неприличия, а их наряды амазонок после абордажного боя пришли в такое состояние, что надеть их уже не представлялось возможным. Шить-то наши девицы не умели. Так, зашить кое-что могли, а шить, нет. Не учили их этому искусству в монастыре.
Навестив торговые ряды, наши дамы кое-какие наряды приобрели, как же без этого. Вернувшись с прогулки по городу, они продемонстрировали подругам свои покупки и рассказали о местной экзотике.
На другой день отправились Валерия с Фаиной в сопровождении мичмана и гусара. Они решили не отставать от подруг и тоже купили себе короткие цветастые юбочки и безрукавки столь же короткие не закрывавшие даже живот. Вот тут-то на торговой площади они и увидели танец живота в исполнении местных черных красавиц. Посреди площади был небольшой подиум, по краям которого сидели черные мужчины и били в барабаны, а на самом подиуме в такт барабанам резвились две девицы. Они выгибались, кружились, задирали ноги. Юбки их пузырились, почти открывая на обозрение то, что должно быть скрыто, от постороннего взгляда. Впрочем, в каждой стране свои законы. Как говориться в чужой монастырь со своим уставом не лезь. Вот и здесь это зрелище никакого осуждения не вызывало. Наоборот. Толпившиеся вокруг подиума моряки и другой люд, вопили от восторга, и это еще больше заводило танцующих девиц.
Какой-то рослый рыжий матрос, мешая французские слова с английскими, выразился вполне определенно.
— Я бы одну такую черную чертовку не поменял на трех белых.
При этом он недвусмысленно мотнул головой в сторону Валерии с Фаиной. Такого наши девицы снести не могли.
— Вот это сейчас мы a la montre, — сказала Фаина и потянула за рукав свою подругу.
Они забежали в стоящий рядом шатер, где уже отдыхали сбежавшие с подиума черные артистки. Буквально, через несколько минут и шатра на подиум выскочили две белые девицы в таких же цветастых коротких юбочках. Они кивнули, оторопевшим поначалу, барабанщикам и те ударили в свои тамтамы. В руках у девиц моментально возникли длинные ножи, и они хищно закружили по подиуму, имитируя поединок. Они нападали, отскакивали, при этом крутили сальто, перекатывались. Ножи мелькали в их руках, с невероятной быстротой менялись позиции, а черные барабанщики наращивали темп.
Вокруг подиума стала уплотнятся толпа. Не все зрители поняли, что идет лишь имитация поединка, большинство решили, что девицы дерутся всерьез, очевидно, не поделив кавалера. Гремели барабаны, но из толпы не доносилось ни звука, все следили за девицами, ожидая развязки. Хотя обе демонстрировали чудеса ловкости и умения, но ведь вечно это продолжаться не могло. Внезапно девицы остановились и замерли. Ножи исчезли в ножнах, которые скрывались в юбках. Барабанщики тоже замерли. Тут взревела толпа. Сейчас все поняли, что им показывали представление, и все жаждали продолжения.
Девицы их не разочаровали. Они снова кивнули барабанщикам и начали синхронный танец. Теперь под мерные звуки тамтамов они выполняли танцевальные движения совершенно синхронно. Барабанщики обладали удивительным чувством ритма, представление продолжалось несколько минут. Затем они что-то крикнули и барабаны смолкли, а танцорки под рев толпы исчезли в шатре, откуда довольно быстро появились две дамы в обычных европейских одеждах, но несколько запыхавшиеся и раскрасневшиеся.
Кавалеры тотчас их подхватили и потащили вон из толпы. Все это происходило быстро, и окружающий народ не сразу сообразил, что дальнейшего продолжения не будет. Впрочем, продолжение было. На помост снова выскочили две негритянки и под грохот тамтамов начали танец. Но наши амазонки со своими кавалерами досматривать представление не стали, только Валерия еще долго крутила головой, высматривая того рыжего матроса, который и спровоцировал выступление наших девиц.
— Ну как вам, наше выступление? — не удержалась от вопроса Фаина, искоса поглядывая на мичмана.
— Просто замечательно! — ответил вместо мичмана Олег. — Впрочем, вы великолепны, как всегда. Ведь мне уже доводилось видеть нечто подобное в вашем исполнении. А эти наряды на вас смотрелись просто бесподобно. Только надевать их на корабле не советую. А то матросы попадают с рей…
— Ха! — воскликнула Валерия, — мы в любых нарядах можем это изобразить.
— Где же тот рыжий матрос? — озиралась Фаина.
— Зачем он вам? Чернокожих танцорок вы обставили, — ответил мичман. — Нам пора на корабль, пока вас не увели в местный театр…
Во время этой короткой стоянки через английских моряков дошли вести о России. Русская армия ведет войну с Бонапартом уже на просторах Европы, за пределами Российского государства, а в самой Франции появились роялисты, которые хотят видеть на французском престоле очередного Людовика, вместо воинственного Бонапарта. Одним словом, после похода Наполеона на Россию, его империя начала трещать по швам и вот — вот отдаст богу душу. Эти сведения порадовали всех, особенно капитана, который все еще не знал, как воспримут в столице его поступок с французским бригом.
Снова потекли корабельные будни, когда экипажу корабля занятому установкой парусов, вахтами и регламентными работами скучать было некогда, чего не скажешь о пассажирах. Изнуряющая жара в экваториальных водах Атлантики заставила женщин обрядиться в наряды мадагаскарских красоток, и за это полковник получил множество нареканий от капитана фрегата.
Но, рано или поздно любому путешествию приходит конец. Вот и фрегат «Таврия» пересек пятидесятую параллель входя в Балтийское море. Холодная осенняя погода заставила женщин облачиться в теплую женскую одежду, а вовсе не укоризненные высказывания капитана и увещевания полковника. В настроении амазонок тоже произошли изменения. Возможно, это было связано с ожиданием долгожданного возвращения на родину, ведь на родине даже преступники казались родными и не столь кровожадными, как американские индейцы. А может барышни просто повзрослели и пришла пора задуматься о будущем.
— Вы, господин кавалергард, — сказала, однажды, Елена своему постоянному кавалеру, — более не должны ко мне приближаться даже на расстояние пушечного выстрела. Поскольку, мне стало известно, что вы женаты. А я девица на выданьи и, отнюдь не бедная.
— Я вас понял, сударыня, — ответил Михаил. — Исполнить буквально ваше пожелание, увы, невозможно, поскольку вокруг только море. Но аллегорию я понимаю и не стану вам докучать более необходимого до завершения нашей миссии.
А Лилия объяснилась с полковником в таком ключе, которого он никак ожидать не мог.
— Господин полковник, — совершенно спокойно сказала она, глядя ему в глаза, — а не кажется ли вам, что нам пора уже сходить к корабельному священнику и провести обряд венчания. Мы слишком долго были мужем и женой понарошку, а это накладывает некоторые обязательства. Или вы так не считаете, Михаил Юрьевич? Согласитесь, что в Санкт-Петербурге молва распространится быстро и мне будет весьма затруднительно восстановить свою репутацию.
— Да-с, сударыня, — задумчиво ответил полковник. — Чего угодно
