирование ежедневных данных происходит автоматически. Ну а что касается продуктов… их закупаю либо я сама, либо моя подруга, которая живет у подножия горы.
— Та самая, чьи дети стали твоими крестниками.
Она оглянулась на него через плечо, чуть-чуть улыбнулась.
— Я и забыла о том досье, которое ты, без всякого сомнения, собрал на меня. — Уголки ее губ опустились. — Но мне и в голову не могло прийти, что в этом досье будет и такая информация.
— Ее там и не было. Я просто догадался. Должен признаться, что я здорово удивился, услышав от Мэри о твоих крестниках.
— Может, я и не в восторге от взрослых, но это вовсе не значит, что я не люблю детей, — с заметным раздражением запротестовала Кейт.
