– Ржавый якорь тебе в задницу с проворотом, жадный ублюдок, – я пробурчал это по-русски, и переводить этому жадюге не стал. Перетопчется.
Это ведь натурально копейки. Представьте долю, пятнадцать тысяч долларов с миллиона зелёных! Ну, копейки же! Ожидаемая выручка порядка двух-трёх миллионов, рекламные контракты не считаем, значит, получу всего лишь тридцать-сорок тысяч долларов.
Ладно. Лиха беда – начало. В следующий раз начну торг с уровня в десять процентов. А пока буду считать это чаевыми.
Обсуждаем репертуар. В суженном составе. Директор, КиХо, я, ЁнЭ и СонЁн. От ЁнЭ я ничего не жду, но ей опыта надо набираться.
Главная тема – визитная карточка группы. «Банни стайл» в прошлый раз прокатила на «ура», но надо что-то новое. Собственно говоря, я уже без них всё решил, но захотелось проверить. «Destination» или что-то подобное это здорово. На Западе встретят с восторгом, а вот в Азии… в Азии будет наведённая популярность. Такое в Японии примут только потому, что на Западе громко прозвучит. Но если начать в Японии, то можно и проколоться.
Я выставил второй вариант, вернее даже третий. «Me Too» (можно здесь посмотреть: : https://www.youtube.com/watch?v=0jaGKptiFVY ). И не ошибся. Собранный синклит азиатов и азиаток единогласно проголосовал за него, забраковав «Destination» и ещё один, похожий. Замечательно. У меня вырабатывается чутьё на музыкальные потребности разных регионов.
От «Банни стайл» мы тоже решили не отказываться. Пойдёт, как напоминание: «А вот и мы!». Но хореографию и аранжировку я решил модифицировать, расцветить новыми элементами. В этом вопросе и советоваться не стал. Просто известил, получил безусловную поддержку директора и автоматически «под козырёк» от всех остальных…
Мои мысли, которые мои скакуны, обрывает звук хлопнувшей двери. После возни в прихожей в комнату входит хмурая СунОк. Мрачно оглядывает всех нас, скрестивших на ней взгляды. Обеспокоенный от мамы и равнодушные от Мульчи и меня.
– Пришла, доченька? – тут же захлопотала мама, – Пойдём, я тебя покормлю.
Мазнув недовольным взглядом по мне и Мульче и не сказав ни слова, СунОк позволяет увести себя на кухню.
Возвращаются быстро, дорама ведь начинается. Возвращаются и садятся с чашками чая. СунОк на меня так и не глядит. Ну, и не надо. Мама только переживает, поглядывает на нас и незаметно вздыхает. Давлю нарастающее раздражение. Не удаётся, пока не начинаю смотреть на Мульчу. Вот кто у нас в семье самый спокойный. Самая спокойная. Как сфинкс. А вот интересно, – до сих пор как-то над этим не задумывался, – а у кошек «эти дни» бывают? И вообще, у животных. От неожиданной мысли непроизвольно хихикаю. Мульча осуждающе зыркает и легонько выпускает когти: «Успокойся, хозяйка».
СунОк недоверчиво косится, но ничего подозрительного увидеть в том, как я улыбаюсь и глажу мурлыкающую кошку, невозможно. А что такого? Я часто так делаю.
– СунОк, ты какая-то расстроенная. Что случилось? – мама делает заход вовремя. Как раз рекламная пауза, сестрица после ужина, – после еды человек обычно смягчается и добреет, – самое время завести разговор на деликатную тему.
– Посещаемость в кафе падает, уже неделю выше сорока процентов не поднимается, – сестра вдруг кидает на меня неприязненный взгляд, – Всё из-за неё.
У-п-с-с-с! Даже для меня, такого умного, неожиданный заход. Мама вообще немеет. После паузы полузадавленно шепчет:
– С-сунОк…
Пытаюсь как-нибудь размягчить и разжать окаменевшие губы. Чувствую лёгкое покалывание чуть ниже груди. На меня глазами сфинкса смотрит Мульча: «Успокойся, хозяйка. Хочешь, я её на кусочки порву?». Глажу её слегка подрагивающими пальцами и постепенно прихожу в себя. Кошка втягивает когти. Бывает у меня так, особенно в "эти дни". Нарастает раздражение в груди неудобным тяжёлым комом и кое-когда прорывается. И вот тогда окружащим лучше не стоять под стрелой, всем достанется. Всем, кроме Мульчи. Обладает моя животина ещё одним замечательным свойством: умиротворяющим и успокаивающим. Даже анестезирующим. И боли в низу живота сходят до степени легко переносимого неудобства и раздражение всем и вся рассасывается.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– А что, СунОк! – огрызается сестрица, – Университет из-за неё бросила…
«Всё-таки бросила? Это хорошо, давно пора…», – думаю я.
– …И чуть что случись, сразу скандал и посетители перестают ходить. Вчера две работницы уволились. Спрашиваю, почему? Что не так? В глаза не смотрят и заявление протягивают!
Чем больше распаляется СунОк, тем больше успокаиваюсь я. Закон общающихся сестёр, между которыми протекает раздражение, кх-кх-кх…
– Она ещё и смеётся, – шипит СунОк, приподнимает задницу… о, в мою сторону, что ли? К ней поворачивается Мульча, внимательно смотрит. СунОк мгновенно сдувается, Мульча даже хвостом не машет, я изо всех сил давлю ухмылку.
Раздумываю. Спорить с ней сейчас бесполезно. Надо прямо и честно сказать самой себе: моя сестра – дура. И как-то придётся работать над повышением её интеллектуального и культурного уровня. Сестра всё-таки. Она не только дура, но ещё и дура женского пола. Ту же разницу можно видеть по моему директору и его сестре. С женщинами действовать прямо и честно себе дороже. Надо по-другому, радикально, нелогично и максимально жёстко. Будь я мужчиной… хм-м, мужчиной в теле мужчины, не получилось бы. А так, посмотрим.
– Мама, почему ты позволяешь СунОк так подло высказываться о нашем любимом дяде?
Немеют обе, а я продолжаю.
– Мной она прикрывается, а на самом деле поливает грязью дядю ЮнСока. Да, с ним случилась беда. Его обвинили в чём-то нехорошем, из-за этого у нас возникли проблемы. Ты, СунОк, голову не морочь себе и нам. Все всё понимают. И твои работницы уволились, и посетителей стало меньше из-за того, что они считают нас семьёй предателя.
Мама тихо охает, СунОк упрямо сжимает губы. Но вижу, вижу неуверенность в её глазах. Подожди, сестричка, это только начало.
– Мама, придётся тебе взяться за кафе. СунОк не тянет…
– Ну, что ты говоришь, дочка? – вскидывается мама.
– Да, понимаю, – вздыхаю я, – Ты прибаливаешь, тебя давно пора сменить. Но что делать, если СунОк никак взрослеть не хочет, а мне некогда. Давай тогда продадим его?
Тут вскрикивает СунОк. Ага, достал я тебя? Всё-таки сестрица уже примерила на себя роль небольшой, но начальницы, и ей понравилось. Процветающее кафе это не только статус и деньги, пусть не очень большие. Это ещё и неплохое приданое.
– Нет! – сестра отвечает жёстко. Как раз мне это на руку. Чего-то подобного я и ждал. Но надо добивать.
– А что ты предлагаешь? Мама старенькая, со здоровьем не очень, а бизнес хлопотный. Она займётся, если деваться некуда будет. Но через полгода сляжет в больницу. Нам это надо?
В ответ молчание. А что тут скажешь?
– Мне некогда и не зачем. Ты явно не справляешься…
– … – СунОк открывает рот и, ничего не произнеся, закрывает.
– Не справляешься, не справляешься. У тебя уже несколько дней проблемы, а ты до сих пор не приняла никаких мер. Только на мне и маме зло срываешь. Бизнесмен это, прежде всего, боец. Его бьют, сбивают с ног, он встаёт и снова дерётся. А по тебе разок ударили, ты сразу в слёзы и в истерику. Так себя маленькие дети ведут. И ты. Никак взрослеть не хочешь!
– А ты у нас, получается, взрослая? – мрачно интересуется СунОк. Правильно, сестрица, правильно! Подыгрывай мне, подыгрывай…
– А что, ты решила хотя бы одну мою проблему? Я понимаю, что мои неурядицы рикошетом бьют и по вам. Но ведь и радости есть. Моя популярность помогла тебе собственный видеоканал сделать, в Японию ты съездила бесплатно. Какое бесплатно, тебе ещё и приплатили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ты решила хотя бы одну мою проблему? Я когда-нибудь жаловалась дома на что-то? Наоборот, ты на меня всё время орала, чуть что. То есть, добавляла мне проблем.
– Ох, доченька… – непонятно почему сокрушаясь, покачала головой мама.
– Я веду себя, как взрослый человек. А ты? Приходишь домой и кусаешь всех, как взбесившаяся ядовитая змея!
