Хрупкие крылья беспилотников поблёскивали фотоэлектрическими хитоновыми ячейками и микроскопическими призмами. Когда «стрекозы» зависали на месте, их удлинённые тела для стабильности изгибались вниз.
Зоя, надевшая шлем и с руками на панели управления, видела то же, что и её беспилотник: Ямбуку с высоты, просвет в долине с бесконечной глубиной и далью за ним, сплошные зелёные заросли с еле заметными пятнами теней от облаков.
Сердце молотом стучало в груди. Пала очередная стена. Между Зоей и Исис стояло множество стен, но с каждым днём их становилось всё меньше. Уже скоро их не останется вовсе; довольно скоро их будет разделять только неощутимая мембрана её костюма. Два мира, земная экология плоти и крови, и таинственная биосфера Исис, окажутся настолько близки к физическому контакту, насколько технологически достижимо. Зоя страстно жаждала прикоснуться к её новому миру, почувствовать на теле дуновения его ветров. Ощущение было настолько пронзительным, что она вздрогнула.
Тэм Хайс заговорил. Он сидел в пультовой рядом с нею, но его голос, казалось, исходит прямо с ярко-синего неба:
— Начнём медленно. Следуй за мной как можно ближе. Если потеряешь мой беспилотник из вида, воспользуйся целеуказателем, чтобы его отыскать. И не бойся задавать вопросы. Готова, Зоя?
Глупо, но она кивнула в ответ. С надетым шлемом он мог увидеть разве что её «стрекозу», точно такой же беспилотник.
— Готова, — запоздало сказала она.
Рука Зои подрагивала на джойстике. Отвечая на дрожь, беспилотник послушно колебался в солнечном свете.
— Для начала поднимемся на три тысячи метров. Дадим большой обзор.
Не успел Хайс договорить, как его беспилотник по спирали начал взбираться ввысь. Зоя быстро направила свою «стрекозу» по вертикали — не следуя за ним слепо, по пятам, но сохраняя дистанцию, демонстрируя свои навыки. В верхнем левом углу шлема поблёскивал рубиновый огонёк альтиметра.
На высоте трёх тысяч метров они остановились. Ветер здесь дул сильнее, и «стрекозы» покачивались, словно парящие чайки.
— Лучшая защита — высота, — пояснил Хайс. — Учитывая стоимость аппаратов, мы предпочитаем держаться подальше от насекомоядных. Опаснее всего авианты. Любая замеченная птица в радиусе километра — красный флажок, по крайней мере здесь, на открытом пространстве. Внизу, в зарослях, куда сложнее: нужно по возможности держаться на расстоянии от деревьев и минимум в пяти-шести метрах над землёй. Короче, быть начеку и смотреть в оба.
Зоя всё это и так знала.
— Куда летим?
— К поселению копателей, куда же ещё?
— Вот так просто?
— Вот так просто.
Зоя решила, что ей нравится этот мужчина, Тэм Хайс.
Сенсоры «стрекоз» фиксировали только аудиовизуальную информацию, они не передавали физического ощущения полёта. По мере того, как они двигались на запад, Зоя по-прежнему ощущала давление стула на ягодицы, отчётливо сознавала, что сидит в помещении пультовой. Но изображения, которые она видела, были глубокими, богатыми и стереоскопическими. И она ясно слышала всё, что доносится до беспилотников: на такой высоте, как сейчас — только мягкий шум воздуха; чуть ниже, возможно, услышала бы журчание воды и крики животных.
Они пересекли блестящую ленту реки Коппер, названной так предшественником Хайса в честь своего койперовского клана. Крупные авианты и небольшие хищники, пришедшие на водопой, сгрудились вдоль песчаного берега, где течение было медленнее и получались заводи. Зоя увидела стадо эпидонтов, нежащихся на солнышке на мелководье. На том берегу лесной полог плотно смыкался снова, отсюда и до предгорий горы Коппер семенные и споровые деревья колыхались совсем как зелёная простыня.
— Всё такое знакомое, — прошептала Зоя.
— Может, оно и так, — донёсся голос Хайса из пустого неба рядом с ней. — С такой высоты может показаться, будто это почти что экваториальная область Земли. Проще простого позабыть, что у Исис кардинально иная эволюционная история. Наша работа за последние шесть месяцев доказывает, что жизнь оставалась здесь одноклеточной гораздо дольше, чем на Земле. В земных организмах клетка — белковая фабрика в белковой крепости. Клетки на Исис куда защищённее, эффективнее, они гораздо сложнее устроены. Они производят колоссальное количество органических веществ и существуют в гораздо более жёстких условиях. На макроскопическом уровне — во многоклеточных организмах — функциональная разница минимальна; имеет значение сложность. Хищник есть хищник, и его отношения с травоядными очевидны. Но стоит спуститься на клеточный уровень, к фундаментальному биосу планеты, и Исис выглядит куда более чуждой. И более опасной.
— Я имела в виду местность, — пояснила Зоя. — На симуляторе я летала здесь тысячу раз.
— Симуляторы — это симуляторы.
— Он использует реальные данные наблюдений.
— Пусть даже и так. Ведь чувствуется же разница, когда местность внизу живая?
Живая, подумала Зоя. Да, в этом определённо есть разница. Даже лучшие симуляторы — это своего рода карта. Здесь же — сама территория, которая движется, изменяется. Один из эпизодов в древнем диалоге между жизнью и временем.
Хайс повёл её ниже. Зоя увидела, как в свете полуденного солнца его «стрекоза» сверкающим бриллиантом блеснула впереди. Дальше лежали предгорья, поросшие деревьями гребни здесь и там были прорезаны узкими обрывами. По мере того, как местность поднималась всё выше, изменялась и растительность: водолюбивые ползучие деревья, сильфиумы и бочкообразные деревья уступили место более мелким суккулентам, благоденствующим на каменистой почве возвышенностей. Время от времени в завесе возникали объёмистые изумрудные лепестки, напоминающие отростки алоэ вера. Про себя Зоя проговаривала латинские названия, наслаждаясь их звучанием, — но жалея при этом, что растительность планеты не получила названий из местного языка Исис, если такой вообще когда-нибудь существовал. Наиболее близким кандидатом на него были кудахчуще-мычащие вокализации копателей, но составляют ли они «язык» в каком-либо общепринятом смысле? Это был один из тех вопросов, на который Зоя надеялась найти ответ.
Колония копателей, группа глинистых и грязных курганов на вытоптанной прогалине, оказалась на точно том же месте, что и в симуляторах. Землю усыпали обугленные оспины от погасших костров для приготовления пищи. Хайс сделал вокруг колонии один круг, а затем стал спускаться по медленной спирали, осматриваясь в поисках хищников, которых могли привлечь отвалы породы от копателей. Но вокруг было чисто. Повинуясь импульсу, Зоя круто бросила «стрекозу» вниз, оказавшись впереди Хайса. Тот не стал её упрекать, тем более что она осмотрительно держалась в безопасной зоне от него.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
