эй, а если об этом узнают? Нас выгонят из школы, даже не дав возможности сдать вступительный тест.
– Если донесешь, то тогда точно нам каюк!
– Тогда сдавайся, – мальчишка поднял вверх правую руку, сжал кулак, взмахнул рукой, и в девочку полетел белый светящийся шар. – И признайся, Нора, что я сильнее.
Шар не долетел, растаял и плюхнулся большой каплей воды на дорожку, расплылся под ногами девочки. Она закатила глаза и возмущенно всплеснула руками.
– Ты невыносим, Марик!
– Какой есть и другим не стану.
– Ладно. Сегодня твоя взяла, – прекратила нападки девочка. – Но я не сдаюсь и еще покажу свою силу.
– Да всегда, пожалуйста, – присел в реверансе мальчик, замахав метелкой, словно веером, – только учти, я не буду ждать, и посмотрим чья магия сильнее.
– Ах так? – снова взмахнула метелкой девочка. – Ну я тебе сейчас устрою.
Мальчишка не стал ждать и рванул по дорожке вглубь аллеи с криком «Попробуй, догони!» Девочка устремилась следом за ним.
Они были настолько увлечены, что не заметили Эвелин и Розалинду Витольдовну.
– Вот дурнишник бестолковый, кто ж так снежок кидает? – проворчала себе под нос бабушка, но глянув на Эвелин, приняла возмущенный вид, покачала головой и сказала. – Негодники, занимаются запрещенным волшебством. Пойдем, – потянула она Эвелин к входу в школьный двор.
За разговором и созерцанием сцены они не заметили, что уже пришли.
Кованая узорная решетка закончилась аркой. Ворота были распахнуты внутрь двора. Снаружи, около входа, на высоком табурете, привалившись к стене, скучал Григорий. Он лениво покачивал пикой в руке и щурился. Блестящее острие на деревянном древке отбрасывало по улице солнечные зайчики. Те резвились, будто живые, отражались от зеркальных окон домиков напротив, скакали по серебристым листьям и цветам ограды, вскользь прыгали в глаза Григорию, который едва успевал опускать ресницы. По его довольной улыбке было заметно, что эта игра ему нравилась.
Когда над ним нависла тень Розалинды Витольдовны, он открыл глаза. Увидев, кто пришел, Григорий подскочил, свободной рукой одернул зеленый пиджак, наклонил пику, загораживая вход. Он вытянулся по струнке и в шутку козырнул, как будто перед ним стоял как минимум генерал. Солнечные зайчики метнулись и остановились, словно приветствуя вместе с Григорием пришедших.
– Доброе утро уважаемые дамы, – посмотрел он на Розалинду Витольдовну, – милые леди, – улыбнулся Эвелин, щелкнул каблуками, снова обратился к Розалинде Витольдовне и отрапортовал, – за время моего дежурства чудес и происшествий не произошло.
– Доброе, уважаемый Григорий. Смотритель уже в школе? – от смеха на лице бабушки разбежались морщинки и она стала похожа на девочку-шалунью.
– Так точно-с, – продолжал улыбаться стражник.
– Так мы пройдем-с?
– Конечно, проходите-с. – Григорий шагнул в сторону, снова щелкнул каблуками, освобождая дорогу.
Они пошли по главной широкой аллее, обсаженной рябинами с распустившимися листьями, в центр школьного городка. Отовсюду раздавались птичьи переливчатые трели. Пахло свежевскопанной землей, мокрой древесиной и весенними цветами… Эвелин наслаждалась легким цветочным ароматом витающим вокруг и вполуха слушала бабушку.
– Здания для занятий располагаются по периметру школьного городка. Главное разобраться что и где находится. Вот смотри, видишь стрелки с надписями и рисунками? – показала Розалинда Витольдовна на стоящие на перекрестках разбегающихся по городку дорожек указатели. – Это для новичков. Дети для обучения прибывают к нам постоянно… ну и убывают тоже. Так вот. В той стороне, – она указала в сторону от указателя с листом клевера и надписью «Оранжерея», – находятся оранжереи, где проводятся разные эксперименты над растениями, а также выращивают новые сорта цветов. У вас там будут проходить занятия по ботанике.
А по этой дорожке, – она махнула на стрелку в форме теннисной ракетки, – придешь прямиком к манежу, спортивному комплексу. А это Главная клумба.
Они остановились около огромной круглой клумбы, сложенной из гладких булыжников. Вся клумба пестрела весенними цветами: тюльпаны, нарциссы, крокусы, гиацинты, радовали взгляд яркими красками. Дружное жужжание насекомых и тихие голоса цветов уже не удивляли Эвелин, она научилась не обращать на них внимания. От клумбы в разные стороны лучами разбегались облицованные камнем дорожки. На каждом повороте стоял указатель с рисунком и надписью. На другой стороне стоял стражник с длинной пикой в руке. На его шее красовался такой же, как у Григория, синий шейный платок.
С противоположной стороны к клумбе подошли два парня в зеленых шейных платках и стали что-то обсуждать, с серьезным видом поглядывая на клумбу.
– Ба, а зачем здесь охранник? – спросила Эвелин.
– Видишь ли, Эви, цветы на этой клумбе никто не сеет и не сажает, они растут сами. И с нее нельзя рвать цветы, даже, если вырастут сорняки. Здесь любой цветок важен.
– Как интересно. Ба, а зачем они платки носят на шее? – показала она глазами на парней. – Григорий синий, а у этих зеленые?
– Это… ну так отличают их от всех… Вообще есть три отличительных цвета: черный, синий и зеленый. Черные платки носят члены Совета Пяти и главные Смотрители, зеленые платки для ученых, ботаников, врачей, а синие в основном для курьеров, перевозчиков и охраны. Все просто.
– Ба, а что такое Совет Пяти?
– Так сразу не расскажешь. Давай уже вечером? Хорошо? А то Смотритель школы нас не дождется.
– Хорошо. – Кивнула Эвелин, сделала несколько шагов по тротуару около клумбы, остановилась. – Главный корпус! – прочитала она вслух надпись на указателе с изображением двух колонн и крыши-треугольника. – Нам сюда? – Шагнула она на широкую аллею обсаженную кленами, обернулась и посмотрела на бабушку. Увидев одобрение, пошла дальше.
– Быстро учишься, умница, – услышала она слова Розалинды Витольдовны.
Вскоре они подошли к главному корпусу школы: двухэтажному старинному зданию из белого камня с широкими панорамными окнами-арками и с двумя колоннами по бокам от двустворчатых деревянных дверей. Справа и слева от входа на ухоженных прямоугольных клумбах цвели разноцветные гиацинты и тюльпаны.
«Вот откуда такой аромат», – догадалась Эвелин.
Над дверью висела табличка «Школа цветочных ведьм». Потянув за бронзовую, в виде стебля, ручку, Эвелин открыла тяжелую дверь.
Узкий полутемный коридор встретил их прохладой, Эвелин прищурилась, вглядываясь вдаль длинного широкого коридора. Она не переставала удивляться всему, что видела. Здание небольших размеров снаружи, оказалось весьма просторным внутри.
Заметив недоумение Эвелин, бабушка пояснила:
– Эффект расширения пространства – обычная магия для маленького мира.
– И в твоем доме тоже?
Бабушка кивнула.
Натертый узорчатый паркет приветливо поскрипывал под ногами. Они повернули за угол, когда прозвенел мелодичный звонок, похожий на пение неизвестной птицы, и из боковых дверей стали выходить в коридор ученики и преподаватели.
При виде Розалинды Витольдовны преподаватели останавливались, приветственно кивали и спешили дальше по своим делам. Бабушка в ответ вежливо здоровалась со всеми. Эвелин из вежливости пришлось много
