себе альфу, а он не очень-то стремится тебя удержать?
Приезжий мужчина внезапно оказался рядом и с ненавистью рассматривал Салаха. Охрана Вилена сразу бросилась наперерез незнакомцу. Охрана Салаха подбежала и встала по бокам. А Вилен, услышав голос мужчины, взвизгнул и бросился за спину Салаха, судорожно схватившись за его халат.
— ОТПУСТИ МОЙ ХАЛАТ! — с расстановкой произнес Салах, и, увидев непонимание на лице омеги, пояснил, — иначе вечером окажешься в моем гареме наложником!
Вилен отпрянул от Салаха, как от прокаженного, вытирая свои руки о полы своей одежды и с ужасом глядя на Салаха. Он выставил вперед кулаки, приготовившись к драке.
— НИ ЗА ЧТО! — Вилен набычился, выставив вперед челюсть и с ненавистью рассматривая Салаха и незнакомца. — Живым не дамся! Я буду бороться за свою свободу и независимость!
— Да на здоровье! — фыркнул в ответ Салах, а Вилен моргнул несколько раз, совершенно растерявшись.
— Представьтесь, — Салах надменно посмотрел на чужака.
— Юстиниан Вителли, — альфа с вызовом посмотрел на Салаха. — Я жених и ПАРА Вилена! Этот несносный ребенок сбежал прямо с бала, на котором было объявлено о нашей помолвке!
— Я вернул кольцо! — Вилен показал пальцы без единого украшения. — И записку оставил, в которой написал, что разрываю помолвку! Вы не можете заставить меня! Я не хочу и не буду! — омега закричал с надрывом, сжимая кулаки у груди. — Почему все решают, что будет лучше для меня? Я сам буду решать, что мне делать в этой жизни! И я уже не ребенок! — Вилен расплакался.
— Ребенок, ребенок, — Салах подошел и погладил Вилена по голове, как маленького, а потом, развернувшись, грозно посмотрел на замершего гостя. — Вилен — немеченный омега, находится на положении биби в эмирате Ад-Дин под покровительством моего супруга. — Салах вернул гостю надменный взгляд и громко добавил. — Вилен — гость в моем доме и находится под моей защитой!
— Но… — Юстиниан хотел возразить, но увидев, как Салах прищурился и поджал губы, обвел взглядом людей, стоявших на площади перед мечетью, замолчал и склонил голову.
— Проводите Вилена во дворец, — Салах махнул рукой альфам, и те пошли рядом с Виленом, который старался выглядеть независимо.
— Вилли, милый это глупо, — Юстиниан посмотрел на прошедшего мимо омегу и повел носом. — Мы же с тобой ПАРА! У тебя скоро течка, вернись ко мне, мы ведь созданы друг для друга! — Увидев, как дернулся омега, он пошел за ним, продолжая уговаривать ласковым голосом. — Вилли, любимый, ну что ты? Почему ты уехал, нам ведь было так хорошо вместе! Чего ты испугался, дурачок? Давай поговорим!
— Раньше надо было говорить! — Вилен зло посмотрел на альфу в белом костюме. — Я уже все решил! Я не хочу быть чревом, способным только на рождение потомков! Я умный и хочу сам решать, что мне делать! Хочу карьеру и интересные дела. А если тебе нужен тупой инкубатор только для того, чтобы вынашивать детей, а потом утирать их сопливые носы, то поищи кого-нибудь другого!
Вилен надменно вздернул нос и ушел. Следом за ним шли его охранники. Альфа посмотрел ему вслед, даже не делая попыток вернуть омегу, и с досады топнул ногой. После того как Вилен скрылся за поворотом, он развернулся и посмотрел на Салаха тяжелым взглядом.
— Я бы хотел обсудить с вами нашу ситуацию, — Юстиниан оценивающе посмотрел на Салаха.
— Нашу? — Салах поднял бровь и ухмыльнулся. — Меня с вами ничего не связывает! И, вообще, я занят! Хотите поговорить — подайте секретарю прошение об аудиенции! Итак, хазраты, — Салах развернулся к Марку и замершим имамам, — на чем мы остановились?
Салах, как ни в чем ни бывало, продолжил разговор об освещении мечетей. Отдав несколько окончательных распоряжений и не дождавшись возражений у растерянных имамов, он коротко склонил голову в поклоне перед имамами и ушел. Юстиниана подобное поведение наследника, похоже, развеселило, он хмыкнул и пошел следом. Он шел следом за Салахом, до гостиницы, которой владел брат Салаха. У входа Салаха сразу подхватили и утащили во внутренний дворик ресторанчика, где сразу начали пичкать едой, одновременно расспрашивая, как дела у оми.
Салах каждый раз, оказываясь в гостях у брата, удивлялся, как он похож на оми. Хотя возраст наложил на него уже свой отпечаток, но все равно брат в свои тридцать лет был красивым мужчиной с лукавыми, как у оми глазами. Братья разговаривали до вечернего намаза. Салах пожаловался, что не может набрать в совет Дивана толковых людей и спросил, кого бы брат посоветовал из успешных торговцев и осевших караванщиков. А заодно пригласил брата присоединиться к нему и войти советником в Диван.
Брат был очень удивлен и растерян, он не ожидал подобного предложения и начал было отказываться, но Салах остановил его и попросил хорошенько обдумать его предложение. Брат, задумавшись, переглядывался со своим мужем, который застыл в дверях с открытым ртом.
***
Утром Салах убежал еще до рассвета, его вызвала городская стража. Ночью напали на шахтерский городок, и Салах умчался на багги с «дежурными» альфами на разбор происшествия. Дэйчи понял, что уже не уснет, оделся и вышел из комнаты. Решив поработать, он прошел в кабинет и увидел, что в комнате Сашши тоже горит свет. Друг сидел на кровати, уставившись в стену стеклянными глазами, и шевелил губами. Когда Дэйчи обнял его, он только вздрогнул от неожиданности.
— Не могу спать, — честно признался омега. — Айюб устал и расстроен. Он вчера злился так, что у меня тряслись руки, и я ничего не мог делать. Скажи, что я сам себя накручиваю и все придумал? Я устал… Все так тяжело и неопределенно! Я, наверное, уеду после того, как разберусь с тем оазисом. Умар очень толковый, он уже читает и пишет на общепланетарном языке. Я теперь пишу ему записки, что надо сделать и в какой последовательности. Он их собирает в папку и хранит. Так что, они будут ему подсказками после того, как я уеду. Жаль, не успею дождаться урожая винограда. Он только-только прижился…
Сашши поежился от утренней свежести и запахнул покрывало плотнее.
— Пойдем, искупаемся, — Дэйчи не знал, чем помочь другу, — а потом наедимся вкусностей и напьемся хорошего кофе. Будем его пить, пока глаза не выскочат из орбит! — Дэйчи обнял его за
