Дважды достал тебя.
Я улыбнулся другу, протягивая руку.
— Вот это был отличный спарринг, — сказал я. — Но тебе нужно еще тренироваться, ты быстро растрачиваешь силы на рывках. Я только в эти моменты перехода и смог сориентироваться.
Семен кивнул.
— Знаю, и работаю над этим, но пока, сам видишь, — он махнул рукой, признавая свои успехи не слишком серьезными.
— Все у тебя отлично, — покивал я в ответ, — не забывай, что нам лет-то всего ничего, вчерашние дети. А ты уже на многое способен.
— Княжич, я вижу дрон в небе над особняком, — доложила Кристина.
— Принял, Оракул, — я повернулся к другу, — это ваш над нами летает?
Семен поднял голову кверху, выискивая объект, но по его лицу было видно, что сам Амурский княжич о нем совершенно не переживает. Зато, заметив, наконец, дрон, он удивился.
— А как ты его увидел? — спросил Ефремов. — Я только по мерцанию звезд заметил. Что у тебя там за камеры стоят в этих очках?
Я улыбнулся в ответ.
Оракул видит через городскую сеть уличных камер, так что заметить над особняком дрон — не такая уж и сложная задача, когда можешь сопоставлять картинку с нескольких ракурсов и получать автоматически подсвеченные подозрительные объекты.
— Как будет готов конечный образец, покажу, как она видит в деталях. А это случайное обнаружение, — пояснил я. — Так что, это за тобой Мэйлин следит, что ли? Чтобы облик принцессы моральный не испортил?
— Да ладно тебе, — отмахнулся тот. — Это наша служба безопасности мониторит территорию. У нас сейчас штук пять на постоянном дежурстве.
— Из-за Орловых?
— Да, — кивнул тот, — на Мэйлин покушались, я не могу относиться к этому легкомысленно. Сам понимаешь, как это делается — сперва ее попробовали на зуб, могут и на нас напасть.
— Даже в столице в наши дни небезопасно, — покачал я головой.
Он нахмурился, и мне не требовалось спрашивать, о чем именно подумал друг. Уж если семью великого князя Тверского смогли достать, и до Ефремовых добраться возможно.
— Ладно, вон уже прислуга идет, — произнес он, накидывая на плечи рубашку. — Пора поужинать.
Я кивнул ему и тоже быстро оделся. В отличие от Семена мне особенно напрягаться не приходилось, и менять одежду нужды не было.
Поручив меня слугам, Семен убежал наверх, чтобы привести себя в порядок, я же убрал очки с наушником в футляр и прошел в столовую.
Князя еще не было, так что я встал у стены, изучая полотна, развешанные по всему периметру помещения. Никакого насилия и войн, только гармоничные успокаивающие пейзажи.
Итак, испытания системы Оракула прошли, можно сказать, успешно. Но этого еще пока что слишком мало. Половина сегодняшнего успеха — Кристина, четко следующая инструкциям и на ходу меняющая встроенные приложения.
— Вам нравится живопись, Дмитрий? — спросил с улыбкой князь Ефремов, входя в столовую.
— Навевает безмятежность, — ответил я.
— Надеюсь, как и аппетит, — сказал он. — Прошу к столу, Семен сейчас спустится.
Ужин прошел за неспешной беседой ни о чем. Вновь никто не поднимал тему военных действий, и обсуждали мы, в основном, успехи в совместных проектах.
— Благодарю за визит, Дмитрий, — уже прощаясь со мной у дверей, сказал, протягивая руку, Амурский князь. — И помни, ты всегда будешь желанным гостем в нашем доме.
— Спасибо, Константин Евгеньевич, — ответил я, пожимая ему руку. — Для меня честь быть другом вашего рода.
Сев в машину, я вытащил телефон из кармана и вошел в облако рода Романовых. Скопировав данные по собранным техникам, переслал их Семену — обещания нужно держать.
— Княжич! — привлек мое внимание Виталя, и я поднял взгляд на дорогу.
Впереди нас вырулил кортеж великого княжества Красноярского. Посигналив нам, чтобы мы остановились, их машины прижались к обочине.
— Тормозим, — велел я. — Послушаем, что нам скажут.
Моя охрана вышла первой и организовала коробочку, прежде чем я открыл дверь и выбрался наружу. Из красноярского автомобиля, разумеется, тоже под охраной, вышла Татьяна Игоревна Измайлова.
Окинув меня внимательным взглядом, она двинулась ко мне уверенным шагом, я же оставался на месте.
— Княжич Романов, — первой поздоровалась она.
— Великая княжна, — с поклоном ответил я, сохраняя невозмутимое выражение лица.
— Я остановилась, чтобы снова похвалить вас, Дмитрий Алексеевич, — произнесла Татьяна Игоревна с таким видом, будто я должен после этого заявления рыдать от счастья. — Благодаря вашим действиям в Апатитовой, многие люди вернулись домой невредимыми.
— Спасибо, — коротко ответил я.
— Надеюсь, вы и дальше будете действовать в том же духе.
— Я исполнил свой долг дворянина, Татьяна Игоревна, — ответил я, глядя ей в глаза.
Она усмехнулась.
— Как вы смотрите на то, чтобы пообедать вместе на этой неделе в столовой Университета? — спросила она.
— Не думаю, что нам есть что обсуждать, Татьяна Игоревна.
— Вот как? — улыбнулась она, ничуть не расстроенная. — Если бы вы думали, что нам не о чем говорить, разве стали бы останавливаться? Или у вас уже есть невеста, и вы боитесь давать другим девушкам ложные надежды?
Я не стал лгать, хотя и хотелось избавиться от внимания Измайловой. Уж слишком напористо она действовала, вызывая инстинктивное сопротивление.
— Невесты у меня нет, — произнес я, — однако ваш род сейчас не в том положении, чтобы родниться с Романовыми. Столичное общество нас все еще не любит, и такой обед может испортить вам репутацию.
Она жестко усмехнулась, в глазах загорелся азарт.
— Волк может гнать добычу весь день, княжич, и от него не уйти, — сказала Татьяна Игоревна. — Завтра я жду вас в столовой на обеде. И мы поговорим, а если вы не захотите, я не стану продолжать наше общение. Но только после обеда.
Я припомнил Комарову и улыбнулся.
— Слово дворянина?
— Слово дворянина, — легко ответила та.
Я бросил взгляд на часы, в которых находился встроенный диктофон, и улыбнулся.
— Тогда до свидания на завтрашнем обеде, великая княжна, — с поклоном произнес я.
Том 2 Глава
