Между тем Айрин была на глубине в двадцать футов, задерживая дыхание, и до боли осознавая тот факт, что жить ей осталось недолго. Ей нужно было побыстрее раздавить Бриджид, ибо у неё кончался воздух — но как бы она ни давила, безумная волшебница наверху отказывалась сдаваться.
Луч надежды осветил сердца Айрин, когда она почувствовала, что Бриджид будто слабеет — но затем она выяснила, почему. Она почувствовала через почву движение цепи, которая ползла к ней по мере того, как Бриджид заставляла оружие вгрызаться в почву всё глубже и глубже. Доберётся ли до неё цепь, или она раньше потеряет сознание от недостатка воздуха — вопрос этот был открытым, но было ясно, что она проиграла.
Но это не значило, что она собиралась перестать бороться. Айрин приготовилась обратить свои усилия вспять. Внезапное изменение направления её силы должно было послать Бриджид в небо, и позволить ей высвободиться из земли.
— «Держи её, Рэнни. Ещё минутку!»
Это был Коналл. Он развеял свой щит над остальными, и хотя сила его была растрачена, у него всё ещё был его меч. Айрин чувствовала его над собой, когда он бежал по развороченной земле. Цепь Бриджид сменила направление движения, пытаясь выбраться на поверхность достаточно быстро, чтобы её защитить — но было слишком поздно. Бриджид тоже боролась, пытаясь обратить свою силу на Коналла, но Айрин давила её, заглушая эйсар дикой женщины своим собственным.
А потом Коналл добрался до цели, и его золотистый клинок срубил голову черноволосой женщина с её плеч. Всё закончилось.
Когда Айрин выбралась на поверхность и смогла снова вдохнуть, её сердце бешено колотилось. Лёжа на грязной земле, она посмотрела на Коналла, и осознала, что они были одни.
— А где все?
Коналл улыбнулся в ответ, и позволил своей голове опуститься вперёд, положив её на колени:
— Керэн перенесла их в дом, хотя Грэм и его отец с этим сильно спорили. Я сперва подумал, что ты с ней справилась, — сказал он. — Но эта девушка была хуже Тириона. — Секунду спустя он одарил её извиняющимся взглядом: — Но ты всё равно была сильнее, Рэнни.
Она покачала головой:
— Но решило всё не это. Она, наверное, убила бы меня, или тебя, но в том-то и разница, так ведь? Она сражалась не только со мной. Она сражалась с нами.
Её брат покраснел, смущённый:
— Я почти ничего не сделал. Это всё ты.
— Ты сделал достаточно, — парировала она.
Глава 48
Дориан расхаживал взад-вперёд, треща по швам от фрустрации — и Грэм с Алиссой были немногим лучше. Наблюдая за ними, у Роуз появилось уверенность, что они сотрут полы.
— А остановиться вы не можете? — пожаловалась она.
Керэн исчезла минуту тому назад, и когда она вернулась с Айрин и Коналлом, все наконец расслабились. Как только напряжение спало, внимание Дориана направилось на молодую женщину, глазевшую на него всё это время. Карисса стояла поодаль, в боковой части комнаты, будто боясь подойти, но взгляд её не отрывался от его лица.
Грэм и Алисса также изучали Дориана взглядами, каждый — по своим причинам, а Роуз смотрела на них на всех. Никто не знал, что сказать, и казалось, что каждый ждал, что разговор начнёт кто-то другой.
Прочитав настроение в комнате, Мёйра взяла Керэн за руку, и бросила взгляд на Айрин и Коналла:
— Давайте не будем их стеснять. — Алисса встала, чтобы уйти вместе с ними, но Керэн покачала головой.
Роуз положила ладонь Алиссе на плечо:
— Тебе следует остаться. Ты же в семье, забыла?
Пока Роуз подбадривала свою будущую невестку, Карисса нерешительно подошла к Дориану, но смотрела при этом на Грэма. Казалось, она набиралась уверенности у брата, будто находившийся в комнате незнакомый мужчина её пугал.
— Меня зовут Карисса, — нерешительно сказала она, чувствуя себя глупо, когда осознала, какую чушь она несёт.
— Я знаю, — глухим голосом сказал Дориан. — Поверить не могу, какая ты красивая. Когда я видел тебя в последний раз, ты была такой маленькой. — Он поднял руки, показывая, будто держит на руках младенца, а потом сдержанность подвела его, и он зарыдал. Не зная, что делать, Дориан стоял сам по себе и плакал, боясь протянуть руку, но слёзы сдерживать не мог.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Грэм подтолкнул сестру, и Карисса шагнула вперёд, обняв отца. Она не плакала, потому что практически его не знала, и ничего не ощущалась для неё реальным. Дориан поднял взгляд, и протянул руку Грэму, стоявшему рядом с увлажнившимися глазами:
— Иди сюда, Грэм.
Они обнялись втроём, и когда Грэм стал шмыгать носом, у Кариссы на глаза навернулись слёзы. Вообще, к тому моменту сухих глаз в комнате не было ни у кого, и Роуз притянула Алиссу к себе, глядя на Дориана и его детей. После минуты-другой Грэм и Карисса оторвались от него, и Роуз больше не в силах была держаться.
Она бросилась ему в объятия, и все снова расплакались.
— Я так по тебе скучала! — рыдала она, совершенно потеряв свою обычную сдержанность.
— Мне так жаль, — сказал Дориан, повторяя эту фразу снова и снова. — Не надо было тебя бросать.
Подняв голову, Роуз поцеловала его, чтобы остановить поток извинений:
— Ты не виноват, — мягко сказала она, прежде чем поцеловать его щёки, подбородок, нос. Она взяла его лицо в ладони, и смотрела на его черты, будто пытаясь выжечь их в своём разуме.
Тут взгляд Дориана расфокусировался, и его веки начали опускаться.
— Мне так спать хочется, — пробормотал он.
Грэм же заметил нечто совершенно иное:
— Он тает!
Роуз встревоженно опустила взгляд, и увидела то, что заметил Грэм. Нижняя часть тела Дориана стала просвечивать:
— Что? Нет!
Снова открыв глаза, Дориан заставил своё внимание снова обратиться на них:
— Не думаю, что смогу остаться. — Поспешно говоря, он посмотрел на каждого из них, начиная с Алиссы: — Я благодарен за то, что ты есть. Позаботься о моём мальчике. — Затем он обратился к Кариссе: — Прости, что меня не было. Ты превзошла все мои ожидания. — Грэму же он сказал: — Я горжусь тобой, сын. Береги их.
Его последние слова были адресованы ей:
— Я люблю тебя, Роуз. Ты справилась гораздо лучше, чем смог бы я сам.
Она вцепилась в него:
— Это неправда. Не уходи. Ты мне нужен. Я люблю… — Но он полностью исчез, когда она заканчивала: — …тебя. — Крик Роуз эхом разошёлся по дому — то был тоскливый вой, терзавший сердца каждого, кто его слышал.
Однако она была не одинока. У всех был повод для горя, и все они потеряли близких — сестру, отца, или, в случае с Роуз, обоих возлюбленных.
* * *
Я стоял во дворе Замка Камерон. Созданная мной чёрная крепость высилась вокруг, впитывая солнечный свет и переливаясь в странных местах. С тех пор, как я создал замок, он остыл, хотя для того, чтобы он был готов к проживанию, ещё требовалась существенная доработка.
Наверное, жить в нём буду уже не я. Мой сын, Коналл, теперь был Графом ди'Камерон. Учитывая то, что Королева пошла на попятную, она скорее всего готова была вернуть мне титул, но я не мог вообразить себя снова на этом посту — только не в отсутствие Пенни. Время прошло, и был период, когда против меня был весь мир. Пытаться вернуть своё место здесь ощущалось неправильно. Я не мог забыть, и не мог притворяться, что ничего не произошло.
Я немного побродил без всякой цели, не зная, что с собой делать. Замок ощущался пустым и заброшенным, как и я сам. Я хотел выбраться наружу, поскольку знал, что меня ждали родные, но ни один из телепортационных кругов не работал. Те, что находились в промежуточной станции, были намеренно испорчены, а когда я попытался создать новый, который перенёс бы меня к мастерской в моём горном коттедже, тот не сработал. Защитные чары вокруг замка были активны, поэтому ни входа, ни выхода не было — по крайней мере до тех пор, пока я не смогу найти управляющие элементы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тайной управляющей комнаты в замке уже не было — это было необходимо при его перестройке. Мой план состоял в том, чтобы восстановить её на прежнем месте после того, как будет готов интерьер, но время для этого ещё не настало. Тем не менее, кто-то включил щит, и это значило, что они заново соединили где-то ключ.
