князю гонцов вызывает его из Пруссии. Король уплачивает большие суммы за долги, в которые князь вошел, находясь в Пруссии; затем назначает на его содержание Подольскую землю, выкупленную по соглашению от вдовы Спытка из Мелштына,[106] Елизаветы, и сыновей покойного, Яна и Спытка, за пять тысяч широких чешских грошей, а также Зыдачовскую землю и уезды Стрый, Шидлов, Стобницу, Другню, Усьце; кроме того, дает тысячу четыреста марок в год с королевских соляных копей.[107]
Однако и столь великими благодеяниями, милостями и щедротами король не смог унять непостоянную натуру Свидригайлы; не претерпев никакой обиды, князь перебежал к крестоносцам в надежде овладеть Литовским княжеством (которое крестоносцы ему лукаво обещали), рассчитывая при этом на поддержку размещенных в подольских замках охранных отрядов поляков и русских. Когда же после бегства князя король польский Владислав потребовал возвращения ему подольских замков, то русские и польские начальники этих замков дерзко ответили ему открытым мятежом [...]
ГОД ГОСПОДЕНЬ 1404
КОРОЛЬ ВЛАДИСЛАВ, ВИТОВТ И МАГИСТР ПРУССИИ ВСТРЕЧАЮТСЯ В РАЦЁНЖЕ; НАЗНАЧИВ УПОЛНОМОЧЕННЫХ, ОНИ ПОСТАНОВЛЯЮТ ОТДАТЬ САМАГИТТИЮ КРЕСТОНОСЦАМ, А ДОБЖИНСКУЮ ЗЕМЛЮ ВЫКУПИТЬ У НИХ ЗА СОРОК ТЫСЯЧ ФЛОРИНОВ.
С наступлением праздника троицы в епископском городе Рацёнже[108] проведен был общий съезд для установления мира между королевством Польским и великим княжеством Литовским, с одной стороны, и землями крестоносцев — с другой, и для улажения споров, возникших по поводу владения землями Добжинской и Самагитской. Когда на съезд прибыли лично Владислав, король польский, с польскими и литовскими советниками и магистр Пруссии Конрад фон Юнинген со своими командорами, обеими сторонами были назначены уполномоченные для переговоров о мире и улажения разногласий, а именно: со стороны короля польского Владислава — архиепископ гнезненский Миколай,[109] епископы — краковский Петр[110] и познанский Альберт Ястшембец,[111] каштелян Ясько из Тенчина,[112] воевода краковский Ян из Тарнова,[113] каштеляны — люблинский Михаил из Богумиловиц,[114] вислицкий Клеменс из Мошкожова, подкоморий краковский Гневош из Далевиц[115] и настоятель церкви святого Флориана, подканцлер королевства Польского Миколай Тромба;[116] со стороны же магистра Пруссии и его Ордена — епископы кульмский и помезанский Арнольд и Иоанн,[117] великий командор Конрад фон Лихтенштейн, командоры — эльбингский Иоганн фон Румпенгейм и торуньский Фридрих фон Венде,[118] брат Ордена, каноник вармийский Иоганн фон Рогетелен, рыцари Петр фон Лапиде и Петр фон Бейзен и бургомистр Торуня Готфрид Ребер.
После совещания, длившегося несколько дней, уполномоченные составляют договор о мире на тех условиях, чтобы король польский Владислав и великий князь литовский Александр-Витовт уступили свою родную Самагитскую землю магистру и Ордену крестоносцев, отказавшись от нее в их пользу грамотой и заставили самагиттов дать магистру и Ордену сыновей своих заложниками и принести присягу в верности; также, чтобы король польский Владислав выкупил у магистра и Ордена Добжинскую землю за сорок тысяч флоринов и утвердил пожалования, сделанные магистром в этой земле; также чтобы не оказывать покровительства перебежчикам и изгнанникам ни с той, ни с другой стороны и не принимать их, а пленников освободить и отпустить.[119]
Хотя эти условия мира и казались тяжелыми, однако король польский Владислав и князь литовский Витовт, всеми силами желая отвратить войну, принимают их, обещая утвердить их грамотами. Ибо уже в течение некоторого времени у короля Владислава и его советников происходило совещание о том, следует ли завоевать Добжинскую землю силой оружия или выкупить деньгами, чтобы ее завоевание не стало причиной войны, а выкуп не послужил бы побуждением к новым несправедливым захватам. Все же решили лучше выкупить ее, чем подавать повод к войне, хотя это было постыдно и тягостно для королевства.
КОРОЛЯ ВЛАДИСЛАВА, ПРИГЛАШЕННОГО МАГИСТРОМ В ТОРУНЬ, ЧЕСТВУЮТ В ТЕЧЕНИЕ ТРЕХ ДНЕЙ; ДОБЕСЛАВ ИЗ ОЛЕСНИЦЫ ВЫХОДИТ ТАМ ПОБЕДИТЕЛЕМ НА РЫЦАРСКИХ ИГРАХ, КОРОЛЯ ЖЕ ЖЕНЩИНА ОБЛИВАЕТ НЕЧИСТОТАМИ.
Из Рацёнжа король польский Владислав, внимая многократным настойчивым просьбам прусского магистра Конрада фон Юнингена и его командоров, с большей частью своих советников прибывает в Торунь, где ему в течение трех дней магистр оказывает блестящий прием и в его честь устроены рыцарские состязания. На них польский рыцарь Добеслав из Олесницы (иначе из Сенна) обращает на себя взоры всех зрителей силой духа и тела; по этой причине польскому богатырю, оказавшемуся победителем над всеми участниками состязания, была присуждена почетная награда. Ибо, когда Владислав, король польский, увидел, что его поляки имеют мало успеха, он приказал выступить в состязании упомянутому Добеславу. Итак, сев на коня по королевскому приказанию, Добеслав настолько превзошел своих противников, что вынудил всех их покинуть поле. Даже в третьем часу ночи только он один оставался на виду на арене, хотя против него несколько раз выступали, сменяя один другого, все новые и новые придворные рыцари магистра Пруссии.
Кроме того, в один из тех трех дней, когда король польский Владислав вместе с прусским магистром объезжал улицы города Торуня, осматривая его расположение, какая-то женщина облила короля Владислава из кухни кухонными помоями; по приказанию магистра ее схватили и приговорили к утоплению, но по милости короля жизнь была ей сохранена. Остается неясным, совершила ли она этот поступок умышленно или случайно. Многие, однако, высказывали подозрение, что упомянутая женщина нарочно плеснула упомянутые помои по наущению крестоносцев для посрамления короля, что подтверждается тем, что среди такого множества людей, которые ехали впереди и следовали за королем и магистром, никого иного, кроме короля Владислава, не задели выплеснутые помои.
КРЕСТОНОСЦЫ, ВТОРГНУВШИСЬ КАК ВРАГИ В КНЯЖЕСТВО МАЗОВИЮ, ПОСТЫДНО УДЕРЖИВАЮТ В ПЛЕНУ ЗАХВАЧЕННОГО ИМИ КНЯЗЯ ЯНУША С ЕГО ПРИДВОРНЫМИ, КОТОРОГО, НАКОНЕЦ, ОТПУСКАЮТ ПО НАСТОЯНИЮ КОРОЛЯ ВЛАДИСЛАВА.
Командоры и крестоносцы прусские, без всякой обиды или притеснения, но побуждаемые одной только завистливой и высокомерной злобой, большим войском, не объявив наперед о разрыве мирных отношений, тайно вступают врагами в земли Мазовии, в княжество Яна, иначе Януша, князя мазовецкого, черского и варшавского. Они нападают на упомянутого князя Януша, спокойно и без опасения проживавшего в своем дворце вместе с супругой, сыновьями, вельможами и придворными, слугами и рыцарями, поскольку он не чувствовал за собой вины и ни в чем не причинял вреда крестоносцам. Крестоносцы захватывают его самого и всех его вельмож, рыцарей и советников, а также дворцовых людей. Они уводят в подвластные им замки и города упомянутого князя Януша, мужа благородного, добродетельного и превосходного (не говорю уже о
