жив, – значит, жив!»
«Кип просто хочет, чтобы он был жив. Прошло столько времени, и до сих пор – ни шепотка… Он ведь Призма. Думаешь, пьяные матросы с прибывающих в порт кораблей смогли бы держать такую новость в секрете? Настолько в секрете?»
«Ладно. Мне пора работать».
Каррис резко поднялась с места и направилась к лифту. Она спустилась на два уровня, потом прищелкнула пальцами, как бы вдруг вспомнив что-то, и поднялась на пять уровней. Разумеется, если за ней следила команда со сменяющимися наблюдателями, такая уловка была бесполезной. Впрочем, нельзя учесть все варианты.
«Не переоценивай способности твоих противников, – сказала ей Белая. – Исходи из предположения, что они так же склонны делать ошибки, как и наши люди». Едва ли не каждый раз, поручая кому-нибудь очередную задачу, Каррис имела случай вспомнить о второй части этого утверждения. Например, однажды горничная выронила на пол из корзины с бельем зашифрованное послание – его потом обнаружили на главном уровне, в коробке с найденными вещами. Печать, впрочем, выглядела нетронутой. Тем не менее, учитывая сомнительный характер происшествия, шифр пришлось поменять, что требовало личного контакта с каждым из шпионов и координаторов, чтобы передать им новый. И, конечно же, Каррис должна была взять на заметку, что эта конкретная горничная либо растяпа, либо неудачница, либо подкуплена.
Само количество информации, которую Каррис приходилось держать в голове, было чудовищным – и все это были вещи чересчур деликатные, чтобы их записывать.
Сегодня после полудня ее ждали две встречи и еще одна позже вечером – с ее парикмахером, самым важным из ее координаторов. Работа не только давала ему прекрасный повод устраивать длительные встречи с Каррис, она также обеспечивала удобное прикрытие для сбора информации у других агентов, зачастую благородного происхождения. Парикмахер проводил с ними много времени и находился в самой середине круговорота сплетен. Впрочем, и суммы за свои услуги этот человек требовал поистине головокружительные – он обладал весьма дорогостоящими привычками. Порой Каррис бывало трудно с этим смириться.
«Я слишком скупа для такой работы… Впрочем, над моими корнями действительно нужно поработать… Что это, еще один седой волос? Пожалуй, на этот раз покрашусь в черный».
* * *
Итак, две встречи. В первую очередь та, что попроще. Это был новый контакт – Тея, бывшая рабыня, недавно поступившая в Черную гвардию. Она не должна была знать, что разговаривает с Каррис. Они несколько раз тренировались вместе. Девушка нравилась Каррис, которая видела в ней себя в молодости, – вот разве что Тея была рабыней и не совершила всех тех ошибок, которые совершила Каррис.
«Да уж, мы поистине могли бы быть близнецами… Правда, она не различает цвета и извлекает парилл и к тому же не послужила причиной войны, опустошившей все Семь Сатрапий, – а так все то же самое!»
В любом случае Тея была милой девчушкой. Тем не менее ей было всего шестнадцать: слишком мало даже для того бремени, которое они уже взвалили на ее плечи. Уж Каррис-то знала, каково это… «Слишком молода, чтобы нагружать ее еще больше. Нам и так пришлось ей многое доверить…» Тея работала с людьми, которые, не колеблясь, подвергли бы ее пыткам, чтобы узнать имя ее координатора. Нет уж, лучше, чтобы она ничего не знала – хотя Каррис с радостью стала бы ее наставницей.
«Это еще откуда? У меня что, просыпаются материнские чувства? Или это просто одиночество?»
Она нырнула в пустые покои, оставленные для нее на этом уровне специально для этой цели, и заперла за собой дверь. Комнату перегораживала плотная ширма, из-за которой Каррис могла расспрашивать своих шпионов, оставаясь невидимой для них. За ширмой стояло несколько кресел, так что можно было по крайней мере расположиться с комфортом, а в ткани имелись прорези, чтобы смотреть.
«Предосторожности, предосторожности, а стоит не тому человеку пройти по коридору в неудачный момент, и все пойдет прахом. И кстати, к вопросу о предосторожностях…»
Заняв свое место, Каррис взяла кольчужный капюшон с оплечьем и натянула на голову, тщательно запахнув так, чтобы оставалось только отверстие напротив глаз. «Выглядит нелепо, но Тея девочка умная и к тому же любопытная. Наверняка ей захочется выяснить личность своего координатора при помощи парилла». Эта ее способность видеть сквозь ткань немного нервировала. Впрочем, не больше чем другие ее способности…
В дверь постучали – три быстрых удара. Каррис едва успела застегнуть на себе ошейник.
– Входи. Сядь с той стороны. Без цветомагии, – проговорила она голосом, пониженным до неестественного тенора.
Тело Теи было напряженным, словно натянутая струна лютни. Готовым нападать. «Для Черного гвардейца откликом на страх должно быть повышенное внимание, но не напряжение – оно замедляет реакцию…»
– Мне было приказано доложить… – произнесла девочка.
Это была ее кодовая фраза. Очень хорошо, значит, она может действовать по инструкции, даже будучи напуганной.
– Сейчас ты все доложишь, мой маленький цветочек. – Это был условленный отклик. – Но сперва сядь.
– Ненавижу цветы, – сказала Тея. – Вы это знаете? Мой прежний координатор знал. И вообще, что это значит? То есть я понимаю, что Белая не может встречаться со мной лично, но два координатора за два месяца?
У Каррис перехватило дыхание. «У девочки были другие координаторы?» В этот момент она была рада, что ее лицо закрыто кольчужным капюшоном.
– И еще, – продолжала Тея, – я понимаю, что у вас есть причины скрывать от меня, кто вы такая. И я очень стараюсь не смотреть сквозь эту ширму, хотя и могла бы.
«Хорошо; значит, она не пыталась это сделать. Иначе она увидела бы кольчугу».
– Но это может быть опасно и для вас тоже. Если кто-нибудь узнает кодовые фразы, он сможет заменить вас, а я даже не замечу.
– Тебя внедрили в группу людей, которые с радостью подвергнут тебя пыткам, чтобы узнать, кто я такая. Ты действительно хочешь нести бремя этого знания?
– Как-нибудь справлюсь, – отозвалась Тея.
Ах, эта бравада молодости! Каррис порой так ее не хватало! Для Черного гвардейца это хорошее качество – верить, что для тебя нет ничего невозможного. Однако именно поэтому над Черными гвардейцами были поставлены офицеры, и поэтому же эти офицеры отвечали в конечном счете перед теми, кто не принадлежал к Черной гвардии.
– Может быть, в свое время, – сказала Каррис. – На тебя и без того взвалили слишком много, и твоя работа достойна восхищения… Кстати, расскажи мне свои последние новости.
Каррис уже получила краткий закодированный отчет о действиях Теи – на огненной бумаге с вплетенными в нее люксиновыми воспламенителями, так что записка должна была сгореть
