22 февраля 1902
«Кто-то с богом шепчется…»
Кто-то с богом шепчется У святой иконы.Тайна жизни теплится, Благовестны звоны.Непорочность просится В двери духа божья.Сердце переносится В дали бездорожья.Здесь — смиренномудрия Я кладу обеты.В ризах целомудрия, О, святая! где ты?Испытаний силою Истомленный — жду яЛасковую, милую, Вечно молодую.
27 февраля 1902
«Мы всё простим — и не нарушим…»
Мы всё простим — и не нарушимПокоя девственниц весны,Огонь божественный потушим,Прогоним ласковые сны.
Нет меры нашему познанью,Вещественный не вечен храм.Когда мы воздвигали зданье,Его паденье снилось нам.
И каждый раз, входя под своды,Молясь и плача, знали мы:Здесь пронесутся непогоды,Снега улягутся зимы.
Февраль 1902
«Ты — божий день. Мои мечты…»
Ты — божий день. Мои мечты —Орлы, кричащие в лазури.Под гневом светлой красотыОни всечасно в вихре бури.
Стрела пронзает их сердца,Они летят в паденьи диком…Но и в паденьи — нет концаХвалам, и клёкоту, и крикам!
21 февраля 1902
«Целый день передо мною…»
Целый день передо мною,Молодая, золотая,Ярким солнцем залитая,Шла Ты яркою стезею.
Так, сливаясь с милой, дальней,Проводил я день весеннийИ вечерней светлой тениШел навстречу, беспечальный.
Дней блаженных сновиденье —Шла Ты чистою стезею.О, взойди же предо мноюНе в одном воображеньи!
Февраль 1902
«Там сумерки невнятно трепетали…»
Там сумерки невнятно трепетали,Таинственно сменяя день пустой.Кто, проходя, души моей скрижалиЗаполонил упорною мечтой?
Кто, проходя, тревожно кинул взорыНа этот смутно отходящий день?Там, в глубинах, — мечты и мысли скоры,Здесь, на земле, — как сон, и свет и тень.
Но я пойму и всё мечтой объемлю,Отброшу сны, увижу наяву,Кто тронул здесь одну со мною землю,За ним в вечерний сумрак уплыву.
Февраль 1902
«Мы странствовали с Ним по городам…»
Мы странствовали с Ним по городам.Из окон люди сонные смотрели.Я шел вперед; а позади — Он Сам,Всёпроникающий и близкий к цели.
Боялся я моих невольных сил,Он направлял мой шаг завороженный.Порой прохожий близко проходилИ тайно вздрагивал, смущенный…
Нас видели по черным городам,И, сонные, доверчиво смотрели:Я шел вперед; но позади — Он Сам,Подобный мне. Но — близкий к цели.
Февраль 1902
«Гадай и жди. Среди полно́чи…»
Гадай и жди. Среди полно́чиВ твоем окошке, милый друг,Зажгутся дерзостные очи,Послышится условный стук.
И мимо, задувая свечи,Как некий Дух, закрыв лицо,С надеждой невозможной встречиПройдет на милое крыльцо.
15 марта 1902
«Жизнь медленная шла, как старая гадалка…»
Жизнь медленная шла, как старая гадалка,Таинственно шепча забытые слова.Вздыхал о чем-то я, чего-то было жалко,Какою-то мечтой горела голова.
Остановясь на перекрестке, в поле,Я наблюдал зубчатые леса.Но даже здесь, под игом чуждой воли,Казалось, тяжки были небеса.
И вспомнил я сокрытые причиныПлененья дум, плененья юных сил.А там, вдали — зубчатые вершиныДень отходящий томно золотил…
Весна, весна! Скажи, чего мне жалко?Какой мечтой пылает голова?Таинственно, как старая гадалка,Мне шепчет жизнь забытые слова.
16 марта 1902
«Мой вечер близок и безволен…»
Мой вечер близок и безволен.Чуть вечереют небеса, —Несутся звуки с колоколен,Крылатых слышу голоса.
Ты — ласковым и тонким жаломМои пытаешь глубины,Слежу прозрением усталымЗа вестью чуждой мне весны.
Меж нас — случайное волненье.Случайно сладостный обман —Меня обрек на поклоненье,Тебя призвал из белых стран.
И в бесконечном отдаленьиЗамрут печально голоса,Когда окутанные теньюМои погаснут небеса.
27 марта 1902
«На темном пороге тайком…»
На темном пороге тайкомСвятые шепчу имена.Я знаю: мы в храме вдвоем,Ты думаешь: здесь ты одна…
Я слушаю вздохи твойВ каком-то несбыточном сне…Слова о какой-то любви…И, боже! мечты обо мне…
Но снова кругом тишина,И плачущий голос затих…И снова шепчу именаБезумно забытых святых.
Всё призрак — всё горе — всё ложь!Дрожу, и молюсь, и шепчу…О, если крылами взмахнешь,С тобой навсегда улечу!..
Март 1902
«Я медленно сходил с ума…»
Я медленно сходил с умаУ двери той, которой жажду.Весенний день сменяла тьмаИ только разжигала жажду.
Я плакал, страстью утомясь,И стоны заглушал угрюмо.Уже двоилась, шевелясь,Безумная, больная дума.
И проникала в тишинуМоей души, уже безумной,И залила мою веснуВолною черной и бесшумной.
Весенний день сменяла тьма,Хладело сердце над могилой.Я медленно сходил с ума,Я думал холодно о милой.
Март 1902
«Весна в реке ломает льдины…»
Весна в реке ломает льдиныИ милых мертвых мне не жаль:Преодолев мои вершины,Забыл я зимние тесниныИ вижу голубую даль.
Что сожалеть в дыму пожара,Что сокрушаться у креста,Когда всечасно жду удараИли божественного дараИз Моисеева куста!
Март 1902
«Кто плачет здесь? На мирные ступени…»
Кто плачет здесь? На мирные ступениВсходите все — в открытые врата.Там — в глубине — Мария ждет молений,Обновлена рождением Христа.
Скрепи свой дух надеждой высшей доли,Войди и ты, печальная жена.Твой милый пал, но весть в кровавом поле,Весть о Любви — по-прежнему ясна.
Здесь места нет победе жалких тлений,Здесь всё — любовь. В открытые вратаВходите все. Мария ждет молений,Обновлена рождением Христа.
Март 1902
«Утомленный, я терял надежды…»
Утомленный, я терял надежды,Подходила темная тоска.Забелели чистые одежды,Задрожала тихая рука.
«Ты ли здесь? Долина потонулаВ безысходном, в непробудном сне…Ты сошла, коснулась и вздохнула, —День свободы завтра мне?» —
«Я сошла, с тобой до утра буду,На рассвете твой покину сон,Без следа исчезну, всё забуду, —Ты проснешься, вновь освобожден».
1 апреля 1902
«Странных и новых ищу на страницах…»
Странных и новых ищу на страницахСтарых испытанных книг,Грежу о белых исчезнувших птицах,Чую оторванный миг.
Жизнью шумящей нестройно взволнован,Шопотом, криком смущен,Белой мечтой неподвижно прикованК берегу поздних времен.
Белая Ты, в глубинах несмутима,В жизни — строга и гневна.Тайно тревожна и тайно любима,Дева, Заря, Купина.
Блёкнут ланиты у дев златокудрых,Зори не вечны, как сны.Терны венчают смиренных и мудрыхБелым огнем Купины.
4 апреля 1902
