– Не больше пяти, владыка. – ответил фараон, заканчивающий ритуал контроля нежити. – Запасы наших магических сил на исходе.
– Как только будете готовы – уходите. – распорядился я, меняя дислокацию и шагая в портал ведущий на стену каменоломни. Впервые, я видел, что находится за границей бездны, и это зрелище пришлось мне не по вкусу. Нас предали, выдали время и место атаки, это совершенно очевидно, и даже есть кандидатки на плаху, и все же такого ответа я ожидать не мог. За стеной ждала армия.
Не одинокий отряд в сотню копий. Не дружина местного князька в пару сотен бойцов и десяток рыцарей в полных латах. Армия!
Больше тысячи расположившихся полукругом воинов, среди которых даже в темноте можно было без труда разглядеть колонны тяжелых воинов, треугольные конусы осадных танков, требушеты и несметные толпы обычных солдат, увешанных железом. Нас ждали, к нашей встрече готовились. Вот только… войска стояли на месте.
– Чего они ждут? – растерянно проговорил я, осматривая ряды противника. – Им же достаточно ступить вперед, и они нас даже не заметят. Никаких союзников не надо. Или они хотят, чтобы мы потрепали воздушные отряды – чтобы после торговаться?
– Что нам делать, вождь? – спросил Спартак, держащийся рядом.
– Все то же. Уводите пленных. Всем уводить пленных! Я сдержу противника. – приказал я, с утроенной скоростью вливая силу подземелья в уступ. Все планы летели к чертям, а исход, только недавно казавшийся одним из худших, сейчас представлялся наилучшим развитием событий.
Да, я хотел лишь спасти сородичей, увести рабочую силу из-под носа Малфегата, возможно получить временный форпост и точку опоры для наступления. Но реальность внесла свои веские коррективы в планы. Единственная точка, куда я мог привести существ, не связанных кровью и маной с подземельем – катакомбы под городом Распорядителя. Переход через план огня не выдержал бы никто. Вот только и катакомбы – не то место, где можно выжить без посторонней помощи, а значит спасая пленников здесь – я обрекаю их на медленную смерть под землей.
– За короля! – взревел один из массивных рыцарей, в нарочно ярких золотых доспехах, поблескивающих в свете факелов. – Смести падаль!
– Началось. – мрачно констатировал я, глядя как воздух с ревом разрывают росчерки горящих булыжников, грозящих упасть прямо на кучи рабов за стеной. Твари все рассчитали, собрали пленников в одно пристрелянное место и сейчас готовы были уничтожить их одним метким выстрелом.
Вот только пока они красовались и подгадывали момент, в полной уверенности что неуязвимы, я уже активировал сотню метров по обе стороны от себя, и по моему приказу стена выросла, загородив рабов. Булыжники, политые смолой, с грохотом обрушились на укрепления, разбившись на десяток осколков. Кое где они оказались тяжелее и разрушили мое творение, но в основном сползли, оставив горящие пятна.
Обстрел продолжался еще десяток минут, пока обозленные командиры не скомандовали «Вперед» и живая волна не колыхнулась, громыхая подошвами. Их было много, но не достигнув такой важной первой победы они потеряли решимость. Стальные когорты шли, печатая шаг, но остальные двигались вперед совсем не так уверенно, а когда огненные шары обрушились на первые ряды и вовсе попятились.
Зачарованные доспехи и щиты рыцарей-дварфов легко выдерживали огонь, а вот обычным солдатам пришлось не сладко. Они кричали, отворачивая лица от пламени, матерились, стирая с лиц съежившиеся обгоревшие бороды и брови, но продолжали идти, подгоняемые задними рядами. Стоило порядкам дварфов приблизиться на сотню шагов и на мои стены обрушились потоки арбалетных болтов, стрел и ядер из пращей.
Наспех возведенные укрепления загудели, но выдержали, хотя несколько башен было уничтожено меткими, или случайными, попаданиями. Каменные башни, огрызающиеся на атаки противника пятисантиметровыми тяжелыми иглами, не могли удержать врага от наступления, но каждая выигранная секунда была ценнее золота, и я без сомнения вызывал все достроившиеся здания на передовую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Будь у меня одно сердце подземелья, и даже два – ситуация уже давно решилась бы не в мою пользу. Но сейчас все пять моих сердец бились в унисон, а маны едва хватало на то чтобы одновременно поддерживать строительство, открытые порталы, стрельбу башен и расширение территории, которое сейчас было для меня подобно воздуху. Увести всех и будь что будет.
Но противник не дал мне такой роскоши. Когорты тяжелых рыцарей-дварфов, скрипя доспехами, отгородившись от меня ростовыми щитами, продвигались вперед. Их мерное уханье повторяло эхо, и лязгая подбитыми ботинками по гранитной земле они приближались с неотвратимостью стального потока.
– Не успеют. – понял я, оглянувшись на спасателей тащащих к порталам рабов. Им нужно еще минут десять. Минимум. А значит я должен их обеспечить.
Возведя прямо перед собой метровое укрепление, и присев за него как за щит, я смотрел на приближающихся врагов. Они не стеснялись осыпать меня снарядами, а когда мой булыжник прилетел и упал у кого-то под ногами, раздался лишь довольный ехидный смех. Гранитный шар ничего не мог противопоставить броне рыцарей.
Граната – другое дело.
Взрыв прогремел, когда враги были прямо над магическим шаром. Пару даже подбросило, хоть и не высоко. Ударная волна прошла по рядам, сминая доспехи и выбивая из легких воздух. Да, погибло не много, всего трое дварфов, но ранения и контузию получило больше десятка, и строй в этом месте сломался. Следующую гранату они уже встречали с куда большей опаской, построившись в правильную четырехугольную черепаху и прикрыв щитами головы, так что не проскочит даже иголка.
Вот только я об этом уже думал и не раз. И даже создал для Химари отличное оружие против тяжело бронированных целей. Хоть и одиночных. Создав из активированной стены тяжелое каменное копье, я влил в него силу магмы, а затем, быстро сменив форму на защитную, с утроенной силой кинул в противника.
Дварф, на щит которого попало копье, чуть присел от внезапной тяжести, но товарищи помогли ему подняться, не опуская защиту. Они сумели сделать еще несколько шагов, пока раскалившееся до бела копье не прожгло в броне дыру, а затем взорвалось, осыпая противников потоками лавы и искр.
Вопли раненых прокатились по полю брани, а волна жара и запаха обгорелого мяса докатилась даже до меня. Вот только ни принесла даже капли радости. Враг испугался, и нормальной реакцией на такой страх стал гнев. Ярость, обращенная на того, кто посмел ранить их братьев и сослуживцев. На меня.
Взбешенные рыцари забыли о строе и порядках, нестройной буйной толпой мчась на последний рубеж моей обороны. Сами того, не понимая они выбрали лучший способ сражения с медленным и не самым точным оружием, изобретя рассыпной строй. Огненные башни не справлялись с наступающими, а каменных рыцари будто и не чувствовали, видя перед собой только одну цель.
Возведенные мной стены возвышались над полем боя, не позволяя взять нас в кольцо или с разбегу разбить наши в десятки раз меньшие силы. Но предусмотрительные дварфы тащили на загривках осадные лестницы, тараны, и не прекращали обстрел из требушетов. Главнокомандующий, в позолоченных доспехах и в окружении десятка отборных паладинов не отставал от передовых рядов, и его приказы рокотом катились по всему карьеру.
– Несите лестницы! Держать щиты! Выше! – орал дварф, мало чем отличающийся от линчеванного мной Железноборода. Разве что в густой седой шевелюре явственно виделись золотые цепи, выполняющие роль кольчуги.
– Сейчас. – приказал я, когда десяток самых храбрых воителей взобрались по лестницам, и на их головы обрушились удары либлинов.
Улучшенные духи камня, огня и смерти, получившие третий уровень, легко справлялись не только с рядовыми воинами, но и на равных сражались с рыцарями, выигрывая у последних в магических способностях и неограниченной выносливости, получаемой из запасов маны в подземельях.
Стоило их костяным клинкам, каменным шипам и огненным шарам найти свои первые жертвы, и в бой вступили тотемы смерти, словно насосы, выкачивающие из убитых души, и преобразующие их в ману для форпоста. В одно мгновение поток энергии многократно вырос, и огненные шары башен с новыми силами обрушились на врага.
