Идея Шизы набрать уполномоченных комиссаров из дворян нехейцев мне понравилась. И после осмотра нового места обороны, занятого корпусом, при поддержке примерно семи тысяч дворянского ополчения, я признал расстановку сил удовлетворительной и на коне телепортом убыл к замку отца.
Стражники на стенах обомлели, когда рядом с воротами появился прямо из воздуха всадник. Сам замок, со времени моего последнего посещения не изменился. Серые, сложенные из грубо обработанного камня, высокие стены. Мрачный донжон с узкими бойницами, высившийся над стенами, черные от времени дубовые ворота и узкая грязная дорога ведущая к замку.
— Привет, Костомеля! — крикнул я знакомому дружиннику отца, глазеющему на меня сверху. Ирридар их знал всех в лицо. Вырос с ними, учился военному мастерству…
Ирридар, который стал частью меня если не большей половиной, передал мне не только тело, но и свою память.
Было холодно. Здесь в горах всегда дули пронизывающие ветра. Поздняя осень плавно перешла в раннюю зиму. Тающий нег, слякоть и туманы одели горы в грязные лоскутные покрывала…
— Это кто? — раздалось сверху.
— Дядька Костомеля, не узнаешь? Это я Ирридар.
— Это как? — вновь спросил простодушный стражник.
— А вот так. — засмеялся я. — Сообщи барону, прибыл по делу герцог Фронтира Ирридар тан Аббаи Тох Рангор, Владетельный лорд Дома Высокого хребта из Снежных гор.
— Чего?… — Стражник впал в оторопь. — Какой владетельный герцог из Франтовских гор. Иди отседава, чужак…
— Костомеля, сообщи обо мне начальнику смены стражи и все — смирился я с недоумением стражника. Тот присмотрелся и радостно закричал:
— Малыш, Ирри, это ты?
— Я дядька. Чего не пускаешь?
— Так тебя малой не узнать. Повзрослел. Чудно выражаешься… Все шутишь?
— Ну типа того, сообщи обо мне…
— А как сообщить? Ты же вроде отщепенец и тебя не приглашали…
— Костомеля, — терпеливо попросил я, — просто сообщи по команде, что прибыл Ирридар Тох Рангор по государственному делу. Я не по-родственному прибыл.
— А-а-а… Так ты, стало быть, теперь не Аббаи. Теперь, ты Тох Рангор. В примаки, приживалы пошел значит. И жёнин титул взял?…
— Нет, дядька, я не женился. Это орки мне титул такой дали. Я теперь родственник самого Великого хана.
— Не брешешь?
— Дядька, за такие слова могу и в морду дать…
— Вот теперь, вижу, что ты всамоделошный малыш Ирридар, — довольно заулыбался щербатым ртом стражник. — Погодь, я брату твоему сообщу. Отец приболел. Он скрылся и за стеной послышался его зычный крик.
— Варгар, стервец, сообщи его милости тану Орридару, что прибыл малыш Ирридар…
— В ответ раздалось ленивое.
— А чего он прибыл? Его звали?
— Нет.
— Тогда пусть едет от седова…
— Он по делу, чудак ты этакий. Сообщи говорю. Иначе гнев его милости тебя достанет.
— Да за что, дядька?
— Я тебе не дядька, а старший смены. Иди говорю.
— Да иду уже…
Пришлось ждать почти двадцать ридок. Калитка открылась и в ней показался хмурый Орридар. Посмотрел на меня и спросил?
— Чего хотел?
— В замок пустишь или здесь переговоры вести будем?
— Что за переговоры?
— Я должностное лицо королевства Вангор. «Скорпион» его величества. Облечен властью вести переговоры от имени королевской службы безопасности.
— И что это значит?
— А то, что мне надо поговорить с бароном, владельцем этого замка, а заодно с твоим младшим братом Черридаром.
— Что за разговор с братом?
— Хочу сделать его графом.
— Не смешно.
— А я не смеюсь, Орридар. Я теперь герцог Вангора. Четвертый человек в королевстве. Могу показать жалованную грамоту.
— Покажи! — потребовал брат Ирридара.
Я не злился. По традициям нехейцев, выдворенный младший сын, не может без приглашения, прибыть в замок отца просто так. Для этого нужна веская причина. Она у меня была и я терпеливо ждал, когда Орридар прочитает жалованную грамоту короля. А он читал ее, шевеля губами и перечитывал уже в десятый раз. Даже перевернул и посмотрел обратную сторону.
— Но… Как? — поднял он на меня изумленные глаза.
— За верную службу, Орридар. — Я не стал называть его братом. По сути, после изгнания мы стали чужими и первым признать родство должен он.
Он потоптался на месте и вернул мне грамоту. По его лицу видно было, как сильно защемило его самолюбие. Еще бы. Он то был первенцем и гордился этим первородством, получил наследство, будет бароном после смерти отца. А я, выкидыш из семьи и добился того, о чем он не мог и мечтать.
— Лицо Орридара потемнело, но он сдержался, справился с ошеломлением испросил:
— Ты правда хочешь брата сделать графом?
— Да, после женитьбы на моем вассале.
— На мужике?
Видимо жалованная грамота герцога подействовала на его мозги, не лучшим образом.
— На девушке благородного происхождения, — сохраняя терпение ответил я. — Мегги. Она была в замке.
Орридар глубоко вздохнул и поджал губы. Он полуобернулся и крикнул за спину:
— Открывай ворота.
— Проезжайте, ваша светлость… Я сообщу барону о вашем визите.
Стражники, не скрывая удивления приняли моего коня, а Орридар повел меня в гостиную залу.
Замки нехейцев были построены грубо, надежно и без изысков. Главное — это выдержать штурм и осаду. Везде в стенах бойницы и сквозняки, а еще затхлый запах сырости. С кухни тянуло вонью подгоревшей пищи. Во внутреннем дворе повседневная суета. Снуют слуги. Под навесом вместе с привязанными под навесом лошадьми лежали свиньи, бродили куры, гуси и козы. Вся эта живность блеяла, кудахтала и путалась под ногами. Орридар ногой отфутболил курицу и та, истошно вопя и маша крыльями улетела. В зале, на третьем этаже донжона, где собирались на трапезу, было прохладно, хотя горел камин и громко трещали толстые поленья. Я не почувствовал здесь что-то родное и близкое. Бедное убранство и скудность жизни в замке отца не нравились даже Ирридару.
— Жди, — кратко произнес Орридар. Он ушел, а я сел за стол и потер руки. Обычный прием бедных нехейцев дворян, экономящих на всем. Отец был слишком горд и моих денег он не принял. Брат Ирридара, Орридар по моей протекции и за мои деньги выписал мага из Академии и того, кого рекомендовал я. И только. С ними было трудно общаться, но выхода у меня не было. Мне нужны были эти нехейцы.
Вскоре, шаркая ногами по полу, появился бледный отец Ирридара. Он был укутан в шерстяной грубый плащ. Увидел меня и даже не улыбнулся. Прошел к столу. Я встал и отвесил легкий поклон уважения головой.
Кряхтя, барон сел.
— Садись — разрешил он мне. Я сел. — Говори, зачем пожаловали, господин герцог.
— Господин барон, — начал я официально. — Я «Скорпион» его величества, тайный стражник. Вангор сейчас отражает атаки Лигирийской империи. Началась война. — Барон промолчал, но брови его вздернулись. Он более внимательно стал слушать. — И надо сказать, — продолжил я, — что пока первые дни войны для Вангора идут вполне успешно. Но еще не вступали в бой регулярные войска империи. Сражения идут с ополчением. Война вскрыла существенные проблемы, которые требуют решения и решения жесткого. Командиры регулярных войск ленивы и неповоротливы. В бой их нужно гнать палкой. Они скорее сдадуться, чем будут сражаться. Лорды независимы и своевольны. Они и вовсе не хотят воевать, и делают все, чтобы уклониться от войны. Это я говорю, чтобы вам была понятна ситуация, из-за которой я прибыл в Нехейские горы. Если так будет продолжаться и дальше, то Вангор проиграет войну. Королевство предадут старшие командиры и лорды ополчения. — Глаза барона гневно блеснули в них появился тот прежний хищный взгляд, который известен всем в этом мире. Взгляд нехейца готового умереть, но не посрамить чести. Действия аристократов Вангора его сильно возмутили.
Нехейцы с радостью бы пошли на войну, только если бы их позвали как наемников. Но король и военное руководство не стало звать горцев. Скорее всего пожалели денег. А мне они, как военная сила не были нужны, у меня были орки.
