- Заключенные, внимание! - повелительно произнес синтезированный голос пародия на мужской баритон с металлическими нотками. - Мы находимся на орбите планеты Харон системы Вардена.
Для меня это была не новость, но для других арестантов наверняка настоящее откровение. "Бедняги", - подумал я.
- Сейчас ваши камеры откроются, - вещал динамик, - и вы выйдете наружу. Через тридцать секунд двери закроются и начнется вакуумная стерилизация боксов - так что медлить не советую.
Хорошенькое дельце! Вряд ли кто-нибудь замешкается.
- Выйдя в коридор, вы остановитесь в указанном месте. Каждого, кто сойдет с указателей, сожжет автоматическая система безопасности. Никаких разговоров. Дальнейшие инструкции вы получите позже. Приготовиться... Марш!
Дверь скользнула в сторону, и я нырнул в образовавшееся отверстие. Маленькая белая пластинка с нарисованными пятками показывала, где нужно встать. С некоторым раздражением я подчинился. Для абсолютно голого и беспомощного человека на борту корабля, управляемого исключительно компьютером, скромность - наиболее эффективная линия поведения.
Осторожно оглядевшись, я уверился в своей правоте. Мы стояли в длинном, закрытом с обоих концов коридоре, вдоль которого тянулись двери камер. Точное количество арестантов определить было трудно, но на пер-, вый взгляд человек десять-двенадцать, не больше. Соль земли, угрюмо подумал я. Дюжина мужчин и женщин - в основном мужчин - голых, грязных и избитых. Искоса рассматривая соседей, я пытался понять, что такого нашли в них психиатры, чтобы сохранить им и жизнь, и личность одновременно? Сами заключенные, очевидно, не имели об этом ни малейшего понятия. Интересно бы узнать, кто имел.
Двери с треском захлопнулись. Я прислушался - не раздастся ли сдавленный крик, но ничего не услышал. Динамик вновь ожил.
- По моей команде, - послышался тот же голос, - вы повернетесь направо и, соблюдая дистанцию, медленно пойдете вперед. Вы попадете в челнок, который доставит вас на поверхность. Занимайте все места подряд, начиная с передних. Сразу же пристегнуться.
Кто-то тихонько выругался, и тут же из стены вырвался мощный столб света и вонзился в пол у самых ног нарушителя - для устрашения. Ворчание мгновенно стихло.
После небольшой паузы голос скомандовал:
- Напр-ра-а-а-ВО!
Мы немедленно подчинились.
- По одному, вперед - шагом марш!
В гробовом молчании мы осторожно двинулись вперед.
Холодный металлический пол обжигал ступни' - впрочем, здесь вообще царила жуткая стужа, как в хорошем морозильнике.
Челнок неожиданно оказался удобным и вполне современным, хотя жесткие кресла явно не предназначались для голых задниц. Я уселся в четвертом ряду и сразу же пристегнулся. Мое беглое впечатление оказалось верным - заключенных было одиннадцать человек.
Люк автоматически закрылся, перегрузка бесцеремонно вдавила нас в кресла, и челнок устремился к планете, унося обреченных навстречу судьбе.
Для тюремного транспорта корабль подозрительно хорош, с подозрением отметил я. Очевидно, один из тех, что регулярно курсируют между планетами Ромба.
Динамики захрипели, а затем раздался приятный женский голос. Я сразу же почувствовал себя гораздо лучше.
- Добро пожаловать на Харон, - проворковала невидимка словно от чистого сердца. - Вам, по-видимому, не надо объяснять, что Харон - конечный пункт путешествия и ваш новый дом. Хотя отныне вы не можете покинуть систему Ромба Вардена, зато автоматически перестаете быть заключенными и становитесь гражданами Ромба. Вы не подчиняетесь юрисдикции Конфедерации уже на борту нашего корабля - коллективной собственности Ромба Вардена, флот которого насчитывает четыре пассажирских челнока и шестнадцать грузовых транспортов. Совет системы - официальная инстанция, осуществляющая управление Ромбом. Мы признаны суверенным субъектом Конфедерации и даже аккредитованы на Всеобщем Съезде Конфедерации. Каждая из четырех планет обладает собственной административной системой управления, независимой от остальных. Отныне вы начинаете новую жизнь, и ваше прошлое не имеет никакого значения. В расчет будет приниматься только ваша деятельность в качестве граждан Харона.
Голос на мгновение умолк, давая возможность ошеломленным пассажирам прийти в себя. Огромный контраст в социальном положении все восприняли как нечто чрезвычайное.
- Через пять минут мы совершим посадку в космопорту Хонуф, - вновь сообщил динамик. - Там вас встретит представитель администрации, который выдаст вам одежду, доставит в ближайший центр первоначальной подготовки и ответит на интересующие вас вопросы. Здесь у нас очень жарко и влажно, а уровень техники намного ниже, чем, вероятно, кое-кто из вас думает. В общем, Харон очень напоминает хорошо известную вам границу - однако вас ждут и кое-какие сюрпризы. Но не спешите расстраиваться - здесь есть свои преимущества. Итак, милости просим.
До самой посадки никто не обронил ни слова - отчасти от того, что произошло на корабле, отчасти из-за нервного потрясения, вызванного только что услышанным, заключил я.
Челнок стремительно шел на снижение; в плотных слоях атмосферы корпус часто содрогался, но в целом полет проходил на удивление плавно. Затем аппарат выровнялся и мягко опустился точно в посадочный док.
Не прошло и минуты, как послышался свист воздуха, наполняющего шлюзовую камеру; индикатор постепенно сменил цвет с красного на оранжевый, а потом на зеленый. Легкое шипение - и люк плавно открылся.
В первое мгновение никто не двигался, но затем сидевшие рядом с выходом поднялись и вышли; я последовал за ними.
Причальная палуба выглядела вполне современно; кондиционеры работали превосходно. Два обыкновенных с виду человека, мужчина и женщина, уже поджидали нас. Они были в темных трикотажных рубашках и шортах; на ногах сандалии на толстой резиновой подошве. Эта парочка больше напоминала курортников, нежели официальных представителей местных властей.
- Милости просим, - сказала женщина тем самым голосом, который мы только что слышали в челноке. Очевидно, он дистанционно управлялся с поверхности. Подойдите к столу и выберите подходящую одежду, - добавила она деловым тоном.
Среди мужской конфекции ничего на мой рост не оказалось, и мне пришлось отправиться в женскую секцию. В этом не было ничего особенного, вряд ли мужская и женская одежда на Хароне сильно различалась, но у меня зародились определенные подозрения об источнике комплексов и проблемы ложной самоидентификации Парка Лакоша.
Несколько модифицированный пляжный костюм был, похоже, униформой в этом... как его... Хонуфе. Про себя я прикидывал, является ли его материал также и водоотталкивающим.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
