— Я хочу нанять дворян нехейцев и наделить их правами старших комиссаров. Они должны заставить командиров и дворян королевства воевать. Силой или убеждением если надо суровыми мерами, вплоть до казни.
По мере моего рассказа глаза барона становились все шире и шире.
Я замолчал, давая, ему время подумать. Барон был умен и соображал быстро.
— Значит вам нужен кнут, чтобы заставить вангорцев воевать усерднее, — произнес он. Я кивнул.
— И их служба будет определяться приказами короля?
Нет, приказами командующего корпусом. Ему дали обширные права, казнить и миловать. Главное добыть победу.
— Понятно. И сколько вам нужно комиссаров?
— Два десятка, не меньше, господин барон. И каждый должен иметь отряд из пяти бойцов, чтобы он мог знать, что происходит в полку или в ополчении, арестовывать и использовать их, как карающий меч.
— Столько дворян найдется, — кивнул барон. Пойдут наследники, приживалы и может кто из баронов. — Приживалами или примаками называли младших сынов, которых другие бароны брали к себе, выдавая за них своих дочерей. Если у барона не было наследника примак становился наследником. Если наследник был, но он барон не хотел отдавать дочь на сторону, то для них бароны строили небольшие укрепленные замки на границах и давали для прокорма деревеньку с людишками. Примак набирал небольшую дружину и охранял границы со стороны пустоши или наглого соседа. Территориальные споры, как я знал среди баронов, были нередки.
— Какая плата? — спросил барон и вновь его глаза блеснули, но теперь блеском будущей наживы. Я не стал мелочиться.
— По тысячи золотых каждому, плюс трофеи и десять процентов от имущества казненных за предательство короны.
Отец кивнул и складки на его суровом лице разгладились. Он увидел в моем предложении для себя и для других баронов возможность поправить материальное положение и не ущемить при этом свою гордость.
— Когда нужно собрать комиссаров? — спросил он.
— Через семь дней они должны быть в поместье дядьки Овора.
Барон вновь кивнул, а я, как заправский фокусник стал вытаскивать из сумки кошели с золотом. Закончив, пояснил.
— Тут десять тысяч золотых илиров, аванс, — добавил я, глядя на ошеломленные лица барона и Орридара. — И еще хотел бы, решить один важный для меня вопрос. Я прямо посмотрел на барона. — Черридара я сделаю графом на моих землях. И хочу забрать младшую сестру. Не сватайте ее. Я готов ее выкупить.
Барон опустил голову и задумался.
— Ты высоко взлетел, Ирридар, — он назвал меня по имени. Это гордость для нашего рода. Что ты хочешь сделать с Белкой? — Белка, была кличкой непоседливой сестренки. Я улыбнулся.
— Тоже хочу сделать баронессой или даже графиней, там я решу, как быть.
— Выдашь замуж?
— Нет, она будет сразу баронессой и полновластной хозяйкой.
Отец кивнул.
— Хорошо. Выкуп три тысячи золотых, как за графиню.
Я выложил на стол еще шесть мешочков.
«Вот», — произнес я и убрал руку от золота. И я хочу забрать с собой и брата, и сестру.
— Им надо собраться…
— Я дам им все что нужно.
Барон молча кивнул. Хотел подняться, но я рукой удержал его.
— Что еще? — он с недоумением посмотрел на мою руку.
— Я хочу вас полечить, господин барон. И хочу знать, почему ваш маг — лекарь вас не лечит?
Лето выдалось не очень удачным для нас, — барон осторожно убрал мою руку со своей. Три деревни разграбили мутанты из пустоши. Пришлось закупать зерно, скот и пополнять дружину. Мага перепродали соседям… — Рассказав все это, барон отвел глаза.
— Понятно, — произнес я и подумал, — как всегда. Земли барона ближайшие к перевалу ведущему в проклятые земли. И его деревни страдают больше остальных. Из-за частых набегов мутантов, бедность не покидает баронство. — А как живут тролли что я поселил на перевале?
— Их там нет, ушли. Куда неизвестно.
— А драгоценные камни, что я дал вам в прошлый приезд?…
— Тратим помаленьку, но держим на черный день, — ответил барон.
Отец Ирридара, как был скупым, так скупыми и умрет, вместе с камнями. Продал мага, а камни приберег. Не понимаю я стариков… Ну да ладно, не мое это дело. Я подал барону эликсир.
— Выпейте, барон. Это вас исцелит.
Он поколебался перекинулся взглядом с Орридаром, но бутылочку взял. Осторожно открыл и выпил.
— Отец, — произнес впервые за время нашего разговора Орридар, я хочу пригласить Ирридара погостить.
— Барон одобрительно кивнул.
— Ирридар, погости у нас, я приглашаю тебя, как наследник — торжественно предложил Орридар.
Я улыбнулся.
— Спасибо, брат, спасибо отец. — При приглашении, родственные связи на время восстанавливались. — Но сейчас, я не могу принять ваше приглашение, нужно отправляться на фронт. Я там нужнее. Но если приглашение останется в силе, я как-нибудь посещу замок вместе с женами.
Отец вновь одобрительно кивнул.
— Орридар, — приказал он. — Сходи, позови мать, брата и сестру. Пусть обнимутся с братом и сыном. Потом дети пусть собираются убыть с Ирридаром. На обед хоть останешься? — спросил отец. Я, понимая, что ему это будет приятно, кивнул.
В зал вошла мать Ирридара, погрузневшая, но такая же красивая, как и в молодости. За ней стояла Юллия сестренка и Черридар, крепкий мужественный парень с подстриженной бородкой. Зимой ему исполниться шестнадцать и его выпрут из замка, как и меня. Отроком его не назовешь. Я в плечах его догнал и был на пол головы выше.
Юллия высовывалась из-за юбки матери, то слева, то справа, но вперед не лезла, хотя очень хотела.
Мать Ирридара подошла поцеловала меня в лоб. Брат обнял сдержанно, как подобает взрослому мужчине. А сестра прыгнула нашею и завизжала.
— А правда, что ты нас с Черри заберешь с собой? — накинулась она с вопросами. И правда, что ты уже герцог? А я графиней стану?…
Но барон ее осадил.
— Цыц малявка. Имей терпение и веди себя, как подобает благородной даме…
Девчонка спрыгнула с меня и вновь спряталась за матерью. Оттуда показала мне язык.
Королевство Вангор. Замок Тох РангорЯ мог бы отказаться от родства Аббаи. Ирридар был отщепенец. Безземельный дворянин, лишённый родства. Законы нехейцев позволяли оставить просто Тох Рангор, герцог Фронтирский, Владетельный лорд Дома Высокого хребта из Снежных гор, титул, который я добился без опоры на род. Но подумав, решил оставить в титуле упоминание своего нехейского происхождения. Это был мой долг, перед ушедшим в никуда молодым, нехейским дворянином.
Забрав брата и сестру, я коротким подземным путем, который проложил еще в прошлый приезд в замок отца, вернулся в свой замок.
По дороге Черридар хранил молчание, а Юллия замучила меня вопросами. Как мы странно едем? Почему? А куда приедем? А что это? А почему под землей? А это что? Куда это пошла дорога? Почему это?…
Я отвечал терпеливо и односложно: потом узнаешь, еще не время, это секрет. В конце концов обиженная девочка замолчала и надулась.
Вышли мы в подвале замка. Эти короткие пути показал мне староста подземных гоблинов, с которыми я подружился, как ученик их кумира и бога, лежащего в анабиозе рядом с их подземным поселком. Староста знал, что я вру. Но с моей нечаянной помощью он стал старостой и решил, что уличать меня при всех в обмане, не стоит. Еще подарил мне дворфу Лию. Давно их не навещал, надо бы заглянуть к ним с подарками, да времени все нет.
Я оставил лошадей в большом загоне, где сидели некоторое время тролли, потом пленные иномирцы. И втроем мы вышли во внутренние покои донжона. Я послал мысленный сигнал по кровной связи невестам, что я дома и направился в столовую.
Первой туда забежала Лия. Она, увидев меня, обрадовалась и начала хлопотать, споро распоряжаясь слугами, чтобы накрывали стол, приняли лошадей, подготовили две гостевые спальни. Вскоре вошли мои невесты, вернее жены, но для порядка, нужно было еще провести свадебный пир и чтобы узаконить наши отношения, вписать их в жалованную грамоту. Короче пьянка и бюрократия, как неотъемлемые части жизни любого мало мальски развитого общества, присутствовали и здесь.
