— Значит, мы им любопытны.
— Ну, конкретно этому копателю — да. Может быть. Или, может, мы стоим на пути к любимой заводи, где он рыбачит. Не стоит делать скоропалительных выводов, основываясь на поведении отдельного индивида.
Зоя повела «стрекозу» по неровному кругу, пытаясь вновь привлечь внимание копателя. Старик моментально устремил на неё взгляд.
Чувство того, что её видят, было почти пугающим. Зоя поёжилась в кресле пультовой.
— Кстати, о сумерках, — сказал Хайс. — Ночные насекомоядные начинают охотиться, когда тени становятся длиннее. Скоро нам нужно лететь домой.
Но я же как раз здесь, подумала Зоя. Я дома.
5
На станции Хайса называли «монахом Ямбуку» — отчасти из-за того, что он пробыл на Исис дольше почти всех, отчасти потому что он всегда был занят работой. Начальственной рутиной он занимался с должным старанием, правда, по большей части считая её неизбежным злом. Но что он действительно ценил, так это те редкие моменты, когда оказывался в лаборатории, не имея других насущных забот, помимо микроанатомии клеток организмов Исис.
Всего, что достигла жизнь на этой планете, она достигла с помощью ДНК. Как и земные формы жизни, организмы Исис пользовались этими длинными молекулами для сохранения и изменения наследственной информации. Но ДНК — молекула кодируемая, чистая книга, и в эти похожие книги Земля и Исис вписали очень разные истории.
На Исис не удалось найти свидетельств массовых вымираний. На заре своей истории звёздная система Исис была столь же неистовой, как и окрестности любой юной звезды; столкновения с кометами дали планете воду и органические молекулы. Но какое-то из более поздних событий, а может и простое присутствие во внешней части системы громадного газового гиганта вдвое крупнее Юпитера, вымело огромное число небесных тел из камня и льда — по меньшей мере вплоть до ледяного кольца звёздной системы Исис, её собственного пояса Койпера. Жизнь зародилась на планете куда более спокойной, чем древняя Земля.
Жизнь на Исис была более долгой и глубокой рекой. Её течение было медленным и сложным разделением, подчёркиваемым не ледниковыми периодами или столкновениями с кометами, но волнами хищников и паразитов. Экология Исис была постоянно совершенствующимся вооружённым противостоянием. Орудия нападения были грозными, защита — изощрённой.
И всё это превращало планету, помимо прочего, в новую необъятную фармакопею. Серьёзную лепту в содержание Ямбуку внесли земные фармакологические корпорации, входящие в Рабочий Трест. И в этом же заключалась проблема. Вся информация, исходящая из Ямбуку, должна была согласовываться с бухгалтерами Треста. Здесь не было места чистой науке, как ясно давали понять нанятым работникам из пояса Койпера. Хайс подозревал, что он особенно устраивает Тресты: не просится домой с намерением немедленно опубликовать ряд статей в независимых академических журналах, бесплатно выдав — в глазах Трестов это выглядело бы именно так — то, что было ими оплачено.
Сейчас Хайс завершил то, чем занимался — микропрепарирование бактериальной формы, нарастающей на внешних уплотнениях. Он сохранил результаты и прибрал за собой в перчаточном боксе для следующей смены.
В лабораторию вошла Элам с планшетом в руке, и он поднял голову. Хайс уже научился узнавать её по звуку шагов. В Ямбуку всего шестнадцать сотрудников, по большей части ежегодно сменяющихся, хотя некоторые, главным образом он сам и Элам Мейзер, пробыли на станции большую часть последних пяти лет. Люди с пояса Койпера выносили пребывание в таких тесных помещениях куда легче, чем земляне или марсиане. Соответственно, большинство персонала Ямбуку были выходцами именно оттуда — хотя они всегда прибывали на Исис наёмными работниками Трестов.
— Свежая передача с ОСИ, — сказала Элам. — Хочешь взглянуть сейчас или позже?
Хайс вздохнул и уступил место у перчаточного бокса Тоне Купер, штатному микробиологу, которая стояла у стола и нетерпеливо постукивала ботинком.
— Надеюсь, мы можем просмотреть за обедом?
— Почему бы и нет.
* * *
Элам взяла планшет в столовую, но отложила в сторону, пока они ели. Пища на Ямбуку — не больно-то вдохновляющие питательные кубики различного вида, изготавливаемые из продукции оранжерей ОСИ. «Спрессованный белок», называла их Элам. Или, менее любезно, «компост».
— Нам нужно найти более инертный материал для уплотнений, — сказал Тэм.
— Это возможно?
Он пожал плечами.
— Нужно спросить инженеров. Сейчас мы тратим больше времени на поддержание стерильности, чем на научные исследования. И потом, мы подвергаемся ненужному риску.
Рискуем жизнью, подумал он. Без громкого голоса Мака на Ямбуку было неестественно тихо.
Элам взяла листок с текущими делами и развернула его на крышке стола. Хайс подвинул стул ближе.
— Первое по списку, — сказала Элам. — По словам Тиа и Кваме, костюм Зои готов к проверочной прогулке. Что хотим мы, так это обход вокруг прогалины, под плотным наблюдением и в присутствии напарника в стандартном скафандре. И с мощной поддержкой роботов.
— А что хочет Зоя, так это бродить по лесу до тех пор, пока не решит, что нагулялась.
— Ещё бы!
Тэм улыбнулся.
— Я смогу отговорить её от долгой прогулки. И я же буду сопровождать её в первом выходе.
— А-ха, — сказала Элам, с любопытством посмотрев на него.
— Что значит — «а-ха»?
— Сколько ты знаешь о Зое?
— Знаю основное. Она — одна из клонов старого генетического материала, её вырастило подразделение «Устройства и Персонал».
— В их глазах она и есть устройство. Сложи два и два, Тэм! Взгляни на это глазами Трестов. Им глубоко плевать на лингвистические нюансы языка копателей или на таксономию флоры Исис. Она здесь с какой-то иной целью.
Хайс не разделял её очарованности земной политикой.
— «Устройства и Персонал» вновь выпускают коготки, заигрывают с Рабочим Трестом?
— Подозреваю, дело куда серьёзнее. Эти подразделения всегда соперничали, но с начала столетия «Устройства и Персонал» утратили свои позиции. Подозреваю, они рассматривают Исис как шанс развернуть наступление на бюрократию РТ. Если технология костюма Зои отработает как заявлено, это будет революцией. В этом случае мы сможем кардинально расширить присутствие человека на планете.
— Элам, мы даже не можем держать в чистоте внешние уплотнения.
— В том-то и суть. Устройство Зои — не просто новая технология, это целая дюжина новых технологий: невероятно эффективные осмотические фильтры, механически прочные тонкие плёнки из полимеров, с биологической точки зрения гораздо более инертные, чем у нас. Это просто переворот.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
