станет такого делать… Похоже, что не станет…
– Больше ты не будешь поливать сад, – сказал генерал резко, потому что невозможно было выдержать это тяжёлое молчание. – Ты не будешь делать работу служанок. Поняла?
– Благодарю. Мой муж такой заботливый,– ответила Сяо Ян, но в голосе не чувствовалось благодарности.
Впрочем, сарказма тоже не чувствовалось.
Генерал заёрзал на постели, не зная, что ещё сказать, а Сяо Ян взяла другую чашку и начала лить чай в неё.
– Зачем вторая? – тут же спросил Дэшэн. – Тебе никто чай не предлагал!
– Это для сестры Ки У, – спокойно отозвалась Сяо Ян. – Думаю, ей следует подкрепить силы перед предстоящей ночью.
Уши запылали, словно он был мальчишкой, которого строгая матушка отчитала за постыдную шалость.
– Какая заботливая, – генерал заставил себя усмехнуться. – Как же ты посчитала ниже своего достоинства надеть старую одежду, а согласилась выполнять чёрную работу?
– Поношенная одежда жены – упрёк мужу, – сказала Сяо Ян. – А когда жена поливает сад, мужа никто не упрекнёт. Наоборот, скажут: какая трудолюбивая у господина генерала жена.
Нет, всё-таки, она издевается!
– Ты куда льёшь? – подала вдруг голос Ки У. – Слепая, что ли?
Только тут генерал заметил, что чай перелился из чашки, и заливает поднос, на котором стояли блюда с едой.
– Эй!.. – возмущённо окликнула Ки У.
Чайник вдруг выпал из рук Сяо Ян, и сама она повалилась на пол.
Упасть женщина не успела, потому что генерал успел её подхватить, толкнув и опрокинув при этом столик. Фарфор разбился вдребезги, еда разлетелась в разные стороны, Ки У испуганно взвизгнула.
– Что с тобой? – генерал встряхнул Сяо Ян, лежавшую на сгибе его локтя.
Он с тревогой вглядываясь в бледные, помертвевшие черты.
Неужели… не выдержала?.. Не захотела отдавать его другой?.. Или притворяется?.. Нет, не притворяется. Дыхание слабое, биение сердца почти не чувствуется…
– Быстро позови врача! – приказал он Ки У и осторожно перенёс Сяо Ян на постель.
Пока наложница бегала за помощью, он подложил под голову Сяо Ян подушку – она не любила спать на каменных валиках. Прислушался к дыханию. Нет, не притворяется… Ей плохо, на самом деле плохо…
Он знал, просто не верил в то, что она его забыла!..
На сердце стало жарко, и горячая волна растеклась по всему телу, затуманила разум. Генерал Дэшэн улыбнулся и погладил женщину по бледной щеке.
Глупая… А столько о себе мнит… Глупая, как все женщины… Но она его любит по-прежнему. Иначе не упала бы в обморок, когда увидела его с Ки У. Это любовь, это ревность…
Семейный врач явился быстро и сразу достал из медицинского сундучка шёлковый платок, чтобы через него пощупать пульс новобрачной. Пощупал, подумал, кивнул сам себе, потом достал пёрышко и пощекотал Сяо Ян под носом.
Она слабо поморщилась, чуть отвернула голову, ресницы дрогнули.
– Что с ней? – спросил генерал, стараясь, чтобы голос не выдал его радости.
Да и радоваться как-то нехорошо…
Но он всё равно радовался.
Любит… ревнует…
– Госпожа пострадала от переизбытка энергии инь, – ответил врач, убирая в сундучок и платок, и перо.
– Говори яснее! – потребовал генерал.
– Она голодна, истощена и держится на пределе сил и возможностей. Так достаточно ясно? – врач без страха посмотрел в глаза прославленного в боях генерала, и во взгляде лекаря не было страха, а были строгость и осуждение. Впрочем, почти сразу взгляд его смягчился и он добавил: – После свадьбы такое бывает с девушками. Они слишком переживают, слишком волнуются. Несколько дней в постели, покой, укрепляющее питьё и крепкий бульон из говяжьих костей – вот что нужно вашей жене, генерал.
– Голодна? – Дэшэн слышал лишь это. – Как это – голодна? Она не ела, что ли?
– С девушками такое бывает, – повторил лекарь. – Особенно перед свадьбой и после неё. Волнения – это понятно, но нельзя забывать о здоровье. Истощение не приведёт к благоприятному зачатию. Доброго вечера.
Он поклонился и ушёл, а генерал покрутил головой, пытаясь осмыслить то, что сейчас услышал.
Голодна?!. Поэтому и упала в обморок?
Отшвырнув ногой разбитый чайник, он направился к дверям.
За порогом стояли две служанки – наверное, те, которых приставили служить Сяо Ян.
– Что стоите? – рыкнул на них генерал Дэшэн. – Быстро несите рис, говяжий суп и всё, что нужно есть слабой нежной женщине! Быстро! – он топнул, и служанок словно ветром сдуло.
Вернулись они, действительно, быстро и принесли наваристый бульон, сухофрукты, перетёртые с мёдом, рисовые паровые пирожки и прочую еду – лёгкую и изысканную.
Генерал сам взял чашку с супом, зачерпнул фарфоровой ложечкой, попробовал – не горячий ли – и поднёс к побледневшим губам Сяо Ян.
Она уже пришла в себя – ресницы дрожали. Но когда ложечка ткнулась ей в губы, чуть отвернула голову, показывая, что не станет есть.
– Почему не сказала, что голодна? – строго спросил генерал, снова поднося ложку к её губам. – Ешь немедленно! Ты мне нужна живая! Потому что мёртвой не отомстишь.
Она снова чуть отвернулась, и Дэшэн почувствовал, что закипает.
– Решила уморить себя голодом? – процедил он сквозь зубы. – Я всуну в тебя этот суп, даже если будешь упираться, как твой отец!
Губы Сяо Ян шевельнулись, но не для того, чтобы выпить предложенный суп.
– Такой глупый… – произнесла она со вздохом.
– Что?!
Дэшэн с трудом сдержался, чтобы не отшвырнуть ложку и насильно не влить в эту гордячку суп.
– Ешь, я сказал! – повысил голос генерал.
Тут Сяо Ян посмотрела на него. Посмотрела прямо в глаза.
– Вы же знаете, – сказала она тихо, но твёрдо, – что в течение двух фаз луны жена не должна прикасаться к пище в доме мужа, а должна есть ту еду, что взяла из дома. Вы не позволили мне этого сделать. Я лучше умру от голода, но не нарушу правил, установленных нашими предками, и не опозорю оба наших семейства.
Ложка всё-таки улетела в угол, жалобно звякнув и лишь каким-то чудом не разбившись.
– Что за глупый обычай?! – генерал уже не сдерживал гнева. – Впервые слышу!
– Возможно, потому, что раньше вы не женились, – ответила Сяо Ян и закрыла глаза.
– Не приходилось! – он вскочил, чувствуя, как его переполняют и злость, и
