раз раскланиваться с совершенно незнакомыми людьми.
Наконец они зашли в приемную Смотрителя. В просторной комнате, перед тяжелой дубовой дверью, их встретила милая секретарша, сидевшая за широким столом, засыпанным кипами бумажных папок. Она увлеченно копалась в них с важным видом. При виде Розалинды Витольдовны секретарша подскочила, словно сидела на пружине, вскользь кивнула «здрасьте» и скрылась за дверью с прямоугольной бронзовой табличкой в верхней части с надписью «Смотритель школы». Эвелин чуть не задохнулась от приторно-сладких духов секретаря, шлейфом тянувшихся за ней. Непроизвольно придавила нос большим и указательным пальцами.
– Ничего не меняется, – недовольно посмотрела на дверь бабушка.
– Проходите, – пригласила вернувшаяся из кабинета секретарь Розалинду Витольдовну и Эвелин. – Лилиен Витольдовна вас ждет. – Указала она на открытую дверь.
– Благодарим, – ответила бабушка и подтолкнула заробевшую Эвелин в кабинет.
По ковровой дорожке от огромного старинного письменного стола, заваленного папками, к ним навстречу спешила высокая светловолосая женщина в бежевом брючном костюме с черным платком на шее, очень похожая лицом и фигурой на бабушку, только моложе.
– Сестра, – воскликнула она, – неужели не могла сообщить заранее о вашем визите, сама видишь, у нас сейчас такая запарка, – успевала она быстро говорить и рассматривать Эвелин.
На середине дорожки Смотритель обнялась с Розалиндой. Они соприкоснулись щеками, звонко поцеловав воздух. Из настенных часов, затерявшихся среди картин с флористическими коллажами-натюрмортами, выглянула любопытная птица. «Фьюти-фьюти…» – начала она петь и тут же вернулась внутрь, потому что Смотритель отмахнулась от нее.
Лилиен Витольдовна пристально взглянула на Эвелин.
– Наслышана, наслышана…это и есть наша внучка?
– Как видишь.
– И на какой факультет мы претендуем?
– На общий, как обычно, до инициации. А там видно будет.
– Даже так? – Лилиен прошла и села в высокое кресло за массивным письменным столом. – Наверное, ты права, Розочка, что раньше времени городить, не будем нарушать традиции. Хотя, я чувствую, давления со стороны некоторых особ нам не избежать. Ну, ты понимаешь, о ком я говорю. – Положила она ладони на стопку таких же бумажных папок, как у секретарши. – Имена Власты и Уласа у многих до сих вызывают…
– Есть закон… – не дала договорить ей бабушка. – Лилиен, неужели ребенок заслуживает такое отношение? Ты же понимаешь, что она должна учиться? Она уже потеряла много времени, и теперь нам нужно наверстывать упущенное.
– Да…Столетний договор никто не позволит нарушить, и я возьму нашу девочку в школу. – Лилиен хлопнула по папкам, отчего в воздух поднялось облако пыли.
Эвелин не сдержалась и чихнула.
– Эви, ты не могла бы подождать меня в приемной? Я хотела бы переговорить кое о чем с Лилиен наедине? – спросила бабушка, доставая из сумочки пакет с документами.
– Конечно. – Эвелин вышла в приемную под внимательным взглядом двух ведьм.
Секретарь в приемной подняла голову и с любопытством уставилась на Эвелин. Через время, потеряв интерес, снова наклонилась над столом и продолжила перебирать документы в папках. Эвелин отошла подальше от стола к окну и выглянула в парк. Она смотрела на дорожки и здание, видневшееся за деревьями, на людей, проходивших под окнами школы. Видимо, продолжался большой перерыв, и звонок еще не позвал учеников на занятия.
Эвелин наблюдала, как по дорожке к зданию шла компания девочек и мальчиков. Она выделила темную макушку мальчишки и голову девочки со множеством белых косичек. Узнала ребят, спор которых наблюдала недавно. Будет весело, если придется учиться с ними в одном классе.
Они шли и снова спорили. Мальчишка активно махал в воздухе руками и что-то активно доказывал девочке. Она, кажется, просто дразнила его. Смеялась и кивала, явно не соглашаясь с его словами.
Эвелин проводила их взглядом, пока они не скрылись в глубине аллеи.
Прозвучало пение птицы и все ускорились, устремились в разные стороны. Вскоре дорожки опустели.
Из кабинета вышли Розалинда и Лилиен Витольдовны.
– Я провожу девочку в аудиторию сама, – заверила Лилиен, – надеюсь, дорогу домой она найдет… ну, или встретишь ее.
Розалинда Витольдовна вопросительно взглянула на Эвелин.
Та утвердительно кивнула в ответ.
Выйти из приемной они не успели. Дверь открылась, и в помещение вошла Ольга Казимировна. Из-за ее спины виднелись рыжие кудряшки Нади.
– Добрый день! Скажите, а прием в школу еще не закончился? – спросила Ольга Казимировна.
– Добрый! – ответила Лилиен и, обращаясь к Розалинде, продолжила: – Ну вот, я же говорю – началась вторая неделя занятий, а ученики прибывают и прибывают. Если бы не магия расширения пространства, то места бы всем просто не хватило. – Лилиен Витольдовна удрученно покачала головой. – Вы уже третьи сегодня, проходите. – Указала она на незакрытую дверь в свой кабинет.
– Здравствуйте, Розалинда Витольдовна. – Ольга Казимировна кивнула бабушке. – Очень рада вас видеть.
– Здравствуй Вольга! Взаимно! – Приветливо улыбнулась Розалинда. – Надо же, твоя дочь такая взрослая, тоже идет в школу?
– Да, они ровесницы с Эвелин.
– Вы знакомы?
– Так случилось!
– Надя, здравствуй! – Эвелин кивнула Наде, выглянувшей из-за маминой спины.
– Привет, – смущенно улыбнувшись, ответила Надя.
Все замолчали, рассматривая друг друга. Было слышно, как тикали часы в кабинете Смотрителя.
– Вера, – прервав молчание, обратилась к секретарю Лилиен Витольдовна, – отведите, пожалуйста, Эвелин в лекционный корпус, – сдвинув брови, добавила, – там сейчас начнется проверочная работа по ботанике, пусть девочка попробует свои силы. – А вы, пожалуйста, проходите в кабинет, – указала на открытую дверь Смотритель школы новым посетителям.
На перекрестке у Главной Клумбы Розалинда Витольдовна повернула к выходу, а Эвелин и Вера отправились в лекционный корпус.
– Сегодня ты вторая новенькая в эту группу, наш знаменитый ботаник, Вакула Засимович, будет удивлен, – без остановки болтала Вера.
Кажется, она была рада хоть на несколько минут покинуть секретарский пост. От ее болтовни и назойливых духов у Эвелин кружилась голова, и она не сразу поняла, куда они пришли, когда остановились перед приземистым каменным зданием с квадратными стеклянными окнами и окрашенной зеленой дверью.
Быстро прошагав по длинному коридору, они вошли через полуоткрытую массивную дверь в аудиторию.
Вход располагался за задними рядами помещения, и перед Эвелин амфитеатром раскинулся лекционный зал. Все ряды были заняты детьми. Везде мелькали их черные, белые, красные и даже зеленые макушки. Удивительно, но в зале было тихо.
Внизу, за кафедрой, стоял невысокий старичок, видимо, тот самый Вакула Засимович, преподаватель ботаники. Он наклонился над столом, уткнувшись в записи, придерживая рукой очки, и Эвелин увидела лишь его лысоватую, блестящую макушку. Его белая аккуратная борода вздернулась, когда он, услышав скрипнувшую дверь, поднял голову и посмотрел на вошедших.
– Вакула Засимович, к вам еще ученик, – громко сказала Вера. – Вернее, ученица. Эвелин Клевер! – уточнила секретарь и указала на лавку, предлагая Эвелин сесть рядом с рыжим мальчишкой.
Эвелин узнала
