class="p1">— Нет, конечно, — пожал он плечами. — Наоборот. Мы всё ещё можем договориться.
— Оу, прям даже интересно стало, — перевёл я на него взгляд.
— Отдай мне планшет, и я забуду о твоём существовании, — произнёс он. — Твоём и твоих близких.
— Какой планшет? — изобразил я непонимание.
— Тот самый, который ты достал из лаборатории, — ответил он.
Вот тут я реально удивился.
— Не понял. Какой ещё лаборатории? — спросил я.
На это Древний на секунду закатил глаза и, словно маленькому ребёнку, пояснил:
— Затопленное Хранилище. То самое, где сгинули твои родители.
Если он хотел меня задеть, то у него не получилось.
— Лаборатория? — поинтересовался я.
Не, ну а вдруг? Почему бы ему и не ответить на пару моих вопросов?
— Объект, назовём его так, принадлежал касте Учёных, и использовался в качестве лаборатории, — ответил Древний. — Пока эта тварь, глава лаборатории, не перешёл на сторону богов. Больно осознавать, что столь высокотехнологичный и многофункциональный объект стали использовать в качестве банального склада.
— Погоди, дай угадаю — все Хранилища — это объекты предателей? — спросил я.
— Именно, — подтвердил он то, о чём я и так знал. — Предатели, что поставили свою жизнь выше своего вида.
— Вы же и так вроде проигрывали, — заметил я. — Они скорее…
— У нас был шанс! — произнёс он зло. — Если бы мы оставались едины. Если бы каста Воинов… — не договорил он.
Насколько я знаю, после смерти Роги, Воинов у Древних почти не осталось.
— Если бы то, если бы это, — произнёс я медленно. — Если бы вы не совались на эту планету. История не имеет сослагательных наклонений. Древних больше нет и это объективная реальность. Ты последний и тебе недолго осталось.
Мои слова его не задели, он, даже успокоиться успел. Во всяком случае ответил он с улыбкой на лице.
— На определённом уровне реальность не имеет значения, важны лишь наши желания. А у меня, знаешь ли, уровень максимальный. Так что посмотрим, кто там умрёт в конце.
— Как скажешь, мечтатель, — пожал я плечами. — Проехали. Лучше скажи, получается, у тебя были связи с моей матерью? Или ты её от начала и до конца вёл? И почему тогда сам за этим планшетом не спустился?
Ответил он не сразу. Четыре секунды сверлил меня глазами и жевал губы. Видимо хотел получить мой ответ по поводу планшета, а не отвечать на новые вопросы.
— Связи были, — всё-таки ответил он. — Но не более. Я всегда знал, где находится лаборатория, но вот попасть в неё без ключа не было возможности. Именно его твоя мать с отцом и искали. А сам я туда спуститься не мог, так как предатели первым делом настраивали защитные системы против лоялистов. И ёкаев заодно.
Ого, их технологии позволяют отличать людей и ёкаев? Прикольно.
— Не было там никакой системы защиты, — произнёс я насмешливо. — Сдохла от времени.
— Что? — произнёс он тихо. — Как… сдохла?
Выглядел он в этот момент забавно. Удивление и обида на его лице смешались довольно причудливым образом.
— Один единственный коридор с лазерами и всё, — произнёс я. — У объекта даже не было энергии на поддержание дверей.
— Понятно, — прикрыл он глазами. — Этсу, сучка…
Да у неё талант гадости делать. Хотя, важнее другое — они всё же общались достаточно плотно, и Древний явно полагался на её информацию.
— Ну и планшет я тебе, естественно, не отдам, — продолжил я. — Я ведь даже не знаю, что это за вещь. А вдруг какое-нибудь супероружие? Ну там… не знаю. Может, в планшете лежит информация о создании боевого вируса.
— Нету там никакого вируса, — процедил он, сменив растерянность на злость. — Мне очень нужна эта вещь, ведьмак. Не для того, чтобы человечество убить, плевать мне на вас. И я получу планшет, так или иначе. Если не боишься сам умирать, подумай о близких. У них нет твоей силы.
— У них есть я, — ответил я холодно.
— Ты не можешь быть везде одновременно, — рыкнул он.
— Если я правильно понял, о каком планшете ты говоришь, то на нём есть запись последних минут жизни главы объекта. Хочешь знать, почему он умер? Молчишь? Он умер, потому что тронул близких ведьмака. Причём даже не сам, там ещё кто-то из японских богов был замешан.
— Мне нечего терять, — произнёс Древний мрачно. — Ты и так на меня нацелился.
— Да, я тебя достану, — произнёс я. — Но что ты скажешь, если я уничтожу планшет? Прям завтра. Как тебе такое, великий Древний? Чего тогда будет стоить наша война? Будет ли в ней смысл?
О-о-о, а ведь я его зацепил. Не знаю, зачем ему так нужен пульт от спутника, но терять его он явно не хочет. Сидит молчит. То в стол смотрит, то на стену, то на меня, то опять в стол.
— Хорошо, — подал он, наконец, голос. — Я не трогаю твоих родных, а ты…
— И близких, — прервал я его.
— Откуда мне знать, кто тебе близок? — прорычал он.
— Ну так узнай, — ответил я спокойно. — Это не так уж и трудно.
Сомневаюсь, что он не в курсе, но проверка тоже займёт время, что мне на руку.
— Не трогаю твоих родных и близких, — процедил он. — Слуги Рода не в счёт, работа у них такая, за тебя умирать.
— Согласен, — кивнул я.
— В ответ ты не трогаешь планшет, — закончил он.
— Договорились, — произнёс я. — Война только между мной и тобой.
— Вы, ведьмаки, проклятье этого мира, — бросил он, после чего пропал.
Хех, оставил за собой последнее слово. Ну да мне плевать.
Оглядевшись, подумал, что после этого разговора, искать тут что-либо бессмысленно, но мало ли? Впрочем, в тот же момент по нервам ударило чувство опасности, и я на автомате ушёл в Скольжение на этаж выше. Вернулся обратно, короче. И стоило мне только приземлиться на пол, как услышал звук взрыва, а ноги почувствовали… толчок, не толчок… Вибрацию, в общем.
Это древнее чудо что-то взорвало в своём номере.
— Господин? — окликнула меня встревоженная красотка в халате.
Моё прикрытие в этом номере. Когда Накатоми начнут проверять, а теперь точно начнут, камеры покажут неизвестного мужчину, который зашёл к красивой женщине.
— Всё нормально, — ответил я. — Создай видимость бурной ночи. Я уйду, когда полиция подъедет.
— Хорошо, господин, — поклонилась она.
Что ж. Итоги моей вылазки, конечно, не идеальны, но, прямо скажем, хороши. Теперь я уверен, что поймать Турнса у нас не получилось бы, максимум убить, да и то… Убежал бы, как пить дать. А вот договор с ним не может не радовать. В свете того, что я его упустил. Но, помимо этого, во время разговора
