повеселевший Ксальтотун сказал, глядя вслед унесшемуся урагану:
— Силен этот колдун! Ох и силен! Вряд ли он в искусстве магии уступает даже настоящему Магистру Энкиду.
— Что ты сказал? — закашлялся от неожиданности Намтар. — Так это был не Магистр Энкиду. Но кто же тогда?
— Думаю кто-то из сильных магов Черного Круга примерно восьмого-девятого уровня. Тот самый шестой, которого не было на квартире, в которую мы утром вломились.
— Но как он мог узнать, что я ожидаю проверяющего? — все еще сомневался капитан.
— Он и не знал, — пожал плечами Ксальтотун, — просто у проверяющих никто никогда не требует предъявления полномочий.
Капитан смутился и отвел взгляд в сторону.
— Погоди! — вдруг воскликнул он. — И ты отдал этому колдуну все три кристалла? Ты понимаешь, что теперь мы оба пойдем под суд?
Впервые за все то время, что капитан его знал, на лице мага прорезалась гримаса улыбки.
— Верно ты принимаешь меня за слабоумного, — заметил он. — То, что этот парень никакой не Энкиду мне стало ясно, как только я услышал от него это имя.
— Как так? — не понял капитан. — А мне показалось, что ты раболепствуешь перед ним, бьешь поклоны, глаза боишься поднять, словно он сам Энлиль.
Ксальтотун пожал плечами.
— Я боялся, что он покопается в моем мозгу. Тогда нам всем пришел бы конец. Настоящий Энкиду — Магистр и без пяти минут Архимаг, лет тридцать назад был учеником у моего учителя Кигальтуна. Поэтому он часто приходил к нам по делам или просто в гости. И я его знаю как тебя.
— Понятно, — кивнул Намтар. — Но зачем ты отдал кристаллы этому колдуну?
— Я в его сумку положил три булыжника, обмотав их материей. А все три кристалла лежат у тебя в кабинете.
Намтар несколько мгновений непонимающе смотрел на него, затем расхохотался.
— Клянусь ляжками Инанны ты хитрец, каких мало! — хлопнул он Ксальтотуна по плечу. — Ловко же ты провел этого колдуна.
Но вдруг, оборвав смех, капитан серьезно сказал:
— Однако, я теперь тебе не завидую. У тебя появился могущественный враг. Ты только представь, что произойдет, когда вместо трех магических артефактов, он выложит перед пославшими его сюда три булыжника.
Ксальтотун задумался и невольно вздрогнул.
— С Черным Кругом шутки плохи, ты прав, — согласился он, — но из Ларса я скоро уеду, а в Пифоне, хотя и есть храм Сета, но маги Черного Круга там не впочете… Так что не будем о грустном, а пойдем лучше выпьем.
— Разумное предложение и главное своевременное, — поднялся из-за стола капитан.
Но вдруг дверь кабинета отворилась и на пороге появился один из писцов канцелярии градоначальника.
— Почтенный капитан, — обратился он к Намтару, — градоначальник требует тебя к себе. К нам прибыл ревизор из столицы. Хочет начать работу с проверки городской стражи.
Капитан молча опустился в кресло и обхватил голову руками.
Кровавые камни
Форт Халаколь был сооружен в незапамятные времена на правом берегу Черной реки ближе к ее верховьям. Дальше к западу вплоть до океана простирались земли пиктов, южнее по левому берегу раскинулись Боссонские топи, а к северу в горных отрогах были места обитания киммерийцев, ванов, асгардов и других варварских племен до самой Гипербореи.
Когда-то форт защищал границу Ахерона от всех этих диких племен и народов, но сейчас его военное значение не было уже столь важно для Империи, так как в последние несколько десятилетий набеги варваров заметно сократились. Между Черной рекой и Ширкой были возведены еще десятки подобных фортификационных сооружений, ставших непреодолимой преградой на пути любого безумца, рискнувшего бы проверить границы Империи на прочность. Халаколь же превратился в своеобразное место ссылки для нарушителей воинской дисциплины. Многие, кому грозил военный суд, предпочитали отправиться для продолжения службы сюда, в самую дальнюю точку северо-запада страны.
Последние два десятка лет гарнизоном форта, состоящим из трех сотен пехотинцев и лучников, командовал кентарх[2] Арвидаль, опытный воин, поседевший в военных трудах и походах. В немалой степени сокращению количества набегов варваров способствовали его энергия и инициатива. Военнослужащие форта под его командованием не только громили шайки пиктов, но и сами вторгались в их близлежащие поселения в отместку за нарушения границы Ахерона. Кентарху уже было под пятьдесят, в густых черных волосах проблескивали серебряные нити, но его фигура была по-юношески стройной, а выносливости мог позавидовать любой солдат двадцатью годами моложе. У него не было семьи, поэтому он отдавал себя военной службе без остатка, но в последнее время все чаще задумывался о том, что будет делать после увольнения. Перспектива выглядела неважной. Больших денег он не заработал и для покупки приличного дома в городе их явно не хватало. Других источников дохода, помимо довольно скромного жалованья, у него не было. Знатностью рода он тоже похвастать не мог, поэтому рассчитывать на помощь влиятельных и богатых родственников не приходилось.
Кентарх сидел за столом, подперев кулаком подбородок, и размышлял о том, что его ждет безрадостная старость, когда в кабинет вошел сотник Фарион. Этот щеголеватый тридцатипятилетний красавец уже второй год был по должности его заместителем и за это время они довольно близко сошлись.
Арвидаль махнул рукой на ближайшее кресло у стола и вопросительно посмотрел на него. Фарион присел к столу и, понизив голос, произнес:
— Информация подтвердилась. Рубины, о которых говорил тот пленный пикт действительно находятся у шамана в селении шуракенов.
— Это небольшое племя, — задумался кентарх, — вряд ли там их может быть много. Рисковать людьми из-за дюжины драгоценных камней было бы глупо. Тем более, пленный не говорил, что это рубины, он просто не знал названия этих камней.
— Да, но он описал их внешний вид. Алые или красные камни, твердые. Говорил, что их используют для украшений. Конечно, из-за десятка рубинов рисковать людьми глупо, согласен. А, если их там сотни? — возразил сотник.
Кентарх внимательно посмотрел на него. Разговор о рубинах, якобы имевшихся у шамана шуракенов, они вели не в первый раз. Но осторожный Арвидаль не особенно верил этой информации, главным образом потому, что никаких реальных доказательств их наличия у шамана не было. Действительно, несколько недель назад небольшая шайка пиктов бродила у форта и даже напала на группу солдат. Почти всех их убили но один был захвачен в плен. От него и стало известно, что, якобы шаман шуракенов хранит у себя много драгоценных камней, похожих на рубины. С той поры кентарх и сотник не раз прикидывали, что этих драгоценностей им обоим хватило бы на всю оставшуюся жизнь. Но дальше разговоров дело не шло, затея выглядела
